Здравствуйте, я ваша мама! (СИ)

— Не хочу переодеваться, — прошептал он. — Жарко и нудно.
— Так мы тебе посмотрим какую-нибудь рубашку. А курточку или пиджак новый не хочешь?
— Нет, — замотал головой ребенок.
— А вам нужно платье на вечер? — крикнула продавщица из примерочной.
— Да, — ответила я.
— Я и вам гляну. Есть у меня одно.
Отлично.
Из примерочной вышла Лиза. Платье идеально ей подошло. Вот только она пыталась натянуть его повыше, чтобы прикрыть больше кожи до шеи.
— Опусти руки, — сказала я.
Ну вот, отлично же сидит. Продавщица поправила ей бретельки, а Лиза нахмурилась и скрестила руки на груди.
— Госпожа, выпрямьтесь. Вот так. Кстати, можете выпустить пламя, — сказала женщина и отошла от Лизы.
Лиза коснулась груди, и между камнями потекло пламя. Они разгорелись, становясь ярче и отбрасывая разноцветные блики вокруг.
Лиза как завороженная смотрела на свою юбку, а затем покрутилась. Маленькие искорки разлетелись с платья. Она пригладила юбку, а на ее напряженном лице появилась улыбка. Ей понравилось то, как она выглядела.
— Мы берем, — сказала я.
— Но оно дорогое, — Лиза подняла голову и покраснела. — И я его надену только один раз.
— Ну ничего. Что, последний бал в твоей жизни? Будут еще, — я махнула рукой. — Красивая Лиза?
— Огонь красивый, — ответил ребенок.
Ему все пламя и пламя. Хотя огонь они воспринимают как мы воду. Жизненно необходимо и местами красиво. Да еще и безопасно. Иногда.
— У вас ткань такая интересная, я могу оставить себе? — спросила продавщица. В ее руках виднелось мое серое платье. — И швы такие ровные.
Я же решила синее не снимать. Все равно надо в чем-то ходить.
— Нет. Не могу оставить.
Вспомнила я про залог в собственную зарплату.
— Что ж, жаль, очень жаль, — ответила она.
Коле мы тоже присмотрели пару вещей, а вот себе я выбрала на вечер изумрудное платье с вертикальными вставками и пышной юбкой. Мне тоже предложили воспламенить ткань, но я отказалась. Зато ребенок помог — поджег. Пламя вспыхнуло, растеклось вертикальными полосками по ткани.
Да, хорошо так, когда холодно.
— Господин Дафф будет злиться, — сказала Лиза, когда мы довольные сели в карету.
— Но мы же сэкономили? — спросила я ее.
— Ну, просто он мне платит за мои услуги, а тут он мне выделил деньги на платья для вас, а в итоге я купила себе. Но ничего, я скажу, что он может не оплачивать мой следующий месяц.
— Расслабься, Лиза. Сегодня ты будешь красавицей.
— Может, вы это платье наденете? У меня есть парочка красивых.
— Таких же, как твое это? — я посмотрела на ее темно-коричневое.
Да у нас монашки и то вульгарней выглядят.
— Да, — ответила она, немного нахохлившись.
— Так, ладно. Я с ним поговорю.
— Я вообще не понимаю, как вы с ним находите общий язык, — сказала Лиза.
— Просто разговариваю и все. А что такого? Вы ведь тоже с ним общаетесь, и он вас сюда забрал.
— Это да. Наши отцы служили вместе. Мой отец — целитель. Помогал справиться с болью в ноге у господина Даффа. Господин Дафф решил вернуться в столицу, а мой отец не любит большие города, поэтому вместо него поехала я. И все же у вас как-то по-другому. Вы ему в глаза можете смотреть, а мне тяжело. Многим драконам и фениксам тяжело. Ох, зря я это сказала, простите.
Я не особо поняла, как это — по-другому. Он со мной общается, я с ним общаюсь. Самое обычное общение между мужчиной и женщиной. Или он дракон альфа-самец?
— А его ногу вообще можно вылечить?
— Можно лишь облегчить боль, — ответила Лиза. — Драконам свойственна быстрая регенерация, но он получил травму, когда был ребенком, а в том возрасте все гораздо критичней. И как видите, сейчас он ходит с тростью. Только господин Дафф не хочет принимать лекарства, как бы я его ни просила. Может, у вас получится его уговорить? Но я вас прошу, не говорите ему о том, что я только что сказала.
— И как я его буду уговаривать, если ему не надо ничего говорить?
— Мы что-нибудь придумаем.
  
Глава 19
 
Лиза дала мне те самые ядреные травы, которыми она пробовала лечить Клейтона.
 
Вот и вся надежда на меня, называется. Да, только оставался вопрос — они действительно лечебные, а не какие-то другие? Просто я в современной медицине не очень понимаю, а в их тем более.
— Их надо смешать и заварить, — пояснила девушка. — Господину Даффу от них становится легче, и он даже без трости может ходить. Правда, недолго. Но хоть что-то.
Мы вместе торчали на кухне, пока я готовила обед. Лиза, конечно, скривилась, когда увидела это. Но с любопытством смотрела, как я нарезаю мясо и овощи. Еще и комплимент сделала, что не ожидала такого от меня.
Ребенка я в комнату отправила — пусть отдыхает после шопинга.
Клейтон уже вернулся и ушел в сад. Там уже начали выращивать новые растения и деревья. Как сказал садовник — вскоре разрастется, зацветет.
— Фу, ну и воняет тут у вас, — на кухню вошла Фра. — Что, учите господскую даму готовить?
— Мне это не нужно, — фыркнула Лиза. — Такое только для слуг.
— Лиза, я тебе больше скажу: готовка — для сильных и свободных женщин, которые ни от кого не зависят, — вставила я. — Умеешь готовить — и слуги не нужны. Не нужны слуги — экономия на платья.
— Да? Я думала, свободной женщине не нужна готовка.
— Если ты способна приготовить себе, то ты самый независимый человек в мире.
— Я дракон.
— Ну, значит, и дракон, и динозавр, и феникс.
— Ладно. Уже готово. Пора нести, — Лиза скривилась от запаха смеси, которую я начала переливать в кружку.
— Может, в суп подмешаем? — спросила ее.
— О, давайте. Только он вряд ли его будет есть.
— Я уговорю.
— Никто мне ничего никуда подмешивать не будет! — Клейтон появился на пороге кухни. — Выйдите. И ты, Лиза, тоже.
Фра и Лиза тут же ушли, оставив меня один на один с не очень довольным динозавром.
— Добрый день, мы с вами не виделись сегодня, — я подошла к нему.
— Добрый день, — отозвался мужчина.
Его взгляд скользнул по мне. Крылья носа вздулись, а мужчина скривился.
— Уберите эту муть. Пить ее больше не могу, — сказал он.
— Вам же легче от нее, — ответила я.
— Ненадолго. Красивое платье. Вас Лиза попросила принести мне эту отраву? — спросил он.
А я с ужасом посмотрела на него. Я ведь не собиралась его травить.
— Это лекарство, которое ее отец прописал мне пить, — пояснил мужчина, увидев мою панику, а в его карих глазах вновь появился холод.
— Сама вижу, что вам некомфортно, — ответила я. — Хочется, чтобы у вас ничего не болело.
— Мне нормально. Не надо в меня пихать вот это, — мужчина поднялся с помощью трости. — Я после этого себя еще хуже чувствую.
Ох, неужели он из тех мужчин, для которых температура тридцать девять еще не повод обращаться к врачу и пить лекарства?
Я принюхалась к смеси. Горячая, но я немного подула и отпила. Ну и вкус, будто я смесь укропа и ромашки съела за один раз. Причем концентрированного.
— Ну и гадость, — резюмировала.
— Это необязательно вам пить. Но и мне больше не давайте, — в его глазах на минутку промелькнула боль. — Нам пора на обед.
— Да, вы абсолютно правы. Вы не маленький ребенок, которого надо уговаривать.
— Вот и я о том же, — мужчина уселся на стул и поставил рядом трость. — Что у нас на обед кроме болотной жижи?
— Мясной суп, и Фра вам стейк пожарила.
— Когда вы уже будете мне его жарить? — вымученно улыбнулся мужчина.
Ну, ведь больно ему. Что ж он сопротивляется? Да, не вылечить, но хоть облегчить боль. Что ж, надо будет как-то в свой мир отпроситься. Накупить ему мазей. И пить не надо, и так же согревать будут.
 
— Когда вы будете пить лекарство, — усмехнулась я.
— Еще раз повторяю. Толку от лекарства нет. Оно никогда не вернет мне здоровую ногу. Я живу с этим больше тридцати лет и продолжу также жить. Я понимаю, что отец Лизы и она сама хотели мне помочь. Если вам совсем интересно: ее отец пытался мне вправить колено. Его сломали, и оно регенерировало. Вы представляете, какая это боль, ощущать, как регенерирует нога неделю, как косточка к косточке становится? И мы это повторяли несколько раз. И ничего не помогло. Ничто не вернет мне здоровую ногу. И лекарство мне незачем.