Противостояние (СИ)
И вскоре они действительно появились!
Это был пушистый фиолетовый мох, по внешней структуре сильно напоминающий земной ягель. Невысокие ветвистые кустики, пяти-семи сантиметров в высоту, отчаянно цеплялись корнями за малейшие трещинки в скале, борясь за свое существование. Что меня особенно порадовало — с каждым новым отрезком подъема их становилось все больше, и больше. В какой-то момент скала превратилась в сплошной синюшный ковер, на фоне которого стали появляться небольшие сребролистные кустарники с вытянутыми красными плодами, очень смахивающими на кизил. Почти сразу после их появления царящая в холодном мире тишина уступила место странноватому шуму, похожему на рокот далекого водопада.
Обрадованный смене обстановки, я незамедлительно двинул сквозь туман к источнику звука, но очень скоро обнаружил, что он никак не не становится ближе. Мне потребовалось еще несколько минут пути, прежде чем понять — гудела сама скала. А если точнее, что-то внутри нее. Что-то обширное, мощное и…
Неожиданно кусочки мозаики сложились в голове сами собой. Я все еще не видел всей картины целиком, однако уже точно понял, чем являлось монументальное образование передо мной.
Пирамидальная форма горы. Много тепла и пара. Гудение внутри. Пещера с заполненными лавой трещинами внизу.
Это — вулкан!
А что мне делать с этим открытием?
Лететь выше и наслаждаться видами кратера? Или все-таки получше осмотреть поросшую кустарниками зону? Они выглядят довольно старыми, и даже если здесь бывают извержения, то происходит это не особенно часто. Либо же эта сторона скалы не страдает во время катаклизма.
Обмозговав возможные варианты, я принял решение остаться на достигнутой высоте. В любом случае видимость в таком тумане составляла максимум метров пять, так что я не особо надеялся, что после подъема мне удастся рассмотреть гору целиком.
А вот поискать среди здешней растительности и мхов что-то более живое, выглядело куда интересней.
Отменить слияние.
Призвать питомца!
Слияние со слугой!
Для путешествия по крутым скалам я выбрал Гюльчатай, поскольку она была прирожденным скалолазом, да и ее форма для меня была самой комфортной. Поначалу все проходило гладко и ничего не предвещало приключений, но в итоге они меня все-равно нашли…
Странности начались когда я попытался ухватиться за очередной, вполне себе прочный на вид уступ, и это чуть не сыграло со мной злую шутку. Коричневый холмик, изначально показавшийся естественной выпуклостью скалы, под нажимом острой клешни неожиданно распался на две неравные скользкие части, чуть не отправившие меня в свободный полет.
Ладно бы это просто была какая-то грязь, или жижа! Но большая половинка вдруг ожила и быстро поползла прочь, причем с весьма приличной скоростью. И это при полном отсутствии ног, или хоть чего-нибудь на них похожего! Убегающее в молочную пелену существо внешне походило на крупную морскую медузу, которую кто-то намеренно извалял в грязи.
Врешь, не уйдешь!
Я сделал рывок и попытался прижать к скале эту гадость, но все, что у меня получилось — отсечь от нее еще один кусочек. Костяные ножницы Гюльчатай никак не подходили для того, чтобы надежно и аккуратно удержать живое желе, рвущееся при первом же прикосновении. В итоге оставшийся фрагмент слизня исчез во мгле, оставив мне на память две своих запчасти, каждую размером с чайное блюдечко.
Твою качель! Ну что стоило его просто попытаться приручить? Не думаю, что у этой штуки слишком высокий уровень, учитывая, что вокруг меня на многие километры раскинулась нубская локация неведомой расы.
Расстроенный своей несообразительностью я уже было собрался снова ползти, однако то, что начало происходить дальше меня изрядно удивило. Две оставшихся частички, до этого лежавшие неподвижно, вдруг вяло зашевелились и начали медленно покачиваться из стороны в сторону. Та, что была чуть покрупнее, внезапно потеряла равновесие и покатилась по скале вниз, исчезая в тумане.
А вот которая поменьше…
В общем ей удалось зацепиться за камешек парой, откуда не возьмись, появившихся тонюсеньких «ложноножек». Все происходило на уровне моего лица, отчего было прекрасно видно каждую мелочь. Зрелище выглядело настолько завораживающим, что я затаил дыхание.
Слизень пару раз покрутился вокруг своей оси, словно осмотрелся, а затем поудобнее укрепился на фиолетовом «ягеле», и из его нижней части наружу вылез десяток тоненьких трубочек, которые активно принялись обрабатывать короткие стебельки. Под их натиском мох быстро исчезал, и было нетрудно догадаться, что существо таким образом ест.
Мда… Не знаю, с какой скоростью в этом малюсеньком тельце происходил обмен веществ, но загадочный «молюск» начал изменять форму прямо на моих глазах: его разорванное тело принимало ровные округлые формы и быстро увеличивалось в размерах. На нижней части организма одна за одной стали отрастать новые хоботки, которые присоединились к первым. Всего за какие-то пятнадцать минут раненный индивид сожрал всю растительность, оставив после себя на скале голое пятно метрового диаметра. Сам же пожиратель оформился в полноценную особь, в точности похожую на ту, что удрала от меня недавно.
Эм-м-м… Получается, что он как гидра? Способен возродить свою копию из самого маленького кусочка?
Меж тем, существу было глубоко пофиг, что я на него пытаюсь примерить земную зоологию. Трансформировавшись окончательно, инопланетный субъект прекратил прием пищи и неторопливо пополз куда-то вверх и вправо.
И далеко ты собрался, дружок?
Стараясь не шуметь, чтобы не спугнуть эту удивительную штуковину, я осторожно двинулся за ней. Слизень двигался строго по прямой, предпочитая перелазить неровности и кустики, вместо того, чтобы просто обойти их. Складывалось впечатление, что он движется строго по известному ему маршруту.
Известному? Да он еще четверть часа назад был всего лишь останками другого существа! А теперь у него внезапно появилась память?
Ну, допустим, это правда. Вроде черви-планарии, выращенные в лаборатории, помнят реакции на раздражители, которые ученые прививали их родителям.
Но остается еще один занимательный вопрос, на который у меня точно пока нет ответа:
«Как я вообще смог разрубить эту штуковину, будучи призраком»?
«Преследование», если так можно назвать перемещение со скоростью хромой улитки, длилось минут сорок. Слизень все полз, и полз, а я тихонечко карабкался за ним, стараясь не мешать процессу.
И мое терпение было щедро вознаграждено!
Пещера. Этот странный организм привел меня к узкой расщелине, ведущей куда-то глубоко в недра скалы. Слизень уверенно заполз в нее и быстро растворился в темноте. О том, чтобы последовать за ним дальше не могло быть и речи — никто в моем питомнике и близко не обладал способностью просачиваться между двумя каменными плитами. Соединяющий их зазор имел в ширину не больше десяти-двенадцати сантиметров и источал наружу теплые потоки воздуха. Последние видимо очень нравились вышеупомянутым «кизиловым» кустам, поскольку вокруг этого места они выросли особенно густыми и высокими.
Наверное на такой прощальной ноте стоило бы закончить знакомство с горными моллюсками, да двигаться дальше. Однако на протяжении всего моего маршрута эта расщелина оказалась единственным путем, позволяющим проникнуть внутрь примечательной горы, и я очень сильно сомневался, что в скором времени найду похожую. Покинув же это место, мне навряд ли удастся снова его отыскать: карты местности нет, видимых издалека ориентиров в этом тумане тоже никак не создать…
Немного поразмышляв, я решил устроить здесь привал и еще немного понаблюдать. Среди окружающих прочных кустов можно было вполне удобно разместиться и отдохнуть, не боясь сорваться вниз.
За этим делом меня и застала еще одна местная жительница: самая обычная на вид маленькая розовая птичка, размером с кулачок первоклассника. Не обратив на мое присутствие никакого внимания, она уселась на одной из соседних ветвей и начала самозабвенно клевать плоды, удивительно громко и мелодично посвистывая.