Противостояние (СИ)

— Это мир Кувиохо. Так раньше звучало его название на языке народа, один из представителей которого привел тебя ко мне.
— Постойте… Вы хотите сказать, тот зеленый парень тут живет постоянно?
— Жил, но теперь это невозможно. Он, как и ты, может находиться здесь лишь потому, что мне так нужно.
— А к чему вы заговорили об этом Ку… Кувиохо? — осторожно поинтересовался я.
— Этот Кувиохо раньше был настоящим райским садом, — ответил монах. — Он находится в одном из далеких и почти необитаемых измерений Вселенной, как и твоя родная планета. Прошли бы миллионы лет и сменились бы тысячи поколений, прежде чем его обитатели доросли до уровня развития, позволяющего выбраться за пределы своей реальности.
— Но?
— Но пришел Создатель и дал им то, что вы называете Системой. Бессмертие, неуязвимость, возможность перемещаться между мирами по одному только желанию. Соблазнительный подарок, удержаться от которого невозможно. К несчастью, вместе с чудесными дарами им досталась война, смысла которой они просто не понимали — в их словаре даже не было такого понятия. Миролюбивые существа оказались не готовы к встрече со свирепым противником и быстро потерпели поражение. Их, богатую ценными ресурсами, планету выдоила досуха воинственная раса и оставила в том виде, который ты можешь наблюдать теперь.
Антисоздатель замолчал и пристально посмотрел на меня.
— Значит проиграли… — вздохнул я.
— Верно, проиграли. Как проиграли ткелаты, сумакры и бесчисленное количество других рас. Их миры разграбили и обратили в тлен. Выжили лишь немногие.
— Стоп! — опешил я. — А разве те же ткелаты не…
— Нет, Ворон, — перебил он меня. — Они не НПС, а такие же как ты разумные существа, вынужденные теперь скитаться по чужим мирам.
— Почему они об этом молчат? — возмутился я. — Почему не предупреждают остальные расы?
— Потому что Создатель их встроил в Систему в обмен на возможность сохранить остатки популяции. Со стороны кажется, что они живут обычной жизнью и счастливы, но это далеко не так. Часть их функций и реакций неестественна, из-за вшитой в них программы.
Мне внезапно вспомнилась миленькая дочка вождя ткелатов с Земли-1 и на душе стало как-то тоскливо. Знает ли она все это? Или тайну хранит только главный представитель племени? А может он тоже зомбирован и живет с отключенной памятью?
— А Система? Почему она тогда выглядит как наша компьютерная игра? Все эти мечи, копья, магия…
— Для каждой расы она воспринимается такой, какая удобна на определенном отрезке развития. Одни видят что-то похожее на компьютерную игру: луки, копья, магию. Другие — как те же ладгаэшт, воспринимают ее совершенно иначе, своими собственными категориями. Убийца-инсектоид из пустыни — помнишь его оружие?
Я напряг память. Штука, что меня проткнула со спины и вылезла из живота — это точно не было сталью. Что-то черное, гибкое, возможно даже живое.
— Жало. Это было жало, Ворон, — пояснил монах. — В их родном мире нет ни холодного оружия, ни даже методов обработки металла. Для сражения они используют непарный орган, развитие которого определяет кастовое положение внутри роя. Создатель дал им в награду возможность улучшать его, по мере роста в Системе, а значит у каждого появился легкий шанс изменить свое место в собственном мире, нарушив все существующие парадигмы.
— Как наши деньги! — воскликнул я.
— Примерно.
— А это разве плохо? — осторожно поинтересовался я. — Не будь этого шанса, и какой-нибудь работяга-ладгаэшт так бы и тянул лямку на должности грузчика до самой смерти только потому, что у него из-за неудачного набора хромосом выросло слишком короткое жало. Может он разумом гениальный полководец!
— Это не плохо, и не хорошо, — согласился собеседник. — Такие категории вообще ничего не значат, а их границы существуют исключительно в отдельно взятом сознании.
— Тогда в чем проблема? — напрягся я. — Только не говорите, что сущности вашего уровня действительно озабочены проблемами ткелатов, землян и прочих «низших». Вам на самом деле должно быть фиолетово и до меня, и даже до того зеленого коротышки у входа. Вы показали мне его мир только чтобы вызвать сочувствие и желание помочь его народу, хотя сами ничего из перечисленного не испытываете. Ведь так?
 
— Верно, — согласился он. — Ты начинаешь понимать. Моя задача не сочувствовать пострадавшим, а разрушить выстроенную Создателем Систему, или же перевести ее в другую плоскость, где само ее существование перестанет нарушать баланс.
Я промолчал, переваривая в голове сказанное. Вопросов был миллион, но прямо сейчас меня заинтересовал один из тех, про которые я мог забыть.
— Земля… Один мой знакомый утверждает, что Незримый мир уже приходил на нашу планету. Якобы все наши легенды, сказки и прочее — последствия тех лет. Его люди даже первыми нашли Тоннель. Это правда?
— Леший? Он действительно не обманывал тебя в этом, — монах на секунду задумался.
Я понял, что он опять начал рыться в моей голове.
— Изучал, как твой мозг воспринимает Незримый мир и искал доступную аналогию, — пояснил он, увидев мой недовольный взгляд.
— И как? Нашли?
— Нашел, причем очень даже удачную. В прошлый раз мне удалось повредить несколько важных «файлов» и уничтожить целый «кластер» старой Системы, в который также входила Земля. Но, как видишь, Создатель «выпустил обновление», и смог заново подобраться к твоему родному миру.
— Какая у него конечная цель?
— Развивать свое детище и дальше, разумеется, — пожал собеседник плечами. — А также улучшать и оберегать его от меня, в чем он очень преуспел. Сейчас я завяз в положении аутсайдера и не могу проникнуть внутрь. Его Система практически совершенна.
— То есть в извечной битве противоположностей, он получил серьезное преимущество?
— Мне очень нравится такое определение, — одобрил мою версию монах. — Все, что я смог сделать — «присосаться» к внешней оболочке его творения и создать несколько зон собственного влияния, дальше которых я не могу забраться. К счастью их могут посетить такие, как ты, даже не подозревая, что оказались внутри замаскированного подлога, где подверглись моей «доработке». После вашего возвращения внутрь настоящей Системы, последняя даже не догадывается, что с вами произошло, если только вы грубо не нарушаете ее правила. Мое вмешательство минимально, хотя проколы бывают. После них и появляются те, кого ты называешь «призраки».
— Вы сейчас говорите про «хаотические подземелья»? — догадался я.
— И не только о них. Хаос всего лишь один из инструментов, способных ломать его планы. В какой-то момент я понял, что остановить Создателя удастся только создав собственный аналог его детища. Некий мостик, или «подменный файл», который будет медленно, но верно заселять его Вселенную ходоками-шпионами, навроде тебя. Именно вы мои глаза в его мире, помогающие искать уязвимости изнутри.
— Значит я что-то типа вируса?
— Скорее — «метастаза». Это больше подходит к моим планам, насчет тебя. Говоря образно, принадлежащие мне зоны — это раковая опухоль, а такие, как ты — ее порождения, сумевшие распространится по организму Незримого мира. Каждый из вас уникален и наделен своими собственными возможностями, однако лишь немногие способны проникнуть по-настоящему глубоко и найти что-то важное. Но тебе удалось больше, чем остальным: ты прикоснулся к самому мозгу Системы, добыв тем самым настоящую ценность.
Твою качель! Еще скажи, что я избранный!
— Причем тут качель? — вскинул брови монах.
— Это так, к слову… Значит это именно по вашей вине меня выкинули из игры?
— Не выкинули, а только ограничили, — поправил меня он. — Я давно был готов к такому исходу и прикрепил тебя к новой Системе — своей. Так что ты получил куда больше, чем мог себе вообще представить. Создатель больше тебя «не видит», тем не менее ты способен легко проникать внутрь его творения и продолжать влиять на него, пусть и косвенно.