Сложности (ЛП)

— Или самки, — продолжил он.
— В этом ты тоже прав.
— Или девки, — продолжал он.
— Хикс… станок, — напомнила Грета.
— Томми приедет, когда сможет, но он сказал «рано», а у этого парня своя ферма. Значит его понимание «рано» означает действительно рано.
— Если его «рано» на деле окажется не достаточно ранним, то она услышит дрель, Хикс.
— Грета, ты в любом случае не сможешь заглушить дрель.
Внезапно она вскинула руки вместе с блокнотом и ручкой и громко заявила:
— Это должен быть большой рождественский сюрприз! Коринн хотела только одежду, прическу и косметику, ничего такого, из-за чего можно было бы устроить большой праздник, кроме нового телефона, который может ей подарить Хоуп. Шоу хотел видеоигры и деньги, так что с этим тоже все понятно. Энди никогда не заботится о том, что ему дарят, потому что он слишком взволнован тем, как воспримут его подарки. Свой сюрприз ты получишь в День подарков, когда дети и Энди уедут, потому что не думаю, что смогу соблюдать тишину после того, что ты со мной сделаешь, увидев в нем. Станок Мэми — наш единственный сюрприз!
Хиксу уже было не до веселья.
— Давай вернемся к моему сюрпризу на День подарков, — предложил он с рычанием.
Хотя понятия не имел, что такое День подарков. Но все равно хотел узнать о своем сюрпризе.
Грета выглядела самодовольной, и он почувствовал, как у него сжалось в промежности.
Она выглядела еще более самодовольной, когда объявила:
— Скажем так, у Санты есть множество маленьких помощников, и ты будешь крайне рад, когда один из них будет спать в твоей спальне.
— Дай взглянуть одним глазком, — приказал он.
— Мы должны забрать Энди. — Грета покачала головой
— Он может подождать час… или два.
— Он всегда приходит ко мне в канун Рождества, Хикс. Домашняя пицца и просмотр «Смертельного оружия» в качестве начала праздника. Это традиция. И уже поздно. Так что если мы что-то забыли, то должны заскочить в магазин по дороге домой с Энди.
— Детка…
Она прервала его:
— Мы должны убедиться, что у нас все есть. Эпопея с Рождественской едой начинается сегодня вечером, и я не пойду в продуктовый магазин, после того, как мы вернемся домой, если нам чего-то не хватит. И ты тоже.
И, слава богу, что это так, поскольку за последние три дня она четыре раза отправляла его туда, чтобы подготовиться.
Хикс уже открыл рот, чтобы сказать хоть что-то, чтобы попытаться уговорить ее показать сюрприз, как раздался звонок в дверь.
Он поднялся с табуретки и приказал:
— Я открою. А ты подними свою задницу наверх и приготовь мой сюрприз.
Она покачала головой.
— Этого не будет, дорогой.
Значит, это нижнее белье.
Пожалуйста, Господи, пусть это будет плюшевое белье. У нее было три плюшевых комплекта. Он видел их всех. И все они ему нравились. И он не возражал против еще одного.
Он остановился в дверях кухни.
— Тридцать минут.
— О нет, — тихо сказала она, ее глаза вспыхнули. — Это будет просто невозможно.
Черт.
Она улыбнулась лукавой улыбкой.
— Может быть, мне не стоило ничего говорить.
В дверь снова позвонили.
Хикс пробормотал:
— Ты прекрасно знала, на что шла, — пробормотал Хикс.
Подойдя к двери, он услышал ее не менее злобное хихиканье.
Сквозь витражное стекло двери не было видно, кто стоит за ней, были различимы лишь длинные волосы.
У Хикса появилось нехорошее предчувствие.
Предчувствие оказалось верным, когда он открыл дверь и увидел на крыльце Тауни Дар.
Она не стала терять времени.
— Я хочу увидеть свою дочь.
Черт, она была возле его дома, но они еще не успели начать дело, и при нем не было документов.
Каждый его помощник желал участвовать в поисках этой женщины для вручения документов, но именно Донна победила в эпической битве «камень-ножницы-бумага», занявшей пятнадцать минут.
Это означало, что документы были у Донны.
Черт.
Прежде чем он успел придумать ответ, женщина продолжила:
— Я знаю, что она, наверное, не хочет меня видеть, но сегодня Рождество, и я хотела бы повидаться со своим мальчиком.
 
Наверное?
— Мы не будем этого делать, — сказал он ей и начал закрывать дверь, одновременно сканируя улицу, рука его легла на задний карман, чтобы достать телефон.
— Нет! — крикнула она, и взгляд Хикса вновь вернулся к ней, когда Тауни Дар открыла ветровую дверь, шагнула в нее и подняла руку, чтобы нажать на основную дверь.
— Отойдите, мисс Дар, — предупредил он.
— Я поняла. Она покончила со мной. Но я хочу увидеть своего мальчика.
— Уберите руку от моей двери, мисс Дар, и удалитесь с моей территории.
— Я купила ему подарок. Он в машине. Я хочу его увидеть. Я хочу подарить свой подарок.
— Неужели вы думаете, что сейчас ей есть дело до того, что вы хотите? — спросил Хикс и продолжил: — И поверьте мне, ваш мальчик тоже ничего от вас не хочет. С самого рождения Грета давала ему все необходимое, и вы не настолько повредили его мозг, чтобы он этого не понимал, так что теперь ему наплевать, получит ли он что-то от вас.
Хиксон не мог поверить, что она вздрогнула от его слов, но прежде чем мать Греты успела что-то сказать или он сумел захлопнуть дверь, ее взгляд упал за его плечо.
— Грета. Грета, девочка, я здесь не для того, чтобы создавать проблемы, — быстро сказала она. — Я просто хочу увидеть Энди.
— Грета, уйди с глаз долой, — потребовал Хикс. — Позвони Донне, скажи, что приехала мисс Дар, и скажи ей, что если она уедет до того, как прибудет Донна, женщина за рулем синей «Хонды Аккорд» последней модели. Номера Колорадо. И они просрочены.
Тауни вскинула на него глаза.
— О чем ты говоришь?
Он не ответил ей. А просто приказал:
— Отойдите, мисс Дар.
— Хорошо, только позвольте мне вручить вам его подарок, и я… Я… — ее взгляд снова переместился за его плечо. — У меня есть кое-что и для тебя, девочка.
— Я повторю еще раз: отойдите, — отрезал Хикс.
Грета, очевидно, не выполнила его просьбу, потому что Тауни продолжала смотреть на нее, и на ее лице появилось какое-то непонятное выражение. Что-то странное и непостижимое. Упорное, но побежденное. Умоляющее, но упрямое. Печальное, но с надеждой.
— Я знаю, что ты покончила со мной, — тихо проговорила она, явно осознавая, что так оно и есть. — Ты не разблокировала меня, и меня не внесли обратно в список посетителей. Но у меня ничего нет, Грета. Кавано выкинул меня. У меня ничего, а сегодня Рождество. Я не прошу многого. Просто хочу подарить вам с Энди хоть что-то. — Она попыталась улыбнуться. — А ты любишь Рождество. Всегда любила.
— Ты ошибаешься. Я его ненавидела, — холодно сказала Грета. — Пока Энди не исполнилось два года, и он не смог немного понять, что оно означает.
Лицо Тауни вытянулось, но она выдавила:
— Просто позволь мне принести ваши подарки. Вы можете отдать подарки Энди.
— Тогда, — продолжала Грета, как будто Тауни ничего не говорила, — чтобы подарить ребенку хоть что-то, мне был доступен один способ — украсть у тебя. Но это просто чудо, как трехдолларовый потрепанный плюшевый мишка из Армии спасения может зажечь двухлетнего ребенка.
— Я знала, что это ты, — пробормотала ее мать.
— Да, ты забывала купить нам подарки, но прекрасно заметила пропажу трех долларов в своем кошельке, — ответила Грета.
— Ты не один год так поступала, Грета, — огрызнулась Тауни. — И я никогда не говорила ни слова. Правда? Я никогда не говорила тебе в лицо, что ты крала у меня, чтобы подарить Энди Рождество.
— Ты серьезно? — прошептала Грета.
Хикс задался тем же вопросом. Только ему было наплевать на ответ этой сучки.
— Этого не будет, — прорычал Хикс, надавив на дверь, и сапоги Тауни протащили по крыльцу его коврик (Грета и девочки купили его в Интернете, так что ему не пришлось его покупать), когда она своим весом не смогла удержать дверь на месте.