Роковая фантазия (СИ)

Нежность мгновенно сменилась жесткостью. Выйдя из меня, Фил резко вошел обратно и принялся вбиваться в меня мощными и быстрыми толчками. Вспышки наслаждения пронзали мое тело раз за разом, я теряла равновесие, прижимаясь щекой к столешнице, только руки Фила, крепко державшие меня, не давали упасть.
Реальность была в миллионы раз чувственнее сна. Я ощущала стремительное приближение нового оргазма. Я кричала от удовольствия, срывая голос. Фил не давал мне передышки, он не останавливался ни на секунду, вбиваясь в меня все жестче.
Только он сделал самый мощный толчок и замер во мне, я почувствовала, как вместе с тем, как его член пульсирует, изливаясь внутри, меня захлестывает мощная волна феерического оргазма. Тело наполнилось жаром, вибрация пронеслась по каждой клеточке, а с ней и блаженное расслабление.
Наконец я уперлась руками в столешницу, тяжело дыша. Не прошло и нескольких секунд, как Фил поднял меня и заключил в объятья. Я уткнулась носом в его влажную от пота грудь, с наслаждением вдыхая запах мужского тела.
— В жизни круче, правда? — спросил Фил, поглаживая меня по голове.
— Да.
— Но если ты хоть кому-нибудь обмолвишься словом обо мне, я тебя накажу. Очень больно.
Его рука соскользнула с волос и обхватила мою шею. Не сильно, но достаточно для того, чтобы подкрепить угрозу. Страх ледяным инеем покрыл мое сердце.
— Ты должна была уже понять, что я смотрю будущее твоего следующего дня. И, поверь, я успею наказать тебя до того момента, как ты откроешь рот, чтобы рассказать обо мне.
  
Глава 21
 
Моя блузка была безнадежно измята. Как бы я ни пыталась разгладить ткань ладонями, она не хотела выравниваться. Ее изгибы на груди напоминали о том, как Фил неожиданно резко притянул меня к себе. На рукавах и плечах — о том, как он, расстегнув блузку, спустил ее с плечей и прижался ко мне своим горячим телом.
Я плеснула в лицо новую порцию холодной воды и взглянула на себя в зеркало. Капли стекали по раскрасневшейся коже, быстро нагреваясь. Мои глаза оставались широко открытыми. Я до сих пор не отошла от шока после угроз Фила.
Нужно брать себя в руки. И составлять план мести.
Пусть десять минут назад я дала слабину, но это не значит, что дальше буду себя корить за это. Мы оба хотели друг друга, мы получили друг друга. А теперь пора начинать войну. Фил меня недооценивает, думая, что я буду бояться его и не смогу выкрутиться.
Прикрыв глаза, я набрала полную грудь воздуха и вместе с выдохом выпустила из себя весь дурман, который остался после секса. С гордо поднятой головой я вышла из туалета, намереваясь отработать свою смену в баре, как обычно.
Ну почти как обычно. В моей голове вырисовалось несколько шагов, которые станут началом исполнения плана. И делать их я собралась прямо сейчас.
Фил уже протирал бокалы за барной стойкой как ни в чем не бывало. У него получалось это превосходно: нацепить на себя маску безразличия и с напускным холодом глядеть на меня. Никто бы не поверил, что еще полчаса назад он с безудержной страстью грозился разорвать на мне блузку.
В бар завалились первые посетители, и наши с Филом взгляды устремились на дверь. Я даже нисколько не удивилась тому, что Лео и Богдан оказались первыми. Вот только в этот раз они пошли не за столик, а направились ко мне.
Я поприветствовала их дружелюбной улыбкой и спросила, что они сегодня будут пить. Лео пропустил мои слова мимо ушей. Сейчас напарник выглядел непривычно суровым, будто пришел отстаивать свою позицию на заседание суда, а не веселиться и отдыхать в бар. Богдан же, видимо, оставил дома свои заносчивость и грозность, и теперь меня уже не коробило от его присутствия. Наоборот, я была рада его видеть, ведь он — часть моего плана.
Перед тем как заговорить, Лео бросил быстрый взгляд на Фила.
— Ну здесь все уже в курсе, поэтому можно не скрываться. Илона, я не знаю, как там все было, но, ты же понимаешь, нам не нужен в лагере скандал. Если ты все же напишешь заявление на Богдана, будет плохо нам всем.
 
Фил, конечно же, не был в курсе того, что я знаю, под чьим влиянием Богдан пытался меня изнасиловать. Более того, Фил ни в коем случае не должен догадаться, что мне известно намного больше, чем он думает. А значит, нужно вести себя так, будто я до сих пор ненавижу Богдана, который, в свою очередь, уже сделал виноватый вид, отведя в сторону взгляд.
— Я согласна не писать заявление только в одном случае: его снимут с должности.
Глаза начальника охраны мигом уставились на меня.
— Не слишком ли?
— Я б тебя вообще в тюрьму упаковала, заразу! — выкрикнула я, попутно думая: мне бы сейчас наедине переговорить с Богданом. Кто шпион и насильник, я уже знаю, поэтому наш разговор был бы куда продуктивнее утреннего, когда Богдан просто настаивал на моем переезде в другой лагерь. Но как нам поговорить так, чтобы Лео и Фил нас не услышали?
— Так, давайте не кипятиться, — сказал напарник. — Давайте спокойно поговорим. Фил! Налей нам колы со льдом, — крикнул он в сторону барной стойки и, приобняв нас с Богданом за плечи, повел к столику.
Я сверлила взглядом начальника охраны, надеясь, что он посмотрит на меня. Мне нужно как-то дать ему понять — то ли знаками, то ли каким-то намеком — что нам нужно поговорить вдвоем. Но Богдан, как назло, упрямо глядел в любое другое место, только не на меня.
Когда парни уселись за столик, я сбегала за колой и сказала Филу, что недолго с ними посижу.
— До следующих клиентов, — ледяным тоном произнес он. — Разговоры с друзьями не должны отвлекать тебя от работы.
— Хорошо.
Я не знала, сколько у меня есть времени, и, вернувшись с колой за столик, стала думать, как хоть на несколько минут прогнать Лео.
— Ты уже извинился перед ней? — спросил напарник.
— Нет.
— Ты гонишь! — Лео чуть не взорвался. — За такое не грех тебе еще несколько раз вмазать. Мало того что ты нарушил обещание о том, что и пальцем к ней не прикоснешься, и пытался ее изнасиловать, то теперь даже не потрудился извиниться перед ней. Две минуты назад у меня еще были сомнения, но сейчас я первый подпишу приказ об отстранении тебя от должности.
По Богдану было заметно, что он чувствовал себя виноватым, но лишаться должности явно не хотел.
— Эй, притормози! Все в жизни ошибаются. Я перебрал, разозлился. И так вышло, что… — он вздохнул, отведя взгляд. — Больше такого не повторится.
Странно было видеть, как Богдан боится моего напарника несмотря на то, что занимает более высокую должность. Возможно, в прошлом было наоборот.
— Ты не мне это говори, а ей.
— Лео, оставь нас на несколько минут, — сказала я. — Ты на него давишь. Может, наедине Богдан решится извиниться.
Напарник явно остался недоволен моими словами. Он резко поднялся из-за стола, буравя меня разгневанным взглядом.
— Если вы начнете ругаться, или если ты, друг, прикоснешься к ней, я вернусь сразу же.
Смотря в спину уходящему напарнику, я переживала лишь о том, чтобы он отошел достаточно далеко. К счастью, он даже присел на барный стул и заговорил с Филом. Отлично.
— Зачем ты весь этот концерт устраиваешь? Я ведь уже объяснился, — вполголоса сказал Богдан.
— Нам нужно поговорить. Я знаю, кто шпион. — К удивлению, с этими словами мой пульс мгновенно участился. Волнение затрепетало в груди. Боковым зрением я следила за Лео и Филом, до дрожи боясь, что они услышат нас.
Глаза Богдана округлились.
— Как ты догадалась?
— Неважно. Нам нужно объединиться, чтобы вывести Фила на чистую воду и…
 
— Фила? — перебил меня Богдан. — При чем здесь бармен?
Замешательство лишило меня дара речи. Я вперилась взглядом в лицо начальника охраны, ничего не понимая.
— С чего ты взяла, что это Фил? — он фыркнул. — Паскуда отметелил меня хорошенько, но он спас нас обоих. Тебя от насилия, а меня — от выполнения приказа. И ясное дело, — лицо Богдана скривилось, — я ему поддался. В другой ситуации еще неизвестно, кто кого бы уделал. Но не Фил же мне приказывал. Это бредово. Ты ни о чем не догадалась, красавица.