Карлос (ЛП)

Между нами сразу же возникло притяжение. У меня — потому что хорошо притворяюсь, у него — потому что нашёл красивую доступную женщину.
Прежде чем я покинула клуб, эль Дьябло потребовал мой номер телефона и адрес, где живу.
Сегодня утром появился один из его людей и заявил, что Карлос хочет меня видеть немедленно.
Такой скоротечный вызов мне не понравился, но я поехала за приспешником на его машине. И вот я на «Вилле Фалько», в логове Дьябло.
«Вилла Фалько», потому что похожа на сокола. Двухэтажный особняк выделяется снаружи своей крышей, которая накладывается сама на себя, создавая впечатление свернувшегося клубочком сокола. Покатые крыши по бокам создают ощущение двух крыльев, и даже цвета и текстура здания наводят на мысль об оперении сокола.
Я вхожу и оказываюсь в большом вестибюле в сопровождении одного из охранников.
Атриум просторный и величественный, но нет времени его рассматривать, потому как меня сразу же ведут по длинному коридору. На мгновение я забываюсь, рассматривая различные скульптуры греческой мифологии, чередующиеся с несколькими тёмными деревянными дверями. Я копалась в прошлом Карлоса, и всё казалось чистым и слишком правильным. Похоже, у него нет друзей, только партнёры и подчинённые. В его жизни постоянно присутствует некая Касандра, которую я так и не смогла идентифицировать. Я ничего не раскопала ни о её прошлом, ни о прошлом Карлоса, словно его у них и не было. Рано или поздно я надеюсь познакомиться и с этой женщиной. Возможно, это поможет мне лучше всё понять.
Охранник останавливается у последней двери слева и, прежде чем открыть, стучит. Я жду на пороге, пока он заглядывает.
— Она здесь, — отчитывается он.
— Спасибо, Диего, можешь идти, — раздаётся голос Карлоса.
Мужчина уходит, а я, глубоко вздохнув, вхожу, готовая увидеть его снова.
Я оказываюсь в помещении, похожем на кабинет. Взглядом нахожу глаза Карлоса и не могу справиться со своими эмоциями, в горле перехватывает дыхание. Его пронизывающий взгляд проникает в мою плоть, причиняя почти физическую боль. Пока подхожу к его столу, Карлос сохраняет бесстрастное выражение, его губы приоткрыты.
— Пожалуйста, располагайся, — вежливо произносит он.
Я сажусь в одно из кожаных кресел напротив письменного стола и скрещиваю ноги. Карлос с любопытством следит за каждым моим движением, и мне интересно, почему у него с первой нашей встречи такое выражение лица.
Он отводит взгляд, из верхнего ящика стола берёт папку, листает её, а затем его голубые глаза возвращаются ко мне.
— Сколько тебе лет?
Задавая вопрос, он внимательно изучает меня, его глаза обжигают мои.
— Двадцать восемь, — невозмутимо отвечаю я.
Слышу, как он тяжело выдыхает, и его рука вновь листает моё досье.
— Ни семьи, ни друзей. Интересно, — произносит он задумчиво. — Кто ты на самом деле, Валентина?
— Я девушка, потерявшая родителей. У меня нет друзей, потому что в дружбу не верю, и ты ничего на меня не найдёшь, кроме нескольких преступлений за воровство. Я призрак, живущий в тени, — отвечаю спокойно.
Карлос смотрит на страницы, а затем вновь возвращает взгляд на меня.
— У всех нас есть прошлое.
Я чувствую, что терплю неудачу. Его выразительные глаза продолжают копаться в моих, словно он знает: в глубине души я что-то скрываю.
«Думала, что готова к этому, но на самом деле это не так».
— Ты в порядке?
— Да, конечно, — отвечаю резко.
Нет, я не в порядке. Это не то, чего я ожидала, и мне ещё предстоит выяснить, что происходит со мной в присутствии этого мужчины. Гардоса закрывает папку, встаёт и неспешно подходит ко мне.
— Хочешь посмотреть мой дом, Валентина? — вызывающе спрашивает он, наклоняясь ко мне. — Или предпочитаешь, чтобы я трахнул тебя сразу же?
Прямой, жёсткий. Ни в малейшей степени не пытается быть любезным. Я выдерживаю его взгляд. Карлос хищно тянется ко мне, целует, прикусывая нижнюю губу и зажимает её между зубами. Тёплое дыхание обдаёт моё лицо, и я задерживаю вдох, окутанная ароматом Карлоса.
— Хочу прояснить одну вещь, — говорит он почти шёпотом. — Я буду трахать тебя столько, сколько мне захочется, а потом, возможно, позволю тебе на меня работать. У тебя есть десять секунд, чтобы решить, убегать или нет.
 
По мне пробегает дрожь чистого ужаса. Его мучительные слова способны довести меня до агонии.
— Diez (Десять).
Положил руки по бокам от моего тела.
— Nueve (Девять). Ощущаю, как ускоряется твой пульс.
Руками приближается к моим бёдрам, а я продолжаю удерживать его взгляд.
— Ocho (Восемь). Подумай хорошенько, Валентина, — говорит угрожающим тоном.
Я не могу думать, стою неподвижно, подавляемая его присутствием.
— Siete (Семь).
Моё сердце ускоряется от каждого, произнесённого им слова.
Карлос наклоняет голову в сторону и хмурится.
— Seis (Шесть). Чувствую, ты собираешься сдаться.
У меня нет намерения уходить, я там, где хочу быть.
Пробегая взглядом по моему телу, Гардоса прикусывает губу.
— Cinco (Пять). Тебе конец, если останешься.
Я уже мертва с того момента, как моя жизнь пересеклась с его.
— Cuatro (Четыре). Уже смакую твою гибель.
Мне не хватает воздуха.
Касается губами моих губ, а глазами приковывает мой взгляд.
— Tres (Три). Тик-так, время уходит. Слышишь, Валентина? Кровь пульсирует у тебя в венах, сердце бьётся всё быстрее и быстрее. Тебя пожирает страх.
«Он прав, именно так и есть».
Карлос приподнимает мой подбородок, его взгляд становится злым. Время вышло.
— Dos (Два). Будешь меня умолять прекратить.
Его голос глубокий, и мне кажется, я слышу его внутри себя.
— Uno (Один). Я тебя уделаю.
Он притягивает моё лицо, грубо целует и кусает мои губы, а затем отпускает.
«Я попала».
Оглядывает меня и снова на его лице это заинтригованное выражение.
— Интересно, — произносит задумчиво, — ты меня не боишься.
— Я не боюсь тебя, Карлос, — подтверждаю я.
«Просто прямо сейчас хочу всё уничтожить — его и саму себя».
Карлос выпрямляется и, не отводя взгляда, протягивает мне руку.
— Пойдём со мной.
Я смотрю на его руку, но не протягиваю свою в ответ, а встаю, пытаясь не обращать на него внимания. Но только мёртвый не заметил бы такого яростного взгляда.
У меня мурашки по коже; ситуация рискует выйти из-под контроля.
Что, чёрт возьми, со мной происходит?
Покидая кабинет, Гардоса элегантно идёт по коридору, а я стараюсь держаться на шаг позади.
Карлос останавливается рядом, указывая на скульптуру.
— Знаешь, что она означает?
— Нет.
Уголок его губ приподнимается в ухмылке, когда он смотрит на меня своими бездонными глазами.
— Это Приапо, бог греческой и римской мифологии. Как можешь сама заметить, его внешность гротескна… — Карлос останавливается перед скульптурой и кладёт руку мне на спину.
— Приапо был богом, в котором преобладал инстинкт, — Гардоса смотрит на меня, пока я не отрываю взгляд от скульптуры. — Сексуальная сила, — продолжает более низким тоном, как слизкая змея, заползающая вглубь кишечника.
Я поворачиваюсь к Гардоса, спрашивая себя, к чему он клонит своей речью.
— Считаешь себя непобедимым, Карлос? — задаю вопрос с оттенком высокомерия.
Он зловеще ухмыляется, притягивая меня ближе, так что наши тела сталкиваются. Затем проводит по моей губе подушечкой большого пальца.
— Нет, я гораздо больше.
Он всматривается в меня, ожидая реакцию, которая не заставляет себя ждать.
— Самомнения тебе не занимать, — комментирую, падая в его ловушку.
Карлос сжимает челюсти и тяжело вздыхает, а затем хватает меня за шею, вбивая в стену.
 
— Ах, Валентина. Я хочу, и я получаю, — говорит угрожающе. — И я уничтожаю людей, которые думают, что могут смеяться надо мной.
Начинаю дрожать, когда его рука почти душит меня. Ощущаю, как начинает не хватать воздуха, и цепляюсь за его запястья, пытаясь освободиться.