Карлос (ЛП)

— Теперь закрой глаза и спи. Я здесь… я буду присматривать за тобой, пока ты отдыхаешь. Я всегда буду защищать тебя, Дженнифер, — шепчет он тёплым, вселяющим уверенность голосом.
Я вдыхаю, кладу голову ему на плечо и закрываю глаза, расслабляясь в его объятиях. От ощущения его тёплого уютного тела кажется, что за долгое время начинает ослабевать тяжесть, поселившаяся в моей душе.
Карлос продолжает что-то тихо говорить, но разобрать я не могу, потому что погружаюсь в глубокий сон.
ГЛАВА 20
Дженнифер
Тёплая рука ложится мне на спину. Я открываю глаза, но ещё темно. Тогда поворачиваюсь, и меня целует Карлос. Прошло уже две недели с тех пор, как позволила ему заботиться обо мне. Правда не проходит и дня, чтобы я не задавалась вопросом: какой смысл оставаться?
«Что я хочу сделать со своей жизнью?»
На данный момент у меня нет цели, и я так устала, что с трудом встаю с постели.
— Ты разговаривала во сне, — говорит Карлос, переплетая свои ноги с моими.
— Что я сказала?
— Я не уловил, ты что-то бормотала.
Сворачиваюсь калачиком, засовывая руку под подушку.
«У него паранойя, он не может защитить меня и от ночных кошмаров».
Я чувствую, как прогибается матрас под его весом, и в комнату начинает проникать тусклый свет от прикроватной лампы.
— Я должен сделать признание, — шепчет он мне на ухо, пока я притворяюсь в тишине, что сплю.
— Я знал, что ты скрываешь от меня что-то важное.
— Откуда?
— Ты правда думала, что сможешь меня обмануть? — спрашивает с намёком на улыбку.
Смотрю на него косо, и его улыбка становится шире и самодовольнее.
— Что именно ты узнал?
— Всё выглядело довольно подозрительно. Я выяснил, что единственная Валентина Харпер, которая соответствовала твоим данным, погибла четыре года назад в автокатастрофе. В какой-то момент я подумал, что ты агент под прикрытием, но после той первой ночи в клубе понял, что ты невероятно отличаешься от других женщин, с которыми я имел дело.
«Фантастика. К счастью, моё прикрытие должно было быть бронированным».
— Как ты меня разоблачил? — спрашиваю, пряча половину лица под простынёй.
У нас устанавливается зрительный контакт, атмосфера расслабленная. Мы даже разговариваем как два нормальных человека, и Карлос совсем не кажется сердитым.
Это так странно.
— Секреты профессии, — отвечает он, пожимая плечами.
Карлос даже не представляет, через что мне пришлось пройти, прежде чем я попала к нему.
— Ты правда полгода сидела в тюрьме? — неожиданно спрашивает он.
— Мне пришлось, чтобы мой образ казался более достоверным. Это была не прогулка по парку, мне приходилось иметь дело с самыми разными преступницами. Я должна была адаптироваться. Чтобы попасть за решётку, я делала вещи, о которых сожалею каждый день, но тогда я не думала об этом, потому как считала, что моя жизнь скоро закончится.
— Дженнифер, твоя решимость и любовь, которую ты испытываешь к близким, делают тебя особенным человеком. Никто из нас не идеален. Ошибки совершают все, потому что сделать правильный выбор чертовски сложно, но ты больше не Валентина Харпер, ведь в глубине души ты никогда ей не стала.
— И что теперь будет?
— Всё просто, мне всегда нужен пилот, и кроме того, неплохо, когда ты рядом.
Он говорит и заключает меня в крепкие объятия.
Я пытаюсь оттолкнуть, надавливаю ему на грудь, но моя сила не идёт ни в какое сравнение с его.
— А что, если меня больше не интересует это предложение? — провоцирую, усмехаясь.
— Ты останешься. Конец истории, — обрывает жёстко.
Я сопротивляюсь изо всех сил, пытаясь освободиться, а Карлос смеётся, усиливая хватку.
«Сейчас я тебе покажу!»
Я кусаю его за плечо, вонзая ногти ему в спину.
— Именно такой непокорной я и хочу тебя, — говорит он, оседлав меня.
— Отстань от меня, Карлос! — Я визжу от смеха и продолжаю брыкаться.
Он хватает меня за руки и блокирует их по обе стороны от моего тела, удерживая меня.
— Если нет, то что ты собираешься сделать со мной, Ангел? — угрожающе спрашивает он с пылающим взглядом, опускаясь на мою грудь и разрывая зубами тесёмку, соединяющую чашечки бюстгальтера.
 
«Вау!»
— Я всегда могу передумать и убить тебя, — угрожаю ему, начиная дышать поверхностно.
Карлос морщит нос, но не возражает. Он ласкает меня языком от груди до пупка, а затем возвращается и смотрит на меня серьёзно.
— Убей меня, если хочешь, в любом случае я заберу тебя с собой, — говорит он и кусает мой бугорок Венеры.
«Боже!»
Сквозь меня проходит желание, как электрический разряд.
Как только Карлос избавляется от небольшого клочка ткани, который прикрывает меня, его рот набрасывается на лоно, нетерпеливо пробуя на вкус. В пылу наслаждения я хватаю его за волосы, но в самый ответственный момент он отстраняется, оставляя меня задыхаться.
— Раздень меня, — приказывает нетерпеливо.
«О, Небеса, да!»
Спешно тянусь к боксерам и стягиваю их с него.
— Карлос… — умоляю его, когда, раздвигая, он приподнимает мои бёдра.
— Знаю, это потрясающе, — говорит и проникает в меня.
Я выгибаю спину, цепляясь за простыни, а он хватает меня за ягодицы и погружается до основания.
— Ангел, посмотри на меня, — произносит сквозь стиснутые зубы и приказывает, — прикоснись ко мне.
Его низкий голос околдовывает меня.
Открываю глаза и окунаюсь в насыщенную синеву его взгляда, где теперь, я знаю, могу потерять себя без остатка. Ласкаю его лицо, спускаюсь к шее, затем на грудь. Мои пальцы, жаждущие его, пробегают по мощной спине, по шрамам.
Его толчки становятся более быстрыми и сильными, отправляя меня в экстаз. Задыхаясь, глядя глаза в глаза, мы погружаемся в оргазм, и сразу же после этого наше единение растворяется в медленном танце. Я опираюсь лбом на его плечо, позволяя себя раскачивать.
— Mi paraíso (мой рай), — шепчет он, целуя меня в шею.
В безмолвном ответе я обнимаю его крепко, словно подтверждая, что он тоже мой, хотя я и не уверена. Последние несколько недель Карлос не оставлял меня одну, и полагаю, что поэтому я больше не могу принимать собственное решение. Я позволила ему контролировать ситуацию, потому как впервые за много лет мне стало страшно.
Карлос продолжает плавно двигаться. Он гладит меня по спине, по волосам и прижимает ладонь к моей щеке.
Я не могу дать определение тому, что происходит между нами, но это что-то неизвестное, мощное, что невозможно уничтожить и вряд ли можно позабыть.
«Он неправильный, я неправильная…»
— Что это за раздражающий шум? — спрашивает он, внезапно остановившись.
— Что?
— Твои мысли Ангел, я снова их слышу, — отвечает с серьёзным видом.
«Лёгкость, с которой Карлос понимает меня невероятна и ещё раз подтверждает, насколько мы близки, но…»
— Карлос.
— Ответ по-прежнему нет, — повторяет он с досадой.
Раздражённая, я вздыхаю, отстраняюсь и поворачиваюсь на бок спиной к нему.
В окне вижу размытое отражение комнаты.
— Не могу представить, что меня запрут здесь до конца жизни, — с горечью бормочу я.
Он встаёт с кровати, ничего не ответив.
— Мы оба знаем, это не может продолжаться долго… Согласись, вместе мы подобны тайфуну, — говорю в пространство, продолжая смотреть на ночь.
— Я знаю, вместе мы — дьявол и святая вода, но мы можем найти компромисс, — упорствует он, вставая напротив меня.
«Он на самом деле хочет пойти на компромисс, чтобы я осталась?»
Мне трудно дышать, одна мысль пробивается сквозь другие, но я пытаюсь прогнать её.
«Это невозможно».
 
Он ничего не чувствует ко мне, я для него просто вызов.
— Я не хочу оставаться, — повторяю, глядя ему в глаза.
— И куда бы ты хотела отправиться?
— Я не знаю. Мне нужна причина, чтобы начать всё сначала. Возможно, я могла бы вернуться к преподаванию, хотя не знаю где, — объясняю, небрежно пожимая плечами.