Карлос (ЛП)

«Больно».
Именно тогда, когда меньше всего ожидаешь, эль Дьябло показывает свою сущность. Он мой яд, а я — его погибель. Нас ждёт ад, и я надеюсь, что скоро мы до него доберёмся.
https://vk.com/club196340839
ГЛАВА 8
Валентина
Плавание всегда помогало мне оставаться сосредоточенной, давая возможность поразмышлять, не отвлекаясь на посторонние мысли. И когда я ныряю под воду, тишина сметает шум, а вместе с ним и негативные мысли о самой себе. Жизнь на «Вилле Фалько» — это совсем не то, что я себе представляла. Я редко вижу Карлоса, и мы никогда не разговариваем. Единственное, что мужчина позволяет мне делать, это удовлетворять его сексуальные потребности. Но план по уничтожению Карлоса Гардоса должен реализовываться, я не могу отвлекаться и должна сосредоточиться. Выхожу из бассейна и, вытерев лицо полотенцем, ложусь на один из двух шезлонгов, расставленных вдоль бортика. Я внимательно смотрю, как Карлос приближается, держа в руке папку. Он одет в белую рубашку изо льна и шорты для купания. Не могу отрицать, у мужчины есть шарм. Пока Карлос приближается, я сажусь на край шезлонга и вдруг теряю всё своё хладнокровие. Руки начинают дрожать. Гардоса хмурится, быстро пробегая глазами по моему телу и продолжая перебирать документы.
Карлос такой: мощный, угрожающий и разрушительный.
Резкий дневной свет отражается от его лица, вырисовывая практически идеальный профиль.
— Ты готова? — Спрашивает он, располагаясь рядом со мной и надевая на лицо своё любимое выражение — лицо Дьябло. Челюсть сжата, взгляд пронзительный и холодный, тон голоса властный.
— Я всегда готова делать свою работу. — Говоря это, я отклоняюсь от него, чтобы дистанцироваться.
— Следуй плану, никакого экспромта.
— Буду в точности следовать инструкциям. Ты уже должен знать, что приказы я выполняю.
На его лице появляется весёлая ухмылка.
— Особенно когда ложишься со мной в постель.
«Держись, не порть всё прямо сейчас».
— Разве не так, Валентина?
— Конечно.
 Он кладёт бумаги на маленький столик рядом с шезлонгом и вновь пристально смотрит на меня.
— Необходимы твёрдость, решительность и сила, чтобы не возникли непредвиденные обстоятельства, — объясняет он. — Ты напряжена, тебе нужно расслабиться, и мы оба знаем верный способ, как добиться этого, — он заканчивает наставления с ноткой коварства.
Сегодня Карлос не получит моё тело, если надеется на это.
— Я в порядке, мне ничего не нужно, — решительно заявляю я.
Карлос приближается, берёт меня за подбородок и приподнимает его, заставляя смотреть в глаза.
— Ты говоришь мне «нет»? — спрашивает серьёзно.
— Сегодня да.
Он смотрит на меня с разочарованием.
— Ни сегодня, ни когда-либо ещё, — настаивает суровым тоном.
Я уклоняюсь от его прикосновений.
— Посмотри на меня, — приказывает он.
Я рискую вызвать его ярость, а это последнее, что мне сейчас нужно. Раздумываю лишь момент, но потом поднимаю глаза и встречаю его взгляд. Я вижу в его глазах удовлетворение человека, чувствующего победу.
— Хочу трахнуть тебя прямо сейчас, здесь, на виду у всех, — заявляет он.
Я задерживаю дыхание, когда он приближается. Карлос опоясывает мою талию руками и резко притягивает, сталкивая наши тела.
— Поцелуй меня так, как ты никогда никого не целовала, — шепчет он, касаясь своими губами моих, — желай меня так, как никого не желала, — продолжает он, пока его тёплый язык скользит по моей шее, и ниже на грудь до выреза в костюме.
— Наслаждайся со мной, только для меня, Валентина.
Из-за него моё тело дрожит, и я задерживаю дыхание. Должно быть, я совсем потеряла рассудок, других объяснений нет. Закрываю глаза в попытке перенестись мыслями в другое место, но не могу. И снова я нахожусь именно там, где хочу быть, но по неправильной причине. Хочу, чтобы его руки были на мне, хочу почувствовать его вкус и желаю, чтобы Карлос владел мной, потому что он способен пробудить ту часть меня, которая, как я думала и надеялась, была мертва.
 
— Хочешь меня? — вызывающе спрашивает Гардоса, снова терзая мои губы своими.
Только безумец может остаться, зная, что его ждёт конец. Я буду медленно и мучительно страдать, пока не наступит день, когда обрету покой.
Цепляюсь за его рубашку, одним жестом расстёгиваю её, отрывая пуговицы, и в спешке прижимаюсь к его губам. Карлос смотрит на меня с изумлением, потому что я впервые проявляю инициативу. Его реакция мгновенна, язык требовательно ищет мой, и я не могу ничего сделать, кроме как подчиниться. Наш поцелуй — это взрыв ненависти, гнева и страсти. Мы задыхаемся друг в друге, пока снимаем разделяющую нас тонкую ткань.
Царапая, цепляюсь за мощную спину в отчаянной попытке остановить хотя бы его.
— Сделай мне больно, Ангел, заставь меня почувствовать что-нибудь, — умоляет Карлос, задыхаясь, затем кусает меня за плечо и тянется вниз к моим налитым грудям. Его язык танцует вокруг сосков, удерживая их губами и царапая зубами.
Затем Карлос прячет лицо в моей ложбинке, и я впиваюсь ногтями ему кожу.
— Я падший ангел, а ты мой ад.
Слова Карлоса возбуждают меня. Он причиняет мне боль, и одновременно ему удаётся выпустить на волю новую меня, более жестокую и извращённую.
— Остановись, — пытаюсь сказать я в последней отчаянной попытке сохранить контроль. Но ни он, ни моё тело, похоже, не хотят выполнять эту теперь бесполезную просьбу.
— Скоро тебе придётся гонять как никогда. Когда вернёшься ко мне, ты получишь свой приз.
Голос Карлоса наполнен возбуждением.
— Поцелуй меня, — приказывает он, вонзая ногти в мои ягодицы, и притягивая к себе ещё требовательнее.
Со стоном жадно целую его губы, продолжая искать его язык своим.
«Плохая идея».
Чем больше я предаюсь страсти, тем с большей пылкостью Карлос отвечает мне взаимностью. Наши языки сталкиваются на дуэли, и в моём теле начинает дрожать каждая мышца.
— Если я не трахну тебя прямо сейчас, я взорвусь, — хрипит он, обнимая меня за бёдра и крепко сжимая.
Я преступила черту, потому что впервые хочу Карлоса Гардоса.
— Сделай это, — говорю я ему в рот. — Убей меня ещё раз, — шепчу еле слышно.
Выгибаю спину и позволяю ему взять меня всю: грубо, жестоко и безжалостно, потому что только сейчас я понимаю — именно так сама хочу этого.
— Я хочу видеть, как ты наслаждаешься со мной, — шепчет Гардоса и снова ловит мои губы.
Нетерпеливо, с предвкушением он трётся членом о мои интимные места. Не отрывая взгляда от моих глаз, наклоняется, берёт в рот сосок и жадно посасывает.
— Ты пылаешь, признай это. — Его голос глубок и резонирует внутри меня, царапая душу.
«Проклятье, это правда».
— Да, — отвечаю я со стоном, когда он проводит руками по внутренней стороне моих бёдер, раздвигая их.
Я застываю, и Карлос замирает.
— Не останавливайся. Отпусти себя.
— Карлос…
Мой разум хочет, чтобы он остановился, но руками крепко сжимаю его плечи, побуждая продолжать.
Чувствую, как в моих ладонях напрягаются твёрдые и упругие мышцы.
— Не притворяйся, не контролируй себя, я хочу видеть тебя потерянной в удовольствии.
Карлос ласкает мою кожу, и я глубоко вздыхаю.
— Я хочу тебя всю. — Он тяжело дышит, продолжая тереть член о моё лоно. Его движения становятся более решительными, и моя кожа, такая чувствительная, начинает покалывать повсюду. — Я не остановлюсь, пока ты не произнесёшь эти четыре слова.
Не понимаю, что он имеет в виду. Я застываю всем телом, когда Гардоса опускает голову между моих ног. Его язык ласкает меня, а зубы кусают внутреннюю поверхность бедра.
 
— Скажи эти слова, Валентина, — шепчет он.
— Какие? — Я вздрагиваю, когда Карлос снова кусает меня.
В ответ стискиваю зубы и впиваюсь ногтями в его плечи. Я цепляюсь за него, но хотела бы сорвать плоть с его костей и разорвать на тысячу кусочков. Я хотела бы убить его сейчас, и сама тоже хочу умереть, потому как что-то, в каком-то отдалённом уголке меня заставляет желать обратного.