Чэч: Становление бродяги (СИ)

— Агееч, я осмотрелась по округе, близко другой нежити не увидела. Вот хворост, а вот ещё один суслик, пожирнее первого. Выпотрошишь?
— Кормилица ты наша. Конечно, клади его сюда.
— Как Чэч?
— Вроде задремал.
— Ну, пусть спит.
Бархатные интонации вновь затронули какие-то струны в душе. Что-то во мне зашевелилось, заворочалось. Нет, не ниже ремня, как можно было подумать, а где-то в области груди, за сердцем. Будто что-то глубинное проснулось. Проснулось, почувствовав то, что принадлежит только ему, заворчало обрадованно: «Нашёл. Моё. Не отдам». Удивлённый, я стал прислушиваться к этому чувству, знакомому, но давно позабытому…
— Просыпайся, парень, — разбудил меня Агееч. — Похлёбка готова, поешь пока горячая.
Оказывается, я сам не заметил, как уснул. Прислушался к себе, вроде ничего не болит, но это не показатель — интерфейс был всё ещё перед глазами. Он-то и мог глушить боль. Оставлю пока как есть.
— Сам справишься? А то могу с ложечки покормить, мне нетрудно.
— Сейчас проверю, — буркнул я, смущённый такой заботой.
Попробовал сесть. Получилось. К моей радости, тело не отозвалось болью. Лишь желудок, взбудораженный ароматом мясного бульона, радостно заурчал, требуя еды. Да так громко, что я невольно оглянулся, нет ли поблизости Лиры, услышала ли она компрометирующие меня звуки. Охотница сидела на камне в нескольких метрах от нас, отвернувшись в сторону леса, и ела из тарелки, стоящей у неё на коленях. Услышала или нет? Да какая разница? Что мы на приёме у барона, что ли? Что-то часто подростковые эмоции стали меня посещать при одной мысли о нашей спутнице. Как доберёмся до гарнизона, точно в бордель схожу и денег не пожалею. Замётано. Почти выхватив тарелку из рук старика, я зачерпнул полную ложку бульона.
— Погоди, Чэч, прими сначала это, — Агееч достал из сумочки на поясе аморфный комочек. — Он на силу. Пока ты спал, Лира ещё одного суслика умудрилась раздобыть. Кристалл велела тебе отдать.
«Заботится. Может, я ей не безразличен? — яркой звёздочкой вспыхнула радостная мысль, но вслед за ней пришла другая, более реальная — Заботится о том, как до гарнизона добраться и долг за железный веер отдаёт».
Как бы там ни было, вопрос разрыва между силой и ловкостью почти решён, попытался я примирить спорящие стороны. Взяв кристалл, закинул его в рот. А потом сообразил, что надо сделать кое-что ещё.
— Спасибо, — кивком поблагодарил старика, присевшего рядом и взявшегося за котелок, и понял, что не всё сделал и сказал громче. — Лира, спасибо за кристалл.
— На здоровье, — ответила охотница не оборачиваясь.
Ну да, ну да, нужна ей моя благодарность.
Какое-то время мы ели молча, отдавая должное кулинарному мастерству Агееча. Похлёбка получилась жирной, наваристой, красивого янтарного цвета. Старик и крупы не пожалел.
— Вы ничего не чувствуете? — спросила охотница, повернувшись к нам.
— Только аромат похлёбки, — брякнул я.
— Нет, — посмотрев по сторонам, ответил старик. — А ты?
— Непонятное что-то… Странное… — Лира снова отвернулась к лесу и продолжила есть.
Вслед за стариком я огляделся. Всё было по-прежнему, и даже серый туман не стал гуще и не рассеялся. И не мелькал в нём никто. Нет, ничего не чувствую. Но какая-то неясная тревога осталась. Вот же женщины, парой слов могут навести тень на плетень, не сказав что-то конкретное по делу. Зачерпнув полную ложку варева, я вернулся к еде. Но тут краем глаза заметил, что Лира, поставив тарелку на землю, всматривается в туман, словно к чему-то прислушиваясь. Её рука поднялась к затылку и выдернув шпильку, освободила скрученную косу. Та, чёрным ручьём тут же заструилась вдоль спины, достигнув своим нижним концом камня, на котором сидела девушка. Красивые у неё волосы, волнистые, с живым блеском. Вот бы увидеть их распущенными, они явно ниже… Кхм. Крутанув головой, Лира перебросила косу через плечо и вновь замерла, всматриваясь куда-то в туман.
Чего это она? Я уставился на охотницу, но она продолжала неподвижно сидеть, лишь теребя пальцами кончик косы. Странная какая-то. Пожав плечами, отправил ложку в рот.
 
Тут охотница медленно встала и сделала пару шагов к лесу. Остановилась, неуверенно повернулась. Мы встретились глазами. Взгляд у неё был какой-то туманный, с поволокой. Красивые губы полураскрыты, дыхание прерывистым. Лира ещё мгновение смотрела на меня, а потом отвернулась и медленно пошла в туман.
— Ты куда, дочка? — начал подниматься старик.
— Да, она возбуждена, словно перед сексом, — вновь брякнул я первое, что пришло в голову.
— Перед чем? — не понял Агееч.
— Ну, когда, прямо перед занятием любовью. Как будто её кто-то возбудил, и она очень хочет трахаться.
— Ой, беда, Чэч, — тут же забеспокоился старик. — Бери свой топор, парень, и мой подай. Вон он, возле камня, на котором Лира сидела, лежит.
Характеристики Чэча на конец главы:
«Чэч»
Уровень: 11 (98,02%)
Раса: человек. Фракция: Свободный охотник.
Статус: Наёмный рабочий.
Первичные характеристики:
Сила: 11 (02,58%);
Ловкость: 14 (12,03%);
Телосложение: 9 (11,31);
Здоровье: 1015;
Интеллект: 9 (91,82%);
Дух: 5 (88,01%);
Мана: 416
  
Глава 8
 
— Ой, беда, Чэч, — тут же забеспокоился старик. — Бери свой топор, парень, и мой подай. Вон он, возле камня, на котором Лира сидела, лежит.
— Да, что случилось-то? — вскочив, я бросился за топором.
— Если правда, что красавица наша, смотрела, как корова во время течки на быка, то спасать её надо. Точно так смотрела?
Я немного завис, представляя, как та самая корова может на быка смотреть. Ну, не видел я такого ни разу. А потом, тряхнув головой, отгоняя разные картинки, возникшие перед глазами, подтвердил:
— Да, так смотрела. Что я возбуждённых женщин не видел никогда?
— Под воздействие похотника она попала…
— Кого? — не понял я. — Так её остановить надо!
— Остановишь её сейчас, как же, — тяжело вздохнув, ответил старик. — Если только обухом по голове. Рискнёшь?
Переведя взгляд со старика на свой топор, а потом обратно, я отрицательно мотнул головой.
— Вот и я не рискну. А иначе никак. Вырываться и царапаться будет, словно кошка дикая, но всё равно на зов пойдёт. Не отпустит её похотник
— Что делать-то? Не отдавать же её похотнику этому. Что за тварь, кстати, такая?
— Что делать? Пойдём за ней потихонечку, за красавицей нашей. А там увидим. Похотник этот — тварь демоническая, через клятые порталы в наш мир проникающая. Питается энергией, которая у людей во время соития выделяется. И жертву свою до смерти доводит, высушивая полностью словно тот вампир. Только вампир кровь пьёт, а этот — энергию и, говорят, саму душу.
«Это он про инкуба, что ли? Очень похоже, — наконец-то догадался я. — И такие тут есть, оказывается». При мысли, что какая-то демоническая тварь хочет трахнуть Лиру, пальцы с силой сжали топорище так, что костяшки побелели. Не дам! Сдохну, но не дам!
Старик оказывается заметил моё состояние.
— Спокойно, парень, спасём нашу кралю. Обычно твари эти в городах ошиваются. Последний, которого у нас в посёлке убили, успел пятерых бродяг на тот свет отправить. Или посмертия лишить, тут кто что говорит. А что этот здесь, в пустошах, да ещё во время сезона дождей, забыл, непонятно.
Пока старик рассказывал мы, отстав метров на десять, старик специально придержал меня, следовали за девушкой. Лира сначала шла неуверенно, то и дело останавливаясь и замирая, словно прислушиваясь к чему-то или выбирая дорогу. Я видел, как её пальцы теребят косу, потихоньку расплетая. А потом охотница ускорялась так, что я боялся потерять её в клятом тумане. Старик же продолжал рассказывать об этом похотнике.
— Самое плохое, что демон этот, бесплотный почти всегда. И в таком состоянии с ним разве что маг справится. А плоть он обретает, когда лапами своими жертву касается, вот тут-то и надо его кончать, не раньше. Иначе спугнёшь. Но Лире это уже не поможет. Не оставит он её. Так и будет рядом крутиться, пока дело до конца не доведёт. А потом за нас примется. Другого кого он вряд ли сейчас поблизости найдёт.