Чэч: Становление бродяги (СИ)

— Чэч, подержи, чувствую понадобиться.
А затем, усевшись прямо на землю, сжал кристалл в ладони и закрыл глаза. Я, присев рядом, ожидал, что на процесс определения он затратит все свои и так небольшие силы и уже приготовился подхватить, если он начнёт падать. Но лицо старика было спокойным, дыхание не участилось, даже капельки пота не выступило, как это бывает обычно. Секунд через тридцать Агееч открыл глаза, и я первым делом протянул ему фляжку.
— Спасибо.
Сделав совсем маленький глоток, только губы смочить, Агееч улыбнулся:
— Определять хорошо структурированные кристаллы гораздо легче, чем внекатегорийые. Не нужно тратить много сил на концентрацию.
Словно желая продемонстрировать, что он полон сил, старик подбросил боб на ладони:
— Тут «Железный веер», активное защитно-атакующее умение для амбидекстера, воина, работающего одновременно двумя мечами. Есть ограничение: ловкость не ниже пятидесяти единиц, телосложение — тридцати пяти. Неплохой боб.
Я увидел, как жадно блеснули глаза Лиры, но охотница промолчала. А Агееч тем временем взял вторую «монету» с явным малахитовым оттенком.
— «Чувство леса», умение пассивное, без дополнительных условий, стандартно-эльфийское. Эти длинноухие на каждом углу трезвонят, о своём единении с деревьями. Только где здесь, в пустоши, настоящий лес найдёшь, так рощи и перелески.
Несмотря на слова старика о бесполезности данного умения, что-то во мне ковырнулось, и интуиция буквально завопила: что оно мне просто необходимо. Я обязан его изучить! Для чего? Ведь, как заметил старик, в пустоши нет настоящих лесов, а простым фанатом длинноухих я, ещё с прочтения «Властелина колец», не являюсь.
— Красавица, вижу, тебе понравился «Железный веер».
Лира лишь молча кивнула в ответ.
— Надеюсь, ты понимаешь, что оно одно стоит больше чем две трети всей добычи?
Охотница ответила не сразу, видимо, что-то обдумывая, а когда заговорила, голос её был сух и деловит:
— Понимаю. Могу предложить двадцать золотых доплаты, когда вернёмся в гарнизон. Больше, к сожалению, у меня нет, а те, у кого могла бы одолжить, вчера, скорее всего, погибли. Но, думаю, что и у вас не наберётся необходимая сумма. Да и зачем? Перепродать дороже? Думаю, прибыль будет ненамного больше.
— Хватит и пятнадцати, — чуть подумав над её ответом, сказал Агееч, — Умение твоё. Свою часть добычи отдаю Чэчу.
Лира ссыпала кристаллы в подставленную мной ладонь. А затем не медля ни секунды, проглотила кристалл, тут же зачерпнув в пригоршню воды из ручья, чтобы запить.
— Начни с умения, как обычно…
При этих словах Лира бросила подозрительный взгляд на старика.
— Оно не ахти какое, — как ни в чём не бывало продолжил говорить тот, — но тебе сейчас каждое умение в жилу. Остальные кристаллы тоже сразу прими — кайф от них посильнее, чем от внекатегарийных, будет. Лучше его сейчас на месте пережить, чем в пути отвлекаться, — протягивая мне фляжку и убедившись, что охотница не видит, он подмигнул мне. Значит, я был прав, и с этим «Чувством леса» всё не так просто.
От фляжки я отказался. Бражку Агееча на такое дело лучше не тратить, старик и так её экономно расходует. Прежде чем проглотить первый боб, я немного поколебался. Брать в рот субстанцию, добытую из разумного? Хотя, чем тот же эльф для меня отличается от крысы? С этими мыслями я проглотил один кристалл за другим, как и Лира, запив водой из ручья.
Плющило меня минут пятнадцать. Насколько изменились мои характеристики, могу точно узнать только часа через два. В интерфейсе цифры и прогноз менялись каждую минуту. Подняться на ноги я смог спустя ещё минут пять, с удивлением поймав на себе немного завидующий взгляд охотницы. Она, что тоже по этому кайфу кумарит? К этому времени старик вырубил себе, пусть и достаточно кривой, но по виду крепкий посох. А Лира успела скрутить шкуру в рулон и собрать мой вещмешок.
— Когда пойдём, постарайтесь обходить деревья с ярко-голубым рисунком на коре. — напутствовал Агееч, а я с удовлетворением заметил, как моя характеристика Интеллект, вновь увеличилась на одну сотою. — Если подойти к ним почти вплотную, можно получить удар молнией. Встречается тут и нежить. Её тут довольно много. Одно радует, не очень больших уровней и агрорадиус у неё ограничен несколькими метрами. Она, когда восстаёт, теряет в силе и умениях раза в два-три. Лира, ты должна с ними спокойно справиться. Всё понятно? Тогда пошли.
 
— А давайте присядем на дорожку, — влез я с предложением.
— Зачем? — удивилась охотница.
— Есть у меня на родине такой обычай: посидеть перед дальней дорогой, чтобы она оказалась лёгкой.
— Хороший обычай, — усмехнулся Агееч, первым усаживаясь прямо на землю. Мы с Лирой поспешили последовать его примеру.
— Прислушивайся к себе, — шепнул мне наставник, когда мы встали и пошли в сторону, указанную стариком.
Немёртвый лес производил мрачное впечатление. Голые скелеты деревьев почти растворились в вязком, противно-сером тумане, становившимся все более густым, почти осязаемым, чем дальше мы удалялись от полянки с ручьём. Но и в этом царстве мёртвых была жизнь. Лира, идущая в нескольких метрах впереди, вдруг замерла, а потом, резко взмахнув рукой, метнула нож куда-то в туман.
— Ужин нам добыла. Похлёбка получиться наваристой и крупу сэкономим, — похвасталась она, показывая нам тушку зверька, очень похожего на суслика-байбака.
— Его надо тут выпотрошить, а то, кто его знает, может, ещё и восстанет. Место тут уж очень своеобразное, — заметил Агееч. — Я займусь, а вы за округой последите. Запах крови может нежить привлечь.
Старик как в воду глядел, не успел он закончить своё дело, как мы услышали хруст веток в тумане, довольно быстро приближающийся к нам. Лира, сжав в левой руке нож, а в правой топорик, медленно пошла навстречу звуку. У меня на душе стало как-то неуютно. Вовсе не из страха перед неизвестным, а оттого, что навстречу этому неизвестному вышла женщина, как более опытный и умелый охотник, а не я, мужик.
В метрах десяти из тумана выскочила туша, напоминающая кабана, мёртвого кабана. Здоровый, выше моего пояса, наверно, шкура на нём висела клочками. Но больше всего впечатляли жёлто-бурые клыки, чуть поменьше слоновьих, торчащих из пасти и глаза, горящие призрачно-зелёным. Меня, постоянно твердящего, что трудно чем-то удивить после просмотра фильмов ужасов, пробрало. Одно дело видеть на экране телека, совсем другое перед собой в реале. С трудом заставил себя поднять топор и встать перед стариком, выставившим перед собой посох.
Лира же смело заступила твари дорогу. Кабан, опустив рыло почти к самой земле, понёсся прямо на девушку. Три метра, два, оди… Словно заправский тореадор, охотница плавным движением ушла в сторону, взмахнув правой рукой. Обух топора обрушился на чашечку правой лапы, мчащегося мимо кабана. Тварь кувыркнулась через голову, пропахав землю метра на три. Вскочила, но тут же рухнула, правая передняя лапа подломилась. Попыталась снова встать, но охотница была уже рядом, вновь обрушив топор уже на левую лапу. Я явственно услышал хруст ломаемых костей. Лира закружила вокруг туши, нанося удары. Метила она по лапам и хребту кабана прямо за массивным черепом. Схватка происходила в полной, если не брать в расчёт глухого треска ломаемых костей, тишине. Тварь молчала, молчала и охотница.
— Чэч, иди сюда, — голос запыхавшейся девушки прозвучал неожиданно громко. — Будем тебе уровни повышать.
Лира стояла над тушей, наступив ногой на череп кабана. Тварь, лежавшая неподвижно, судя по всё ещё горящим зелёным огнём глазам, была всё ещё жива, если так можно сказать о восставшем из мёртвых. «Как-то легко у неё это получилось. Я бы сказал изящно», — подумал я, а потом вспомнил, что девушка проглотила кристалл с умением, с требованием к ловкости как минимум пятьдесят пять. Не так проста наша охотница, несмотря на не очень большой общий уровень.
— Ножом ткни в глазницу, да поглубже. Не бойся — не укусит.