Записки сумасшедшего анимешника, который переехал в Японию, стал мастером боевых искусств и решил пр

Стоп.
И тут перед глазами Коу мелькнула нежная девушка в чёрном платье… Затем она же в просторной майке алкоголичке и трусах…
Мария! Что с ней? Коу почувствовал толчок у себя в груди. Он повернулся. Девушки не было. Тогда он со всех ног бросился к отлогому склону и крикнул:
— Акихара-сенпай!
Шорох.
Он посмотрел вниз и увидел её белеющее тельце возле берега реки. Девушка неуверенно стояла у чёрной воды. Завидев его, она вскрикнула, повернулась и бросилась прямо в реку…
— Стой! — крикнул Коу, но было поздно. Мария ринулась в чёрные воды… а затем отпрянула, как ошпаренная, свалилась на траву и обхватила себя руками. Ещё на расстоянии нескольких метров Коу слышал, как у неё дрожали зубы. Он хотел броситься к ней, но вовремя удержал себя и неуверенно завис…
— Всё в порядке? — растерянно спросил он дрожащую девушку.
Мария на секунду прекратила дрожать, повернулась, вытаращила на него глаза и прохрипела:
— Нет.
—…
…
…
…
После этого он помог девушке подняться на ноги и проводил её, трепещущую и согбенную, домой. Там они провели десять минут, — Марии нужно было время согреться, — после чего одетая девушка на деревянных ногах и Коу вместе вышли на улицу и направились к станции метро.
В это же время я получил сообщение:
«Сеней, напал Волк. Я приведу её в храм, хорошо? Там безопасно?»
Я кивнул и настучал ответ:
«Хорошо. Скоро буду».
Затем сунул телефон в карман и задумчиво посмотрел на потрёпанный труп, который лежал, упираясь спиной о парапет крыши.
Глаза «Волка» были стеклянные и смотрели в никуда… Фигурально. Формально, я ещё пока не стал заменять их на стекляшки, собираясь заняться этим делом потом, когда его настоящие глазные яблоки совсем иссохнут.
Или может лучше использовать пластмассу? Стекло может и треснуть после такого удара…
Вспоминая события последних нескольких минут, я невольно покачал головой. Всё прошло совершенно не по плану. Если бы я был режиссёром, я бы съел собственный рупор от досады, что актёры проявили излишнюю самостоятельность во время единственного дубля… Но я был не режиссёр, и актёры мои были вовсе не актёрами, но героями, и хотя и согласно первоначальному сценарию, страницы которого прямо сейчас недовольно шелестели на ветру, готовые сорваться в ночную бездну, должна была произойти погоня, во время которой Коу следовало нести Марию на руках, как принцессу, а затем, в решающий момент, освоить технику, — для чего я намеревался взять контроль над его телом с помощью своих ниточек, — получилось тоже совсем неплохо.
Герой решительной атакой нанёс противнику страшную рану, помутнил ему рассудок и победил… Я был достаточно хорошим «Мастером Подземелья», чтобы не жаловаться, когда мои подопечные проявляют чудеса импровизации.
Если, конечно, она не переходит определённые границы…
Я поставил ногу на парапет, прищурился и разобрал в отдалении, на другом берегу реку дом семейства Акихара. Конкретно второй этаж, в разбитом окне которого до сих пор сиял голубоватый свет.
…Настоящий характер Марии оказался несколько… Неожиданным.
Возможно даже неправильным.
Возможно даже совершенно неправильным.
…Ей правда нравится пицца с анчоусами? Господи ты боже мой… Ну хоть не группа Nickelback.
Впрочем, — я пожал плечами, — почему бы и нет. Сейчас искать другую героиню было уже слишком поздно, а эта была по крайней мере… Эм… Ну……. Подождите, идёт загрузка… Весёленькой?
Весёленькой.
Я кивнул, собрал свои манатки, включая треснувшую трость, которой придётся теперь искать замету, — настоящий цельный дуб, как же… В следующую раз возьму стальную и намажу древесной краской, — и направился в ангар.
Затем — в храм.
Ещё на подступах к последнему я заметил парня, освещённого наружной лампой, который, придерживая руку, неуверенно стоял на пороге.
Коу казался задумчивым и не заметил моего приближения, пока я не щёлкнул пальцами.
Лишь тогда он вскинул голову, стиснул единственный рабочий кулак… А затем рассмотрел меня и радостно воскликнул:
— Сенсей!
   
Глава 42. Выбор
 
— Сенсей!
 
— Он самый, — ответил я невозмутимым голосом. — Пришлось поторопиться с делать, чтобы вернуться поскорее.
— А, извините…
— Неважно. Она там? — спросил я, движением головы показывая на храм. Коу опешил на секунду, затем серьёзно кивнул.
— Ты ей рассказывал?
— Я… Решил вас подождать.
— Состояние?
— У Акихары-сан?
— Да.
— Эм… Волнуется.
— Ожидаемо, — сказал я, опуская взгляд и замечая пару туфелек через щёлочку внизу дверного проёма.
По всей видимости, их обладатель прямо сейчас старательно нас подслушивал…
— Значит её надо успокоить, — сказал я, стремительно забрался на порог и открыл дверь. Раздался ох, Мария отпрянула и сделала вид, что всё это время стояла посреди комнаты. Но вот она посмотрела на меня пристальным и беспокойным взглядом.
Сглотнута.
— З-здравствуйте, — сказала девушкам. — Hello…
— Можно по-японски. Добрый день.
За моей спиной показался Коу. Мария съёжилась. Она была похожа на загнанного зверька, который не вполне уверен, расстилаться ему перед своими загонщиками или бежать.
— Парень, — сказал я. — Открой люк…
После этого всё прошло как по маслу. Моя роль была отполирована до блеска. Сперва я продемонстрировал ей мертвеца, который хранился в камере под землёй, — заблаговременно заменив его на более свежего и немного надымив освежителем воздуха, ибо запах витал совершенно невыносимый, затем — драгоценный артефакт, и прочитал краткую лекцию про Стражей и прочую беле… В смысле, и прочие тайны этого мира…
Коу в это время сидел с рукой, помещённой в целебный раствор, и серьёзно кивал.
Между делом я отметил, что Мария обладала необычайно выразительным лицом. Оттенки ужаса, тревоги, растерянности и, за неимением более высокопарного слово, глубочайшего охеревания, которые она демонстрировала, можно было фотографировать, а затем предоставлять в качестве рабочего материала начинающим мангакам, чтобы они учились по ним делать выразительные экспрессии. Она могла построить себе карьеру в театре… Или в цирке. Даже несколько странно, что в обыкновенное время девушка носит мину фарфоровой куколки. Интересно, у неё есть на это определённая причина, или она… Так? Просто ради забавы?
Посмотрим. В первой главе… Хотя сейчас, пожалуй, была уже вторая или даже третья в арке, в зависимости от того, насколько графоманом был автор, желающий передать каждый оттенок внутренних переживаний своих герой… Так вот, в первой главе характер персонажа не раскрывают. Данный процесс следует растянуть на всё произведение.
Наконец, когда лекция была закончена и подкреплена убедительными фактами, и когда тёмное небо уже приобретало голубые и сероватые краски — день, по всей видимости, намечался сумрачный, — Мария задала самый важный вопрос:
— Так, эм… Что мне теперь делать?
Девушка, поджав ножки, сидела на грубых деревянных досках в главном зале храма и неуверенно смотрела на свои коленки. Теперь её личико, необыкновенно бледное в такой сумеречный час, приняло сосредоточенное выражение, в котором, однако, ясно читалась глубокая потерянность.
Коу хотел ответить… Но промолчал. Я отметил про себя этот порыв, сложил руки на груди и заговорил:
— Несколько вариантов.
Мария сглотнула.
— По сути, твоя ситуация ничем не отличается от ситуации парня…
— То есть мне тоже… — Мария приподняла руки и вытянула ладони, изображая каратиста.
— Можно. Это первый вариант. Но с тех пор ситуация, — я сделал драматическую паузу. — Несколько изменилась.
— Изменилась? — встрепенулся Коу, смиренно державшийся у меня за спиной на всём протяжении рассказа.
— Верно, — сказал я. — Во время своей командировке я обнаружил кое-что неприятное…
Коу и Мария одновременно посмотрели на меня. Парень хмурился. Девушка нервно облизывала губы.