Ревизор: Возвращение в СССР 8 (СИ)

Когда мы, наконец, определились с днём выезда, было уже двадцатое число. Выезд согласовали с машиной на субботу двадцать первое, чтобы Ахмаду только на один день с работы отпрашиваться.
План был такой: туда я еду в кабине грузовика, Ахмад на своей «копейке» везёт бабушек. Разгружаемся, собираем и расставляем мебель одним днём. И вдвоём возвращаемся назад в Святославль на его машине. А грузовик уже по своему графику.
А бабушки уже не спеша всё распаковывают и раскладывают.
Первую часть плана мы осуществили без сучка — без задоринки.
Мы приехали. Дальше всё пошло не так.
Мы с заводским водилой нашли общий язык и непринуждённо болтали всю дорогу. Следовали за Ахмадом, не особо вникая в маршрут. Дорога показалась лёгкой. Приехали к вечеру, остановились за «копейкой» возле очень приличного по советским меркам кирпичного дома.
Выйдя из кабины, я потянулся и в прекрасном настроении подошёл к с трудом выползавшим из машины бабушкам. Ахмад тоже потягивался, все засиделись.
— А кто нам участок перепахал? — удивлённо спросила Никифоровна.
Из дома к нам спешил мужичок лет шестидесяти.
— Вот незадача! — воскликнул он вместо приветствия, подходя к нам. — А мы уж и не знали, приедете вы или нет…
— Вы что, передумали дом продавать? — напрягся я.
— Да нет… — как будто оправдываясь, начал мужичок. — Ещё покупатели появились…
— Как это! Мы же задаток дали! — начала наступать на него Никифоровна.
— Мы вернём! — заверил хозяин дома.
— Не надо нам ничего возвращать, — подошёл я к нему. — Продайте нам дом, как и договаривались.
— Да я что, мне всё равно, кому продавать. Вы вот с ними договаривайтесь, — кивнул он в сторону соседнего дома.
Там на крыльце появился мужчина. Он озабоченно поглядывал в нашу сторону, торопливо обуваясь. За ним вышла женщина и вперёд него поспешила к нам. За ней выскочила молодая пара и тоже припустила со всех ног к нам.
Они чуть не бегом подбежали всей компанией.
— Это наш дом! — закричала молодая на бегу.
Она была беременна. Чего бегает-то? Дурочка.
— Ещё чего! — вышла вперёд Никифоровна. — Это наш дом!
— Тихо, тихо! — встал я между ними. — Мы первые этот дом застолбили, с хозяевами по рукам ударили и задаток оставили.
— Вы кто такие⁈ — начала голосить молодая. — Мы колхозники! Нам положено!..
— Мы уже участок вспахали, — поддакнул ей муж.
— Мы вам компенсируем это, — спокойно ответил я.
— Иваныч! — обратилась к хозяину дома старшая из женщин. — Ты кому дом продал?
— Никому ещё не продал, — огрызнулся Иваныч.
— Ты же обещал! — возразила ему старшая соседка.
— Ничего я не обещал! У вас и денег нет столько!
— Мы тебе пять тысяч даём! — взвизгнула молодая.
— Дом семь стоит, — отрезал Иваныч.
— Можно подумать, они тебе столько заплатят! — кивнула в нашу сторону старшая.
— Заплатим, — подтвердил я.
— Всё. Пошли, — надоело ждать Ахмаду. Он развернул бабушек и повёл их к дому. — Все с дороги, все устали, разгружаться завтра будем.
— Я к председателю завтра пойду! — пригрозила нам молодая.
— Иди, иди, — процедила Никифоровна.
Хозяин дома, оказывается, вещи ещё не вывез. Сидел на чемоданах. И боялся дом оставить без присмотра.
— Не завидую я вам, — проговорил он, ставя греться чайник. — Эти Михайловы… Не повезло вам с соседями. Что мать скандальная, что дочь.
— Поскандалят, да успокоятся, — ответил я.
— Не знаю, не знаю, — пробормотал Иваныч. — Шуру-то, мать, жизнь ещё немного научила думать, прежде чем говорить. А вот Ксения у неё, дура-дурой и язык без костей.
— Да нам-то что? — спросил я.
— Муж у Ксении механизатор, колхоз им дом построил в центральной усадьбе, когда свадьбу сыграли. Они его продали и хотели к маме поближе перебраться. На мой дом целились. А зачем они мне нужны со своими пятью тысячами?
— Логично… — начал я понимать суть претензий соседей. Обломали мы их знатно. — Надо оформить всё поскорее.
— Завтра в правлении никого не будет, воскресенье, — ответил Иваныч. — А в понедельник пойдём.
— Не запалят они вас со злости? — спросил наш водитель.
 
— Да нет, — подумав, ответил Иваныч. — Шальные они, конечно, но не до такой степени. А как у тебя со временем, мил человек? Не поможешь и мне перебраться?
— А чего же добрым людям не помочь? — подмигнул нам, быстро сориентировавшись, водила. Дополнительно подхалтурить — святое дело.
Весь следующий день мы грузили, таскали, тягали. Но вчетвером дело быстро спорилось. Мы даже загрузили вещи Иваныча и они, вместе с водилой, в этот же день перевезли их куда-то недалеко.
В понедельник с утра Иваныч был уже у нас, готовый проводить бабушек в правление для переоформления дома. А мы с Ахмадом рванули на его «копейке» обратно в Святославль.
* * *
Павел Сатчан получил, наконец, добро на перевод в Москву. Ему осталось досидеть на Святославском механическом заводе считанные недели. Да здравствует столица! Как долго он этого ждал. Два года!
Положа руку на сердце, он не мог сказать ничего плохого ни о самом этом городишке, ни о заводе, ни о людях. Наоборот, он считал, что некоторые, например, Галия, заслуживают большего. Он даже подумывал, не забрать ли её с собой в Москву. Толкового помощника днём с огнём не сыщешь. А они уже сработались, она его с полуслова понимала…
Думал, как она обрадуется такой возможности, будет бесконечно благодарна и станет преданной ему по гроб жизни.
А тут на тебе. Она уволилась одним днём. Счастливо улыбаясь, сообщила, что уезжает в Москву! Паша устроил её учиться в институт под крылышко к своему отцу.
Вот жук! Обскакал на повороте!
Комсорг улыбнулся и восхищённо покачал головой. Далеко пойдёт парень.
  
Глава 3
 
* * *
Московская область, деревня Коростово.
— Ну что, Эль, они ушли? — спросила Никифоровна подругу, подсматривающую за соседями в окно.
— Ходят ещё, что-то меряют…
— Что эти поганцы затеяли⁉ — стукнула по столу кулаком Никифоровна. — Нет. Я пойду узнаю!
— Ань, да ладно тебе! Ну ходят и ходят… Может, меряют пашню, прикидывают, сколько нам за неё предъявить.
— Это наша земля! — возразила Никифоровна. — Нечего по ней ходить. К тому же, кто знает, что у них в головах там. Еще скажут потом, что ходили, решали, а мы не вышли, значит согласны с их решениями.
— Хм! Вообще-то, ты права. Пойдём-ка спросим…
Пожилые женщины вышли из дома и пошли к Михайловым, вчетвером по-хозяйски разгуливающим по их вспаханному участку.
— Ну и что вам тут надо? — спросила их Никифоровна.
— А того и надо, — уперев руки в бока, заявила молодая Ксения. — Мы строиться будем.
— На нашей земле? — усмехнувшись подобной наглости, спросила Эльвира.
— Это не ваша земля, — возразила старшая Шура. — Вы не колхозники, вам всего шесть соток положено. А тут сорок.
— Во-первых, не шесть, а двенадцать. Дом на двух хозяев, — спокойно ответила Эльвира. — А во-вторых, я уже устроилась счетоводом в колхоз, а Анна Никифоровна в клуб устраивается сторожем. Так что, мы теперь тоже колхозники. Нам, вообще-то, ещё сорок соток положено. Идите отсюда подобру-поздорову. А то сейчас милицию вызовем.
Обе Михайловы переглянулись встревоженно.
— Между нами ещё дом был, — вспомнила старшая Михайлова. — Вон, в той крапиве ещё фундамент из валунов остался. Вот, мы этот участок и заберем себе.
— Мам, ну тут же мало земли без ихнего участка, — возразила Ксения.
— Ничего, с другой стороны прирежем: сзади и вдоль дороги, — ответила ей мать и пошла в сторону своего дома.
Ксения поджала губы и крайне недовольная пошла за матерью.
Мужчины, никак не участвовавшие в инциденте, молча поплелись за своими женщинами.
— Забор надо делать хороший, — констатировала Эльвира. — И побыстрее. Чтобы они к нам не могли, как к себе домой, заходить в любое время.