По следам дзёро-гумо (СИ)

Сверяясь с картой на экране смартфона, Амина направилась к ближайшей остановке и уже на полпути вспомнила, что оставила свой дождевик в гадальном салоне. Все потому, что дождь закончился, иначе она бы спохватилась раньше. Возвращаться за ним не хотелось, стоил он копейки, да к тому же в номере у нее осталась еще пара таких же, совсем новых, упакованных в красивые пакетики. Зная о том, что летом на Хайнане часто идут проливные дожди, они с Кириллом заранее запаслись дождевиками. Лишь бы не хлынул тропический ливень. Надежды на это было немного, небо хмурилось, и на щеку Амины упала крупная тяжелая капля. Стерев ее, она вздохнула, понимая, что рискует промокнуть до нитки, и решительно продолжила путь.
  
Глава 5. Подлог
 
Двумя месяцами ранее.
Россия, Москва, центральный офис банка «Русский Старт»
– Сбежим сегодня пораньше? – Амина заговорщически подмигнула Кириллу и по-хозяйски уселась на край его стола, сдвинув в сторону кипу бумаг. – Такая весна за окном-м-м… загляденье!
Кирилл оторвал взгляд от монитора компьютера и виновато улыбнулся:
– Хотелось бы, но сегодня не могу. Мама в больнице, ты же знаешь… Я обещал прийти.
– Ей уже сделали операцию? – Амина постаралась придать голосу как можно более участливую интонацию.
– На завтра назначено, поэтому мне надо к ней. Она нуждается в моей поддержке.
– Я могу пойти с тобой! – заявила Амина и по вытянувшемуся лицу Кирилла догадалась, что такого выпада с ее стороны он не ожидал.
– Я обязательно тебя с ней познакомлю, но после операции, спустя недельку-другую, ладно? Она, конечно же, очень обрадуется, но радость – это тоже стресс. И это не я придумал, так говорят врачи. Пока что ей жизненно необходимо спокойствие. Сердце в таком состоянии, что жизнь висит на волоске.
Амина изобразила на лице понимающее выражение и вздохнула, но отступать не собиралась:
– Необязательно знакомить. Я подожду тебя в коридоре.
– Ну что ты! Я могу пробыть там не один час. Какой смысл тебе торчать в больнице весь вечер? Сама ведь говоришь, такая весна. Сходи куда-нибудь с подругами.
– Ага. – Амина наморщила лоб. Она догадывалась, что визит к больной матери Кирилл выдумал, и как только закончится рабочий день, он и Камилла отправятся любоваться весной вдвоем. Проигрывать она не любила, и поэтому настроение у нее сразу испортилось.
– Я подожду тебя в больнице столько, сколько надо. – Она пошла напролом, зная, что на это Кириллу нечего будет возразить.
Но он не подал виду, что раздражен настойчивостью Амины, непринужденно улыбнулся и притянул ее к себе со словами:
– Упрямица ты моя! Вся в отца!
– Вообще-то я похожа на маму! – ворчливо произнесла она, уткнувшись в его плечо. – Она была китаянкой.
– Да? – Кирилл отстранился и удивленно посмотрел на нее. – Но глаза у тебя не такие… не азиатские.
– Глаза папины, большие. А черты лица мамины.
– Очень привлекательные черты. Твоя мама, вероятно, красавица!
– Была, – поправила его Амина. – Была красавицей. Ее больше нет с нами.
– О, извини. Мне жаль. Что с ней случилось? – Кирилл изобразил наигранное сочувствие, но взгляд его обжигал холодом равнодушия.
– Я не знаю. Она просто исчезла, и все. Ушла из дома и не вернулась. Спустя три года поиски прекратились, и ее официально объявили пропавшей без вести. Не нашли никаких следов.
– Ужасно! Нужно было продолжать искать! Бывает, пропавших людей находят через много лет. Человек может внезапно потерять память – от травмы, к примеру, или из-за инсульта, – и поэтому не способен объяснить, кто он и откуда.
– Мама, к тому же, была немая. – Амина прижала ладони к вискам из-за резко накатившего приступа головной боли. – Но, скорее всего, ее уже нет на этом свете. У меня словно опустело что-то внутри в тот день, когда она исчезла. Будь она жива, такого чувства не возникло бы. Да и отец… подозреваю, он тоже это почувствовал.
 
– Послушай… прости, что разбередил твою душевную рану. – Кирилл встал из-за стола и обнял Амину за плечи, успокаивающе погладил по спине и сразу же отстранился. Сочувствие в его глазах теперь казалось почти искренним.
– Да ничего. – Амина сползла со стола и выдавила улыбку. – Десять лет прошло, затянулась рана. И, знаешь, поезжай в больницу без меня. Я тут вспомнила, что не закончила один отчет. Пожалуй, задержусь сегодня.
Он даже не постарался скрыть облегчение. Что ж, пусть, так и быть, еще немного порезвится со своей Камиллой. Пусть думает, что он все еще на воле. Скоро Амина укоротит ему поводок. Она не допустит, чтобы его отношения с Камиллой зашли слишком далеко.
На следующее утро Амина первым делом проверила почтовый ящик внутренней электронной почты на своем рабочем компьютере. Фотоотчет о проведенном Кириллом вечере уже поджидал ее там. Его прислал один из водителей, работавших в банке, который иногда подрабатывал сыщиком. В прошлом он был следователем в уголовном розыске. Амина знала, что отец использовал этого водителя, когда нужно было проследить за каким-нибудь «мутным», по его мнению, клиентом. Водитель без лишних вопросов взялся за поручение Амины и выполнил его блестяще. Ему удалось сделать снимки с близкого расстояния и запечатлеть на них самые романтические моменты.
Вот Кирилл и Камилла за столиком в кафе. Они сидят так близко, что почти соприкасаются носами. Глаза их лихорадочно блестят. А вот они в машине Кирилла, которая, кстати, куплена в беспроцентную рассрочку, одобренную отцом Амины. Заехали в какой-то закоулок, подальше от посторонних глаз. Снимков так много, что при быстром перелистывании кажется, будто смотришь видеоролик. Амина щелкала «мышкой» и все больше мрачнела. Она только что увидела их первый поцелуй. В том, что он стал первым, она не сомневалась – на это указывали их нерешительные неловкие движения. Особенно Кирилл выглядел робким. А Камилла казалась испуганной – вцепилась в него двумя руками и зажмурилась.
Значит, мама в больнице, да?
Амина изо всех сил шарахнула кулаком по столу, так, что подпрыгнули телефоны и подставки с канцелярскими принадлежностями, но этого ей показалось мало – шторм, нараставший внутри, требовал выхода. Она схватила дырокол и запустила им в дверь, а та, как часто бывает в кинокомедиях, неожиданно открылась как раз в этот момент.
– Ч-что… ч-черт… Амина! Что ты творишь? – появившийся на пороге Кирилл увернулся от дырокола и в недоумении уставился на нее.
– Прости!! – Амина ахнула, прижимая руки к груди. – Дырокол сломался, и я решила его выбросить. Метила в ведро, но промазала. Тебя не задело?
Кирилл смахнул со лба длинный светлый чуб, демонстрируя крошечную царапину:
– Ерунда. Снаряд прошел по касательной. Мне крупно повезло.
– Какое счастье! – Амина расслабленно откинулась на спинку кресла и деловито скрестила руки на груди. – Ну, проходи, не робей, у меня больше нет дыроколов! – пошутила она и участливо поинтересовалась: – Как твоя мама?
Кирилл опустил взгляд, поддел ногой дырокол, лежащий на пороге, поднял его и выбросил в корзину для мусора.
– Пока не знаю. Операция в двенадцать.
– А вчера? Ты навещал ее?
– Конечно. Она молодец, хорошо держится.
– Если нужно, поезжай в больницу, ничего срочного по работе не предвидится.
– Нет, к ней все равно до завтра уже не пустят. Ну, и завтра тоже еще неизвестно, пустят ли. – Кирилл переступил с ноги на ногу. Следующие слова он произнес так, словно вытаскивал их из себя клещами. – Хотел предложить тебе прогулку по городу. Было бы здорово просто пройтись пешком.
«Боится, наверное, что я сяду в его машину, а там пахнет духами Камиллы», – подумала Амина, сдерживая усмешку, а вслух сказала:
– Отлично. Сто лет не ходила пешком! А потом, если захочешь, я угощу тебя моими любимыми пирожными в кондитерской, которая старше меня.