По следам дзёро-гумо (СИ)
Амина с благодарностью взглянула на Юнру. Несмотря на то, что она хотела умереть, участь быть убитой ее очень страшила. Несколько человек во главе с «синим костюмом» попытались окружить ее.
– Не трогайте меня! Я знаю дорогу! Дойду без вашей помощи! – заявила Амина, и они неожиданно послушались.
– Не бойся, Праматерь тебя не убьет! – Юнру пыталась подбадривать ее по пути. – Не сможет. Ведь она провела в этом теле многие годы. Она тебя пощадит, вот увидишь!
– Лишь бы хуже не было, – ворчливо ответила Амина, тяжело вздыхая. Двигаться ей было по-прежнему тяжело, хотя она уже начала понемногу привыкать.
Они проследовали через холл игорного дома к заднему выходу, ведущему к пруду, и вышли на берег. Амина передохнула пару минут и поплелась дальше по каменной насыпи. Все паучье семейство неотступно следовало за ней, точно свита за королевой. Но, добравшись до храма, толпа оборотней устремилась к распахнутым дверям, обходя Амину, притормозившую у крыльца. Амина остановилась, собираясь с силами для того, чтобы вскарабкаться по ступеням, но в этот момент какое-то движение на поверхности пруда привлекло ее внимание.
По воде скользила легкая лодочка с навесом от дождя и солнца, закрепленным на четырех деревянных опорах. Двое, парень и девушка, сидели в ней лицом друг к другу и о чем-то мило беседовали. Амина не сразу узнала их: ее подводило слабое зрение. Но в момент узнавания все ее нутро, казалось, вспыхнуло огнем. Видеть свое тело, занятое чужой душой, оказалось очень больно. Праматерь обмахивалась огромным пестрым веером и томно улыбалась своему собеседнику, которым, скорее всего, был Кианг, но Амину он не интересовал, и она не стала к нему присматриваться. Все ее внимание было приковано к Паучьей Королеве, вероломно захватившей ее тело.
Словно почувствовав на себе ее взгляд, Праматерь обернулась. В черных волосах у виска розовел бутон орхидеи. Если бы у Амины было лицо, она бы сейчас брезгливо поморщилась при виде такого украшения на своей голове, но ей только и оставалось, что сверлить взглядом наглую захватчицу.
Из храма вышла Зэнзэн. Остановилась на крыльце, приставила ладонь козырьком ко лбу и, прищурившись, обвела взглядом пруд. Заметив лодку и Праматерь, почтительно склонила голову и сообщила ей паучьим способом, для которого большое расстояние не было помехой:
– Извините, что потревожила вас, моя королева!
– Что тебе нужно? Ты совсем не вовремя! – недовольно ответила Праматерь. – Ты же знаешь, что я не принимаю гостей во время брачного сезона! На твое счастье, я решила не спешить с выполнением обязанностей по продолжению рода, хочется немного отдохнуть от этой рутины и побыть в человеческом теле, да к тому же, в таком молодом и красивом. Тебе повезло, что ты застала меня во время отдыха, иначе не унесла бы ноги!
– Простите, но я не отниму много времени. У меня всего один вопрос, моя королева.
– И какой же?
– Что делать с вашим старым телом?
– А почему ты решила, что с ним надо что-то делать? – удивилась Праматерь.
Лодка тем временем приблизилась к берегу и стоявшему на нем храму.
– Некоторые из нас считают, что тело надо умертвить, потому что душа, которая в нем находится, наверняка ненавидит нас и может причинить нам зло, – пояснила Зэнзэн, нависая над Аминой, все еще сидящей на земле у крыльца.
– Умертвить мое тело?! – Лицо Праматери (то есть, лицо Амины) покраснело от негодования. – И кому это, интересно, пришла в голову такая жуткая мысль?
Зэнзэн, наоборот, побледнела, хотя казалось, что белее быть просто невозможно, и испуганно пожала плечами:
– Я не заметила, кто первый это предложил.
– Найди его! Пусть завтра этого умника доставят мне на обед!
– Конечно! Будет сделано, моя королева! – Зэнзэн снова смиренно поклонилась и, помедлив, спросила с опаской: – Так как же нам быть с вашей… преемницей?
– Ну-у… – Праматерь задумчиво потерла подбородок. Амина тоже так делала, когда оказывалась перед сложным выбором. Выходит, Праматерь забрала не только ее тело, но и привычки!
– А выпустите ее в лес! – неожиданно нашлась Праматерь. – Там ей самое место. И скучно не будет.
– О, вы самая мудрая и великодушная королева! Как же мы сами не догадались прогнать ее туда?
Услышав это, Амина непроизвольно вжалась в землю. Лес, в котором ей не будет скучно? Звучит пугающе! Ее так и подмывало спросить, что там такого, в этом лесу, но она сдержалась: Праматерь вряд ли ей ответит, а Зэнзэн наверняка скажет что-то вроде «сама все скоро увидишь».
– Ты все еще здесь? Поднимайся в храм. – Хозяйка игорного дома наконец обратилась к Амине, словно только что ее заметила, а затем обернулась к столпившимся у входа оборотням: – Открывайте задние ворота! Великая Праматерь велела отправить преемницу в изгнание!
Взобравшись на крыльцо, Амина заковыляла вслед за Зэнзэн. Рядом снова оказалась Юнру. Заметив горничную, Амина спросила, стараясь, чтобы окружающие ее не услышали:
– Ты знаешь, что меня ждет?
Юнру округлила глаза.
– Тебя выселяют в Лес изгнанников. Туда уходят пауки, рожденные Праматерью, но не получившие дара оборотня. Среди них много уродцев вроде меня и даже еще хуже. Я сама боялась, что меня туда прогонят, когда узнают о моей неполноценности. В том лесу полно всяких чудовищ, и демоны тоже водятся. Мне повезло: отец меня отстоял, а то бы… Ой, прости! Говорю совсем не то, а времени так мало!
Сквозь заслон из свисающей паутины, скрывавший пространство впереди, проник дневной свет. Значит, там были задние двери, и их уже отворили. Зэнзэн вынырнула из-за паутинного полога и сердито сверкнула глазами, глядя на Амину:
– До вечера тебя ждать, что ли?! Шевелись! Или ждешь хорошего пинка?!
Как только она скрылась, Юнру опасливо обернулась и, убедившись, что никто не наступает им на пятки и не смотрит в их сторону, продолжила:
– За воротами храма совсем другой мир. В нем есть гиблые земли, такие, как Лес изгнанников, но есть и прекрасные края. И есть божественные чертоги. Ищи путь к горе Благоухания. На ней стоит монастырь богини Гуаньинь. Богиня поможет тебе!
– Спасибо, Юнру, – ответила Амина и мысленно улыбнулась ей. – Надеюсь, что мне повезет и я найду эту гору.
На самом деле она не надеялась даже на то, что доживет до утра.
Вскоре Амина прошла через ворота. Паучье семейство провожало ее в молчании, сверля недобрыми взглядами. Даже Праматерь и Кианг пришли посмотреть ей вслед.
Перед нею был все тот же пруд с точно такой же каменной насыпью, как и та, что соединяла берега между храмом и игорным домом. Но противоположный берег с этой стороны храма щетинился сухостоем, и не было ему ни конца, ни края.
Позади скрипнули дверные петли: видимо, проржавели от сырости и от того, что задние двери редко открывались. Теперь их снова закрыли, и, наверное, надолго. Лязгнули засовы. Путь назад был отрезан. Надо иди вперед, ведь если остаться на берегу, это может разгневать «сородичей», и тогда они изгонят ее насильно. Спрятаться на крошечном островке тоже не получится: почти всю его площадь занимает храм.
Раздавленная тяжелым предчувствием неминуемой гибели, Амина медленно поползла по каменной насыпи к лесу, кишащему уродами и чудовищами.
Глава 32. Кошмары гиблых земель
Лес словно воплотился в реальность из сна Амины, но все же выглядел иным. Она даже не сразу поняла, в чем разница: вроде бы, те же голые кривые деревья, покрытые вуалью паутины, та же белесая, будто присыпанная пеплом, земля в широких трещинах, то же серое небо без единого проблеска синевы. Но что-то было не так.
Деревья слишком высокие, вот в чем дело! Хотя… во сне Амина блуждала по лесу в своем обычном человеческом виде, а сейчас она паучихой ползла по земле. Значит, изменился не лес, а она: стала гораздо ниже. И двигалась куда медленнее. Вряд ли ей пригодится совет Юнру: горы Благоухания ей не видать, но даже если случится чудо и она дойдет до нее, все равно на вершину подняться не сможет. Однако как бы там ни было, а идти все равно надо, не стоять же на одном месте. К тому же, здесь так неуютно. Кажется, что чудовища таятся повсюду: в огромных черных дуплах, в спутанных корнях, под корягами и пнями, а над сухими кронами мертвых деревьев движутся тени, вертлявые, как змеи, и все они скользят к Амине. Забиться бы куда-нибудь, затаиться, перевести дух… Амина ползла и ползла, но подходящего для отдыха места, где она могла бы хоть немного расслабиться, все никак не попадалось. Зато встречались местные обитатели, к счастью, совсем не чудовища, а насекомые: длиннотелые многоножки, глянцевые жуки, прыткие кузнечики и даже пауки – не оборотни, а обычные, мелкие и юркие, размером со среднюю фасолину. Вот пауков становилось с каждым шагом все больше, словно они собирались со всей округи, чтобы поглазеть на Амину. Пауки выбегали ей навстречу, замирали на мгновение, таращась на нее с любопытством, а затем отступали в сторону, пропуская вперед, и шли следом, держась на расстоянии. Через некоторое время Амину окружала целая паучья стая, и это ее неимоверно раздражало: ведь теперь, даже если укромное место найдется, отдохнуть ей точно не дадут. И чего они к ней привязались?!