Долг и верность. Книга 2 (СИ)

Я ведь тоже человек, помнишь?
Глупо. И совершенно неоправданно себя жалеть. Им нужна будет любая помощь, совсем скоро я верну руке прежнюю гибкость и снова стану полезным. По-другому на себя смотреть не получалось. Может, стоит отказаться? Я ведь буду мешать, а снова стать безликой тенью без эмоций уже не получится. Почему Она требует от меня невозможного? Зачем дает выбор? Лучше бы просто… Но от полезных вещей не избавляются.
«Хватит!» — прикрикнул я мысленно в сердцах. Неправильно думать о себе, когда Ариэн может изменить все. Отомстить и вернуть то, что потеряли многие после смерти его отца — свободу. Даже те, на ком ни разу не было рабских кандалов. Это и есть та цель, которой я должен себя посвятить. Если, конечно, они не решат бежать к границе и забыть все, что произошло. Потому что исчезнет все, ради чего я еще цеплялся за жизнь. Этого даже не объяснить, не показать. Что-то со мной происходило с тех пор, как я очнулся в той пещере. Никогда раньше не было столько черных и безысходных мыслей. И уж точно я никогда не думал о будущем и о том, какое могу занять в нем место. Отчасти так было намного легче и проще, но последние недели изменили меня. Возможно, стоило прислушаться к внутреннему голосу и, если не ей, так хоть себе доказать, что я способен на нечто большее, чем покорность.
— Я остаюсь, — сказал и застыл, с опаской обведя взглядом Госпожу и Ариэна. И неожиданно для себя заметил, как они понимающе обменялись взглядами. Как будто уже договорились и все решили. Значит, не такое уж большое значение имело мое решение. Опять.
— Мы движемся к столице, — начала Госпожа, переводя взгляд на Ариэна, в ответ он коротко кивнул. Наверняка, решение они приняли еще сегодня утром — без меня. Но все-таки от сердца отлегло. Так будет лучше: если по пути доведется умереть, хоть это будет не зря. — Будем продвигаться до Сенты. Если здесь не удастся тихо перебраться через границу, проберемся в центр с Азумы.
— Почему не с запада? — удивился Ариэн. Я предпочел пока не вмешиваться: у Госпожи есть ответы на все вопросы.
— Восток более отсталый и малочисленный. И там такой тяжелый климат, что военные гарнизоны есть только у внешних границ Империи. Оттуда добираться до столицы будет проще.
— Это долго, — рискнул перебить я, хотя вначале хотел просто промолчать. С такой кочевой жизнью — еще до рабства — я хорошо помнил все пять провинций. И в особенности восток, где воздух с каждым вдохом мерзко оседал в легких, принося жуткую боль. — Если придется карабкаться по влажным лесам Азумы, к Ледяной декаде мы не успеем выбраться даже к торговым путям. А без крыши над головой просто замерзнем.
— Да, но здесь на границе с Сентой всего два города. Большой риск, что там уже будут нас ждать.
Об этом я не подумал, опять убедившись, что мне никогда не стать для нее равным. Но не стоит сейчас об этом. За своими мыслями я чуть не потерял нить разговора.
— …и раз нет статуса стражей Службы, придется раздобыть доспехи. К тому же нам нужно оружие.
— Мы так или иначе привлечем к себе внимание, — вмешался Ариэн, осознанно или нет коснувшись пальцами свежего шрама на загорелом лице. Как это, должно быть, больно: следы, которые никогда не исчезнут, останутся напоминанием. Но злости в его взгляде я не видел. — Если не стражей, то горожан.
— И что тогда будет? С нами… — не знаю, зачем я спросил. Наверное, хотел убедиться, что даже в таком случае Госпожа найдет выход. Она задумалась, покачала головой, в появившихся на лбу морщинках залегли тени, а глаза вдруг загорелись.
— Если раздобыть третью лошадь… Ближе к богатым городам я знаю несколько семей, к которым часто присматривалась Служба. Можно попытаться успеть добраться до них, если вдруг начнется погоня. А там… Возможно, у тех есть связи с ополчением.
— Будем рассчитывать только на их помощь? — подал голос Ариэн, покрепче запахнув одеяло. Кажется, его начало знобить.
— Да, пока твоя сила не восстановится, опрометчиво являться к Императору. Потом… он может почувствовать, что ты жив и находишься близко. Ополчение — пока наш единственный вариант удержаться. Все-таки это будет уже не юг: такая глубинка, что никто не торопится покидать столицу и проверять, как здесь устроился прокуратор. А устроился он хорошо. Зрелища, развлечения, наложницы. Только Тайную Службу он всегда считал бесполезной тратой денег, — я вспомнил их первую встречу на тех самых гладиаторских боях. Словно это случилось в прошлой жизни. — Да и нечего тут особо защищать: хватает и природного барьера. А там сердце Империи. Военные лагеря и полигоны. Чуть что, нас поймают в тиски, и исчезнуть уже не получится.
 
Я невесело хмыкнул. В Сенте появилось так много городов, разрослись территории прежних за счет переселенцев с севера. И почти не осталось лесов. Оказаться там без легенды и опоры значило умереть.
— Хантан успел отправить гонца, так что Служба о нас знает. Но, думаю, и ополченцам что-то уже известно. Маук тоже позаботился разослать новости, пока не… — при упоминании о нем как-то замутило, и я с сомнением посмотрел на почти готовое мясо, с которого медленно капал жир. Есть больше не хотелось, вместо поджаренных костей животных я увидел обугленные человеческие и с трудом удержал в себе переваренный завтрак.
Госпожа тоже запнулась, растерянно помяла в руках почти сплетенную из липкой молодой коры веревку, но продолжила уже ровно:
— Ливень мы переждем, надо только раздобыть все необходимое. Обувь, оружие, еда. В конце концов, вода быстро уйдет, и если что-то пойдет не так, можно будет остаться здесь. А вот к началу Ледяных декад стоит подобраться как можно ближе к столице, иначе придется ждать, когда вернется солнце и растопит все завалы. Потом… нужны деньги. Все, что есть, уйдут хозяевам трактиров на молчание. Если все пройдет удачно, попытаемся связаться с теми, кто…
— А если их нет? — неожиданно даже для себя перебил я, хотя был уверен, что уже почти успокоился.
— Кого? — сбившись и немного растерявшись, Госпожа вытянула шею. Я избегал смотреть ей в глаза, но сейчас не мог отвести взгляд: слишком громко внутри била тревога.
— Ополченцев.
— Есть, — четко и уверенно опровергла Она, так посмотрев, что и я поверил. — Да, из пяти провинций Сента самая богатая. Да, именно она больше остальных зависима от столицы и воли возглавляющего Тайную Службу. Но там постоянно ловят и упускают беглых рабов. И я точно знаю, что сбегают они не благодаря своей смекалке и удаче, — я перевел взгляд на Ариэна, заметив краем глаза движение. Он начал медленно раскачиваться из стороны в сторону, прикрыв уцелевший глаз: неприятные воспоминания. — Ты наверняка помнишь ту усадьбу близ устья Рейфа. У Службы были подозрения, что ее хозяева помогают беглецам по воде перебраться к востоку и дальше — в вольные земли.
Я вспомнил, как мы наскоро объезжали эти владения вокруг закрытого города. Вереница построенных вдоль берега богатых усадьб, так отличающихся от тех, что возводили на юге. Тогда по городку — его название не сохранилось в памяти — пробежал слух, будто кто-то видел Темных, и сразу же начались поиски. Я хорошо помнил перепуганные лица домашних слуг и их хозяев, многие из которых наверняка понимали настоящую причину вторжения, но, к счастью, ничем себя не выдали.
— Думаю, нам нужно добраться именно до них. Если еще живы…
— Но что потом? Даже если мы найдем поддержку… — Что-то внутри скреблось, мешая просто поверить. Реальность не чествовала своих героев, предпочитая скорбеть над их уже остывшими телами. Это я хорошо понял. Но Госпожа не ответила, только как-то сникла и обернулась к Ариэну, словно прося поддержки.
— Дальше я доберусь до брата, — чуть хриплым голосом ответил он мне, и от насквозь пронизывающего взгляда стало не по себе. Его глаз горел. Даже тогда, когда мы говорили о возможности предотвратить казнь, в его взгляде не было столько желания и воли. Он расправил плечи и, оскалившись, гордо вскинул голову. — И уничтожу.
Я только кивнул в ответ. Больше, кажется, никому из нас нечего было сказать. Оно и к лучшему: слишком сложный день, чтобы вместо будущего думать и о прошлом.