Невеста без права выбора (СИ)
Какой изящный способ назвать деревенщинами меня и моих спутников! Я скрипнула зубами. Кора все три дня дороги кружилась вокруг меня, изо всех сил стараясь обеспечить мне уют в условиях, когда за неимением лучшего приходилось подтираться листьями капусты.
Мельком глянув на добрую женщину, которая смущенно одернула серое платье, я только еще больше разозлилась. Нравы в этом мире таковы, что прислуга не имела права отвечать даже на откровенные издевательства. Ну ничего, зато у нее есть я. Оскорблений в адрес Коры, как и в свой, я терпеть не собиралась.
— Боюсь, у вас насморк, леди, и вы не различаете запахи. Мои слуги прекрасно знают свои обязанности, а их внешний вид может обмануть лишь того, кто совсем не разбирается в людях.
И снова я была удостоена высокомерного взгляда с насмешливой полуулыбкой на губах.
— Вы правы, леди с окраины. Они наверняка полностью удовлетворяют ваши скромные потребности, — мурлыкнула она. — Удачи на отборе, и вот последний полезный совет: не думайте, что такая, как вы, сможет здесь чего-нибудь добиться.
Интересно, эта дамочка вообще умеет разговаривать без того, чтобы плюнуть ядом? Я уже намеревалась ответить что-нибудь не менее колкое, но мне попросту не дали такой возможности. Нахалка проплыла мимо и скрылась за дверью.
— Кора, ты не знаешь, что это за мымра? — шепотом спросила я.
Та помотала головой.
— Никогда ее не видела. Но, может, это леди Эвери, дочь маркиза Байры? На ее ожерелье и серьгах был акациевый лист, а это символ семьи Байра.
— И что — они влиятельные?
— Очень, — многозначительно произнесла Кора. — У них обширные владения в самом Меланте, а еще им принадлежит одна из самых богатых мелантских колоний за морем с кофейными плантациями. Ходят слухи, леди Байра и так была среди главных претенденток в принцевские жены.
Вот так соперница у меня. Светская львица, искусная волшебница и плантаторша в одном лице против скромной ассистентки менеджера проектов. И это лишь первая в длинном списке змеюк. Мне определенно светит успех!
— Давай-ка лучше осмотрим комнаты, — пробормотала я.
Слуги уже закончили вносить наши вещи и уходили, кланяясь напоследок. Я кивала каждому, борясь с позывом выдать что-нибудь вроде: «Спасибо, не надо». Здесь такого не поймут — встреча с принцем это доказала.
Второе доказательство я получила, когда зашла в покои и принялась задумчиво осматривать интерьер. Он ничем не уступал тому, что я увидела в коридоре, разве что позолоты было поменьше. Стены были светло-зелеными, с росписями в нарисованных «медальонах», каждый предмет мебели — произведение искусства.
Я как будто очутилась в Петергофе или в Версале. Ощущение было двойственным. Одна половина меня была довольна, что ей, бедной аристократке, предоставили такие шикарные покои. Вторая половина находилась в легком шоке. И, по-моему, пребывала в нем с того момента, как я проснулась в склепе. Все казалось каким-то ненатуральным, сказочным, что ли.
Вот, например, размер кровати с балдахином — в самый раз для трех таких дам, как Кора. И все это для одной меня? Я, конечно, знала, что аристократы раньше жили лучше, чем может себе позволить скромная ассистентка из маленького российского города, но все же…
Не вполне веря в реальность происходящего, я провела рукой по темной древесине, вдохнула ее запах и присела, проверяя жесткость матраса, то есть перины.
Мягко. Как в облаке сахарной ваты.
Кора еще одним облачком, потяжелее, втиснулась в спальню.
— Милая леди, тут фрукты. Не хотите откушать?
— Я не голодна. Если хочешь, сама поешь, — ответила я, предположив, что крупная служанка уж точно проголодалась быстрее меня.
Увлекшись изучением обстановки и размышлением о том, в какой из сказок я оказалась — в сказке Андерсена с мрачным концом или в добром фэнтези, которое закончится традиционным хэппи-эндом, я не заметила, что служанка не двигается и странно смотрит на меня. Спохватившись, я повернулась к ней.
— В чем дело, Кора? С фруктами что-то не так?
— Вы кто? — тихо спросила она.
Я выдавила из себя нервный смешок, стараясь скрыть то, что в эту минуту меня прошибло холодным потом.
Минуту назад я, может, и была в доброй сказке, а сейчас точно попала в ту, где злую ведьму сжигают в печи. Угадайте, кто будет на месте ведьмы?
— Кора, это что, шутка?
Она продолжала настороженно глядеть на меня.
— Никоим разом, госпожа. Я на семью Тэвьера с малых лет работаю, а леди Целестию с рождения знаю. Уж простите, но вы на нее и близко не походите. Своим уровнем магии она так кичилась, что упоминала его по поводу и без. Еще она на второй странице книг обычно засыпает, а вы с собой целый сундук взяли и одними ими были заняты все время. Тем более леди Целестия не стала б защищать слуг перед другими господами. Она так гналась за столичной модой, что даже платья шила только у того портного, который в Эсьене бывал, хотя наш-то ничуть не хуже. А уж если бы кто-то сказал, что я под столичные мерки не подхожу, отослала бы меня домой сей же час. Она вообще меня брать с собой не хотела — стыдилась. Я слышала, как она лорду Тэвьере об ентом говорила. Только денег-то на прислугу получше все равно не было. Наоборот, как та беда с матушкой леди Целестии приключилась, всех поувольняли. Когда вы по поводу меня ни слова не сказали перед отъездом, я удивилась, но промолчала. Вы ж от яда слабые были. Я думала, в нем все дело. Да только теперь вижу, что вы и про себя ничего не помните. А такого от яда не бывает.
Я сглотнула. Всё, дорогая Инна, пришел тебе конец. И никаких некромантов не понадобилось.
— Кора, это в самом деле вина яда. Просто дай мне еще несколько дней…
Лицо служанки смягчилось.
— Вы не поняли, госпожа. Не думайте, что я сразу к охотникам побегу. Мне новая вы гораздо больше нравитесь. Вы добрая, а настоящая леди Целестия такой вздорной была, что ее мало кто мог вынести, кроме того некроманта, Джерана Мортерана. Да она ему свое истинное лицо и не показывала. Как он появлялся, шелковой становилась. Но уж я-то знаю, какой она была, — служанка тряхнула головой. — Мне ее возвращения не хочется. Если боитесь, что выдам, не говорите мне, кто вы взаправду, а я как будто и не знать буду.
Мне стало чуть полегче, но…
— А что взамен? Извини, мне плохо верится в бескорыстную помощь.
— Мне много не надо. Муж мой уже пять лет, как почил, а деток-то у нас нет. Я одна, и все, что я знаю, енто служба роду Тэвьера. Если он разорится, мне будет некуда идти, — она растерянно посмотрела на меня. — И другим слугам, которым дал работу ваш отец, тоже. Лорд Тэвьера кажется строгим, но платит он хорошо и с простым людом тоже обращается достойно. Никто не хочет голодать или быть битым за любую погрешность, как у других господ, милая леди. Я женщина простая и буду рада, если вы, став королевой, не прогоните меня. Вот и все.
Я тихонько выдохнула.
— Спасибо, Кора. И все-таки — почему ты не хочешь пойти к охотникам? В книгах написано, что они следят за чистотой веры. А у тебя, — я кивнула на нее, — на груди такой же солнечный диск, как у всех.
— А вы что, госпожа, нашего бога хулить собираетесь? — невинно поинтересовалась служанка.
— Зачем бы мне это? Я против него ничего не имею.
Если не упоминать о том, что считаю его выдумкой. Впрочем, кто его знает? Вон атеисты утверждают, что у людей души нет, а я же как-то попала в этот мир, обменявшись телом с Целестией.
Я потупила взгляд.
— В своем мире я умирала. К сожалению, не знаю, что стало с Целестией, но думаю, что второй шанс, который мне дали, это очень щедрый подарок для такой, как я. Я не хочу растратить его зря.
— Ох, леди Целестия…
Кора сочувственно коснулась моей руки, а затем, поколебавшись, крепко обняла. Голос ее зазвучал тихо и серьезно.
— Охотники только притворяются, что за веру ратуют. Скольких они в ереси обвинили и на костер отправили, только чтобы их владения к рукам прибрать. Простой люд они со свету сживать тоже не гнушаются. Особенно к женщинам у них отношение жестокое, будто каждая из нас — еретичка.