Невеста без права выбора (СИ)

На всякий случай я быстро нацепила маску и отошла подальше, спрятавшись за Минной. Жаль, дальше только стена и отступать некуда. Еще не хватало встретить в Сапфировом зале друзей настоящей Целестии. Авось они не заметят меня за подругой или решат, что обознались.
Но не тут-то было. Женщина и ее спутник в костюме водяного, по-видимому, муж, упрямо двигались ко мне, отрезая пути отхода. В конце концов меня в прямом смысле слова прижали к стене. Слева нависала незнакомка, а справа, оттеснив удивленную Минну, — одышливый супруг-«водяной».
— Целестия, дорогая! — женщина схватила меня за руки, не заметив, как я от нее отпрянула. — Ты в столице? Мы слышали, что тебе поступило предложение от его высочества принца Альхара поучаствовать в отборе, но не думали, что ты действительно приедешь. Дай на тебя посмотреть! Ты так выросла с нашей последней встречи!
Она бесцеремонно завертела меня перед собой, осматривая с головы до ног. А я тем временем мучительно соображала, что это за люди.
— В самом деле, неожиданно, — добавил «водяной». К счастью, он был сдержаннее жены. — Как отец? Наши отношения несколько ухудшились после смерти твоей матери, но я недавно писал ему, приглашал к нам на Длинную ночь. Странно, что он отказал, зная, что ты будешь в Эсьене. Неужели он до сих пор обижен на нас?
— Н-ну… — промямлила я.
Я могла поклясться, что Целестия уже видела этих людей, и не раз. Но в памяти не всплывали ни определенные картины с их участием, ни имена. Должно быть, для бывшей хозяйки тела они ничего не значили или она знала их слишком плохо.
— Мы переживаем трудные времена, — солгала я. — Отец не захотел бросать дом, поэтому предпочел остаться там.
— Но он же терпеть не мог то место, — женщина наморщила лоб. — Это Риата всегда мечтала поселиться в глухой провинции. Ох, моя дорогая сестра… — ее губы расплылись в плаксивой гримасе. — Это ее, наверное, и погубило. Будь она здесь, мы бы не допустили такого отношения к ней.
Я похолодела. Так эта «нимфа» — тетка Целестии! Кора говорила, что в Эсьене живут какие-то ее родственники с той стороны, но после смерти матери отношения между ними ухудшились до полного разрыва. А если учесть, что участниц отбора не выпускали с территории дворца, встречи можно было не бояться. Ага, конечно!
— Раз уж ты в столице, заходи к нам, — продолжала тарахтеть тетка. — Мы будем рады принять тебя у себя. Между прочим, как твои успехи в конкурсе невест?
При этом она так уставилась на меня, как будто это было не «между прочим», а главное, что ее интересовало. Вот и раскрылся секрет внезапного интереса родственников ко мне. Нищая племянница из провинции и племянница, к которой проявляет внимание будущий король, — абсолютно разные вещи.
— Ох, вы знаете, результаты держат в строгом секрете, — я подпустила в голос огорчения, которого и близко не испытывала. — Все выяснится после полуночи.
— Даже если ты не станешь победительницей, не расстраивайся, — тетка всплеснула руками. — Мы в любом случае ждем тебя в гости. Твои кузены будут счастливы увидеть, что ты выросла в такую красавицу. А что ты будешь делать, если не победишь? — она опять перескочила с темы на тему. — У тебя уже есть запасные варианты женихов?
Ага, так я и рассказала. Глаза обоих родственничков всматривались в меня чересчур жадно. Наверняка уже прикидывали, как урвать выгоды из забытой связи, которая внезапно оказалась полезной.
— Есть несколько предложений, но думаю, что о них пока рано говорить что-то определенное, — снова солгала я.
— Но ты же можешь поделиться с дорогими родственниками, правда? — спросила тетка.
В этот миг ее аккуратно отодвинули в сторону. Между ней и мужем протиснулся высокий мужчина в черном костюме и вороньей маске. Торчащие во все стороны черные перья придавали образу диковатое очарование, но ни один наряд не смог бы скрыть гибкости и ловкости движений этого человека.
— Простите, леди Тэвьеру срочно требует к себе принц, — объявил он, распихав родственников Целестии. — Леди, позвольте вас сопроводить к нему.
 
Сердце сладко трепыхнулось. Вытянутый «клюв» искажал голос, но мне и не понадобилось его слышать. Джерана я узнала с первого взгляда.
— Да-да, конечно, — активно закивала я, вцепляясь в крепкую ладонь «ворона» и делая поспешный прощальный реверанс для ошарашенных родственников. — Простите, дела зовут!
Последнюю фразу пришлось едва ли не прокричать, потому что Джеран утаскивал меня прочь с неимоверной скоростью. Даже сквозь маску я видела сверкающие голубые глаза и чувствовала его веселье. Он остановился, только когда мы достигли другой половины зала — той, где за длинными и высокими окнами клубилась ночь.
— Я вас обманул, леди. Вас звал вовсе не принц, — глухим голосом заговорил «ворон». — На самом деле я собираюсь вас утащить в темное и страшное место…
— Все ниши для поцелуев во дворце уже заняты, — со смехом перебила я. — Спасибо, что в очередной раз меня спас, Джеран.
— Ты меня узнала? — огорчился он, вернув своему голосу нормальные интонации. — А я так старался! Это костюм виноват, да? В кого еще может нарядиться некромант, если не в ворона?
— Я тебя узнаю из тысячи. И да, ворон — предсказуемый образ для тебя, — не удержавшись, я показала ему язык.
— Это всё другие послы, — проворчал Джеран. — Нас всех пригласили на праздник, и мы договорились выбрать одинаковые костюмы. Остальные решили, что прийти воронами будет хорошей шуткой над мелантцами.
Я кивнула. Вороны и здесь были символом смерти. Мрачновато, но такова уж политика, что с нее взять.
— Я уже боялась, что ты не придешь. Или ты нарочно ждал, пока придется опять меня спасать? — пожурила я.
— Спасать тебя — одно удовольствие, моя снежинка.
Он вдруг покрепче схватил меня за руку и закружил вокруг себя. Я снова рассмеялась, напрочь забыв о том, что на нас смотрят все приглашенные. Хорошее расположение духа Джерана заражало.
— Ты сегодня в необычно приподнятом настроении. Что случилось? — поинтересовалась я. — Это магия Длинной ночи или что-то другое?
— Вообще-то мне положено быть злым и желчным черным колдуном. Да и обстоятельства не располагают к веселью. Но я увидел тебя и понял, что все это чушь.
Он снова меня крутанул вокруг оси, заставляя развеваться подол платья, а затем прижал мою обнаженную спину к своей груди. Мне на талию легла горячая ладонь.
— Ты великолепна в этом наряде, — шеи коснулось дыхание некроманта, заставив оголенные участки кожи покрыться мурашками. — Посмотри — мужчины с тебя глаз не сводят. Не боишься, что кто-нибудь сойдет с ума от твоей красоты и правда утащит в темный угол, чтобы сотворить с тобой парочку дурных вещей?
Жар от моих щек был готов затопить все тело до самых пяток. Я невольно повела плечами, жалея, что нельзя спрятаться или хотя бы поменять чересчур откровенное платье на что-нибудь более закрытое. Но вот что странно — в то же время мне хотелось, чтобы один человек, наоборот, продолжал на меня смотреть и делал это как можно дольше.
— Только если этим кем-нибудь будешь ты, — шепнула я. — Ты ведь не причинишь мне вреда, правда?
Джеран отстранился и аккуратно развернул к себе лицом. Несколько неимоверно долгих мгновений прошли в молчании. За маской я не видела выражение его лица, только непонятный взгляд льдистых глаз. И снова по спине прошли мурашки, но уже по иной причине.
Почему некромант не отвечает? Неужели на самом деле все это лишь затем, чтобы усыпить мою бдительность, убить и вернуть Целестию?
Но, глядя в эти глаза, которые за последний месяц из ненавистных стали дорогими, я вдруг подумала, что ну и пусть. Пусть все это не ради меня, а ради Целестии. Пусть он собирается уничтожить меня, чтобы вернуть любимую девушку.
Сомнения, которыми я мучилась еще пять минут назад, внезапно развеялись.
Я хочу, чтобы этот мужчина был счастлив. Жизнь была к нему несправедлива еще больше, чем к Альхару. Сначала у Джерана забрали Наэви, затем Целестия так глупо покончила с собой. Если у принца благодаря высокому положению оставались десятки молодых и красивых аристократок, готовых прыгнуть к нему в постель, то у Джерана ничего подобного не было. Из-за охотников он пария в обществе, его защищает только посольский статус. А я в этом мире все равно не приживусь. И если цена за его счастье — моя жизнь… Что ж, я ее заплачу.