Посредник

— Поставь себя на ее место, — сказал я. — Может быть, она стеснительная и не хочет шума. Она сошла незаметно с поезда и устроилась в каком-нибудь небольшом отеле. Вот там-то и надо ее искать.
— Да их в Чикаго несколько сот, — сказала Шейла. — Что, мы будем все обзванивать?
Я почесал затылок. Найти эту Джин Браун будет очень трудно.
— Послушай. Есть одна мысль. Шанс небольшой, но все же можно попробовать.
— Выкладывай, — сказала Шейла, подозрительно глядя на меня.
— У меня есть знакомый, который знает одного парня. Брат этого парня работает проводником на этом поезде. Может быть, он видел эту Браун и скажет, как она выглядит.
— С чего-то надо начинать, — проговорила Шейла. — Пойдем.
— Это пустая трата времени. Необходимо работать в разных направлениях. Ты бери такси и езжай на вокзал. Расспроси грузчиков и дежурных. Возможно, они дадут ее описание. Тогда нам будет легче найти ее.
Шейла задумалась. Не давая ей опомниться, я остановил такси и усадил ее.
— Позвони мне домой, — сказал я ей и велел водителю отвезти Шейлу на вокзал.
Подождав, пока такси исчезло за углом, я повернулся и пошел обратно в отель. Разумеется, я знал человека, который знал парня, у которого родственник работал проводником. Даже если бы я нашел его, что весьма проблематично, он бы вряд ли помог. Разве упомнишь какую-то дамочку из стольких многих пассажиров. Как бы там ни было, сейчас Джин Браун не представляла для меня никакого интереса. На уме у меня было нечто другое, потому что моя память, сделав множество кульбитов, подсказала мне интересную идею.
Я прошел через вращающуюся дверь в то время, как суетливый мистер Темпл вышел из отеля. Это было к лучшему. Я поднялся к люксу и нажал на кнопку звонка.
Дверь открыла девушка и вопросительно посмотрела на меня. Она уже сняла белую шапочку и передник и теперь стала просто интересной женщиной, а не автоматом для подачи напитков.
— Я хочу увидеть мисс Браун.
— Ваше имя?
— Я репортер.
Она широко раскрыла глаза, во взгляде ее появилось беспокойство.
— К сожалению, пресс-конференция окончена.
— Мне все равно надо увидеться с мисс Браун.
— В данный момент это невозможно. Если вы хотите, то…
— Разумеется, я подожду, — перебил я, нажав на дверь, и вошел.
— Я не имела в виду, что вы должны входить и ждать. Боюсь, вам нельзя здесь оставаться. Прошу вас выйти…
— Эй! Что здесь происходит? — произнес резкий голос.
Прислуга отошла, а я, повернувшись, увидел в дверях спальни мисс Браун.
— Это один из журналистов, — хрипло выдохнула служанка. — Я не пускала его. — И после долгой паузы, словно вспомнив, добавила: — Мадам.
Возмущение на лице мисс Враун сменилось тренированной улыбкой.
— Вы нехорошие мушчинки, — заговорила она с акцентом, — наверное, занимались любовь с моей служанкой, а?
— Здесь можно выпить? — спросил я вместо ответа.
— Mais certainement [1], — ответила мисс Браун. — Вы будете выпить со мной, пожалюста.
— Если не возражаете, я сам налью себе.
Я подошел к бару и налил себе хорошую порцию виски, чувствуя затылком, как эти дамы переглянулись. Не поворачиваясь, я спросил:
— А вы будете пить, мисс Браун?
— Я? Я никогда не пиль алкаголь.
— Я хочу поговорить с вами, мисс Браун. Вы будете разговаривать в присутствии прислуги?
Она очаровательно улыбнулась, стараясь скрыть огонек подозрения, мелькнувший в ее глазах.
— Я не иметь секрет.
— И от меня тоже не надо иметь секретов, — сказал я. — Прежде всего прекратите говорить с этим фальшивым акцентом.
Она смотрела на меня, не отрываясь, и в глазах ее появилась злость.
— Вы есть забавный мужчин, — проговорила она приторно.
— Прекратите, Гертруда, — повторил я тихо.
Выражение лица у нее не изменилось, но в глазах что-то мелькнуло.
— Я не есть понимаю.
— Гертруда Дейн, — проговорил я устало. — Я все время пытался вспомнить ваше имя. Это было трудно. Последний раз, когда я видел вас в Калифорнии, у вас были рыжие волосы до плеч. Если бы не волосы, я бы вас узнал сразу же. Вы еще танцевали с парнем по имени Рилан. Да, я вас вспомнил совершенно случайно. Мой столик был почти в метре от вас.
 
— Если вы делать так обвинений, я просить вас идти.
— Да перестань, Гертруда. Я бы мог сто раз доказать, кто ты. К чему это притворство?
— Какой ваш доказательство?
— Я могу доказать все, что захочу. Могу позвонить в Калифорнию, могу позвать фотографов, Рилана, хоть десяток свидетелей.
Она долго смотрела на меня, ничего не говоря.
— А тебе-то что за дело? — произнесла она наконец без всякого акцента.
— Да мне нет никакого дела, только я хотел бы знать, зачем весь этот спектакль.
Она вздохнула, прошла к креслу, села и положила ногу на ногу, еще раз продемонстрировав отличные колени.
— Откуда такой шикарный номер в отеле? Почему у тебя Темпл?
— Это мое дело, не так ли?
— Наверное, — согласился я, — но все это странно. Еще полгода назад ты была третьеразрядной актрисой. Во Франции ты не могла пробыть больше нескольких месяцев. Там бы тебе хватало на жизнь. Но те деньги, что ты могла накопить там и перевести в доллары, просто жалкая сумма. Это никак не вяжется с теми расходами, которые здесь имеешь.
— А ты не глуп, — усмехнулась она.
Ее служанка вздохнула и села в кресло, уставившись на меня.
— Ну что? — спросил я. — Поговорим, Герти?
— Ты же репортер. Начнешь копать, да?
— Совершенно верно.
— А если я расскажу, ты обещаешь молчать?
— Дамочка! Я добываю информацию для того, чтобы использовать ее. Я все равно докопаюсь.
— Но мне нечего бояться! — с жаром возразила она.
— Значит, незачем и волноваться, — сказал я спокойно. Я допил бокал и налил себе еще. — Завтра надо поискать Рилана, — произнес я как бы между прочим.
Она затаила дыхание. Потом быстро проговорила:
— Какого черта ты вмешиваешься? Оставь меня в покое.
По какой-то причине Рилан ее беспокоил.
— Надо, наверное, привезти его сюда посмотреть на тебя, — продолжал я давить.
Она сверкнула на меня глазами.
— Не примешивай сюда Рилана. Еще его здесь не хватало! Я даже имя его слышать не хочу.
— Но я должен докопаться. Это моя работа.
— Что ты хочешь узнать? — зло спросила она.
— Для начала — кто Темпл?
— Он… он мой муж.
Я удивленно вскинул брови.
— Хороший, крепкий тыл, — усмехнулся я.
Лицо ее вспыхнуло от гнева.
— Тебя это не касается. Как и почему я за него вышла — это мое дело.
— Он, наверное, богат, — предположил я мягко.
Она отвернулась.
— У него нет ни цента.
— А кто эта дамочка? — показал я в сторону служанки.
— Меня зовут Сьюзен, — заговорила служанка, потом, подумав, посмотрела на Гертруду. Та быстро вставила:
— Мы подруги. Выступали вместе в кабаре. Познакомились в Калифорнии, а потом работали вместе во Франции.
— А теперь объясните, к чему был затеян весь этот спектакль с прессой и выпивкой? Вы же третьеразрядные актрисы, и вам ни к чему такая реклама.
Это было правдой, но правда бывает колючей. Гертруда сердито посмотрела на меня и выпалила:
— Выясняй все сам. Мне не хочется толковать с таким тупым репортером.
Я медленно поднялся, подошел к ней, и глядя в глаза, отчетливо произнес:
— Все это вы разыграли ради Джин Браун. Сколько она заплатила вам за этот спектакль?
Гертруда долго не отводила взгляда, потом с вызовом ответила:
— Много. Она заплатила за «люкс», за выпивку и за многое другое. Но ты этого не докажешь никогда, потому что в этом не признается ни один человек.
— Где она? — потребовал я.
— Кто? — удивленно спросила Гертруда.
Я заскрипел зубами.
— Джин Браун. Где она сейчас?
Гертруда хихикнула.
— Тебе нужна Джин Браун? Ты спрашиваешь нас, где Джин Браун. Это смешно. Хорошая шутка.