Лодка на двоих (СИ)
Аерин не соврал, холод отступил, больше Лина не мерзла так мучительно. Ветер все также швырял в лицо колючий снег, но теперь девушке не казалось, что она замерзает заживо.
Первый ночлег в пещере прошел спокойно, было непривычно спать на сене. Однако было тепло, и не было изнуряющего, усиливающегося с каждым часом ветра. Перед сном они смогли развести хороший костер, тепло которого, прогрело камни вокруг. Приготовили ужин и плотно поели. Ночью, как обычно проснувшись, Лина не стала убирать обнимающие ее руки Аерина, ведь у нее оставалось с ним не так много времени. Серединное становилось только ближе. Как и их очевидная разлука.
Глава 27
Лина пыталась оттереть от снега лицо и хоть что-то рассмотреть в белой мгле. Варежки с налипшими на них сосульками со своей задачей справлялись плохо. Девушка отвернулась от ветра, но тот кружил и толкал ее, куда бы она не повернулась снег бил в лицо, в глаза, не давал дышать. Несколько раз, повернувшись вокруг своей оси, Лина запуталась окончательно, ее следы замело, понять, откуда и главное куда она шла было невозможно. Несколько минут, а может даже часов назад она упала с лошади. Ветер заглушил ее вскрик, подняться и догнать Аерина Лина не успела, через мгновенье после ее падения темный круп ее лошади исчез в снежной пелене. Она кричала и бежала несколько минут, а потом поняла, что это бесполезно. Сквозь ветер и снег не было слышно ее криков, а направление пути было безнадежно потеряно. В дороге Аерин постоянно посматривал на нее, оборачиваясь через плечо, и делал это каждые минут десять. Как раз перед ее падением с лошади мужчина в очередной раз обернулся и широко, ободряюще улыбнулся ей.
Девушке стало страшно, она сделала нерешительные шаги вперед, но остановилась. Пальцы рук и ног стали замерзать. Нужно было оставаться на месте, с самого начала, как только она упала. Наставления Аерина вспомнились только сейчас. Перед отправлением из деревни мужчина несколько раз повторил ей, чтобы она оставалась на месте, если вдруг отстанет или упадет с лошади. Она же, глупая, ушла от тропы в неизвестном направлении.
Он найдет меня, не бросит. Он обещал Айлил.
Он мой муж. Я люблю его.
Лина заплакала, она опустилась прямо на снег и слезы тихо текли по ее щекам, оставляя за собой блестящие дорожки.
А что если он найдет тебя, когда ты уже замерзнешь? Бестолковая.
Они уже останавливались на привал и плотно обедали, в желудке была еда, которая согревала и утешала, но солнце, которое и сейчас было совершенно не видно, неумолимо опускалось к верхушкам гор. Еще немного и будет совсем темно. При всем желании Аерин не сможет найти ее.
Небо и без того мутно-серое потемнело еще больше, солнце садилось. Слезы давно высохли, на щеках остались замёрзшие следы. Лина тяжело вздохнула и откинулась спиной на снег.
Ее подхватили, сгребли и прижали к чему-то большому и теплому. Объятья были настолько сильны, что девушка не могла заговорить.
— Я нашел тебя, нашел. Лошади со мной, совсем не далеко есть пещера, думал, заночуем дальше, но раз ты решила сбежать от меня…
— Я… я…, слова не шли, Лина только беспомощно лепетала.
Аерин стянул со своих рук грубые рукавицы и стал оттирать с лица девушки, вновь полившиеся слезы.
— Я боялась, что ты не найдешь, или найдешь слишком поздно, я глупая, такая глупая, я ушла с тропы, не знаю куда бежала, совсем запуталась, я забыла все чему ты учил меня.
— Ты не ушла далеко и вовремя остановилась, — сказал Аерин. — Такое случается, я в свой первый перегон тоже отстал от обоза и два дня скитался по горам, пока не вышел на тропу и не догнал подельников.
— Они не искали тебя? — Спросила Лина.
— Нет, я был новеньким, новеньких не ищут, или так и придется каждый перегон следить за ними… Вставай, нужно добраться до пещеры пока солнце окончательно не село.
Вход в пещеру закрывала грубо сколоченная дверь из толстых досок, сверху над дверью, наружу был выведен дымоход, выложенный из дикого камня.
— Тебя ждет приятный сюрприз, герцогиня, — сказал Аерин и с усилием отодвинул дверь в сторону.
Узкий, темный, проход через несколько шагов расширялся, пространства было много. Лошадей они завели с собой, что делали на двух предыдущих стоянках тоже. Почти на входе, на каменном выступе лежали заготовленные факела, один из которых Аерин поджег огнивом.
Стало непривычно светло.
— Тут каменные породы такие, — пояснил мужчина, — хорошо отражают свет. А еще тут есть горячий источник, можно искупаться и постирать нижнее белье.
Продвигаясь по пещере, наемник зажигал факел за факелом. Пещера была неправильной прямоугольной формы с высоким светящимся от огня факелов потолком. В центре располагался очаг именно от него был проложен дымоход.
— Возможно, когда-то тут жили люди, — пояснил Аерин, — пещера отлично приспособлена для нескольких человек, если хочешь, мы можем переждать непогоду. Отсидимся пару дней, и ты придешь в себя.
Лина пожала плечами, хотелось как можно быстрее попасть в Серединное, добраться до столицы и, наконец, встретить Айлил, но она чувствовала смертельную усталость, предложение Аерина было очень заманчивым.
— Посмотри вот там, в углу источник, вода выточила что-то вроде большой чаши или ванны в камне, можешь искупаться. Там безопасно, вода уходит вниз через небольшую щель, в которой ни рука ни нога не застрянет. А я пока займусь очагом.
Лина подошла к месту, на которое указал Аерин, вода в каменной чаше была кристально чистой, девушка присела и опустила ладонь в воду. Горячая. Лина вернулась к лошадям, достала чистое нательное белье и кусочек простого мыла. Обтираться было нечем, но Аерин уже успел развести огонь в очаге, и становилось теплее с каждой минутой. Она разделась, верхнюю, теплую одежду, которая потяжелела от растаявшего на ней снега, разложила на камнях рядом с купелью. Камни из-за источника были горячими, возможно этого будет достаточно, чтобы высушить куртку и штаны. Нижнее, нательное белье оставила рядом, это нужно постирать. Вздрагивая, девушка опустилась в воду, села, отвернувшись от очага, где находился Аерин. Вода скрывала тело. Дно чаши было ровным, но не скользким. Лина задумчиво скользила кусочком мыла по своей коже. Она не слышала, как Аерин подошел, и совершенно не замечала, как мужчина смотрит на нее не отрываясь. В его глазах была странная горечь, и словно отчаяние. Он через голову, не расшнуровывая завязки, стянул верхнюю куртку, также быстро снял штаны и белье, скользнул в воду. Когда его руки прикоснулись к ее плечам, Лина повернулась и поцеловала его прямо в губы.
Около очага они долго ужинали и молчали. Лине хотелось рассказать как она любит его, что никогда она не испытывала таких чувств, и если влечение Аерина мимолетно, то ничего, ей достаточно того что есть. Но первым заговорил Аерин:
— Ты моя жена и я люблю тебя.
Лина еще сильнее стиснула деревянную кружку с горячим травяным отваром.
— У нас разное происхождение и разный статус, я сын фермера, подмастерье столичного ремесленника, наемник и контрабандист. Но у меня есть средства, и я смогу содержать тебя, не так как во дворце герцога, конечно, но ты ни в чем не будешь нуждаться… и я люблю тебя, хочу быть с тобой…
Лина поставила деревянную кружку на каменный пол и очень быстро оказалась в объятиях Аерина:
— Мне не нужны замки господин контрабандист, мне нужен ты, мой муж. И я тоже люблю тебя.
Аерин выдохнул, но Лина дополнила:
— Я не могу иметь детей, Аерин, все герцогство знает, что герцогиня была бесплодной.
— Это же не важно, Лина, важны только мы, а со всем остальным мы, уж разберёмся.
Через несколько часов падангский торговый корабль «Циида» должен был причалить к порту Серединного. Айлил, все плавание не снимала кольцо, так было удобнее и проще, но почему-то мужская личина, стала тяготить девушку. Отношения с лордом наладились, они сдружились, постоянно шутили и даже тренировались на палубе по утрам с рапирами, взятыми на прокат у матросов. Юстас больше не делал попыток выяснить отношения и не заговаривал о браке. От этого вечером становилось грустно и обидно. Герцогине как и любой девушке хотелось быть желанной, пусть даже по указке короля Серединного.