Капкан для новенькой (СИ)

Я была права, когда предположила, что как я не видела и не слышала в библиотеке никого из тех, кто был под действием чар кристалла, так и меня никто из них не замечал. Это хорошо. Значит, никто не мог притаиться где-нибудь за столиком и высматривать тех, кто сюда приходит и зачем.
А еще каждый кристалл работал только для одного человека. Поэтому, если за стол могло поместиться больше студентов, то и кристаллов, соответственно было больше. Все здесь было сделано так, чтобы тут можно было только учиться.
Никаких слежек, никаких тайных сговоров… Только ты и новые знания о магии. Прекрасно!
И я, оказавшись тет-а-тет с целой стопкой из пяти удивительных книг, смело раскрыла ту, что лежала сверху.
На ее темно-зеленой бархатной обложке золотыми тисненными буквами-рунами было написано что-то плетенное и заковыристое. Но чары одного из браслетов-переводчиков на моей руке легко дали мне понять, что книга называется «Магия для самых юных. От радуги к белому и обратно».
Внутри талмуд оказался смесью учебников по физике, химии и биологии, рассчитанных на ребенка лет десяти, детской раскраски и интерактивной книги. Только это все еще было щедро приправлено волшебством.
Здесь, как и в атласе у рыжего на столе, были магические «голограммы». Они сияли синим неоном над схемами и рисунками. И ими можно было управлять, отдаляя и приближая с помощью простых жестов рукой.
Даже мне было безумно интересно рассматривать все это и выполнять предложенные в книге задания. Тем более, для этого ничего не надо было записывать. Можно было прямо в самом учебнике отметить нужное и сразу же узнать правильный вариант. Не удивительно, что я очень быстро с головой погрузилась в учебный процесс, забыв обо всем на свете.
Все, что говорилось в этой книге можно было свести к простому: магия — это часть мира и проявляется в нем с помощью световых эффектов. Разные чары — разные цвета. Меняешь облик? Будешь переливаться, как ртуть. Окружаешь себя защитой от ожогов? Станешь похожим на призрака. Собрался запустить огненным шаром или лучом? Внешне твои чары будут оранжево-красными.
Чем чаще используешь магию и чары одного вида, тем легче они даются. У не инициированных в самом начале обучения волшебству из-за этого были постоянные сбои. Так что колдовать без присмотра им было нельзя. Инициация же — это полное слияние с определенной частью спектра и добровольный отказ от одних видов чар ради других.
Но разве друиду не нужно уметь защищаться, а стихийнику лечить себя? Каждый маг умел делать и то, и другое. Просто делал это по-своему. Правда, были и «общие» чары. Вроде того же поля Азинштээля. Но их было мало.
Выбор части спектра формировал ауру, создавая для нее основной цвет из той магии, которую маг применял чаще всего. И вплетая штрихи цвета той, которую использовал реже. Основной узор ауры сплетался до двадцати пяти лет. По этой причине их и считали возрастом последней инициации. Все, что было наколдовано магом после — лишь усиливало уникальный узор ауры.
Поэтому альв-архивариус сиял фиолетовым. Он относился к стихийникам, чья стихия была — молния. А Сэм в истинном облике сиял золотым, потому что его стихией был солнечный свет. Все это были «подвиды» огненных магов, но огнем они не управляли. Узкая специализация.
И если любой маг, сам или с помощью полиморфов, без проблем мог поменять облик или его часть. Например, черты лица или узор на сетчатке глаза. То сменить ауру было крайне сложно. Для этого надо было переквалифицироваться в мага другого вида. Что иногда было просто невозможно сделать.
И все в этом было просто и понятно. Кроме одного.
Что же тогда за тень в виде Сэма я видела при переходе через портал? А то, что это был именно он, у меня не вызывало никаких сомнений. Но как это сочеталась с его магией и аурой?
Только вряд ли мне об этом расскажет учебник для начальных классов. Как и о том, как же Сэм собирается скрываться дальше от властей, если всем известен его истинный облик?
И почему меня это так сильно волнует?
 
Настолько, что я была готова немедленно вернуть книги и отправиться на его поиски. Тем более, судя по вновь вернувшемуся чувству голода, я здесь была уже очень давно.
Закрыв прочитанную от корки до корки книгу, я «включила» кристалл и огляделась. Не знаю, сколько именно времени прошло, но библиотека за это время никак не изменилась. Только кристалл за тем столом, за которым до этого сидел рыжий, теперь блестел, показывая, что никого там нет.
Архивариуса тоже нигде не было видно. А, значит, разговор о работе здесь пока откладывался. Решив, что я всегда смогу вернуться в библиотеку позже и дочитать книги до конца, я оставила все учебники на стойке и пошла на поиски Сэма. Или новых приключений.
Интересно, что я найду раньше?
Хотя, на самом деле, больше всего все-таки хотелось есть.
Ну, а что делать? Обычные человеческие нужды никуда не исчезают в мире с магией. И становятся только ярче, когда ты знаешь, что они решаются очень просто. Всего-то нужно какое-то спокойное место с пустым столом и немного воображения, способного нарисовать в своей голове любое желанное блюдо и тут же его получить.
С воображением у меня все было в полном порядке. С аппетитом тоже. Проблемой был стол. Может, для таких целей подошли бы и библиотечные. Но заранее я об этом не узнала, а возвращаться в библиотеку и спрашивать о таких вещах альва, способного поджарить молнией, как-то совсем не хотелось.
И это не считая того, что это альв старше меня раз в десять. И чрезмерно строгий, в чем я уже, кстати, убедилась. Так что, как говорилось, нет, спасибо, обойдусь.
Лучше уж дойти до спальни. Тем более, что внутренний навигатор подсказывал дорогу безукоризненно.
Жаль только, что он не учитывал разные препятствия по пути и не давал подсказок о том, как избежать встречи с ними. О чем я пожалела сразу же, как только вышла в общий коридор и попыталась свернуть в сторону жилого крыла.
Потому что такое препятствие меня ждало.
И им был тот самый рыжий, чье эго сегодня серьезно пострадало. Он, ничуть не скрываясь, в одиночестве стоял в темном проходе и внимательно изучал что-то на стенах, подсвеченных лампами. Но что-то мне подсказывало, что за столько лет, сколько он здесь обучался, он и так выучил все узоры наизусть. Так что причины у его любопытства были совсем другими.
Узнавать, что на уме у «шкафа», который умеет превращаться в огромную чешуйчато-шипастую тварь, я не хотела. И, пока он меня не заметил, я, недолго думая, свернула в совсем другую сторону — к выходу из академии.
Навигатор внутри напрягся и еще настойчивее потянул к жилому крылу. Но я уже быстро и решительно шла по центральному холлу, выполненному в стиле, который больше всего походил на ампир.
Надеясь, что звук шагов все-таки не выдаст меня дракону, я чуть ли не летела по паркету мимо узорчатых бело-золотых стен, ниш, лепнин, барельефов и зеркал. Огромные люстры, под стать тем, что свисали в библиотеке, освещали это великолепие, как днем.
Во всем интерьере, к тому же, просматривались мотивы, связанные с какими-то мифическими животными. Хотя я подозревала, что это для меня они были мифические. А для местных — вполне существующими.
Ну и, конечно же, здесь были огромные окна, завешанные тяжелыми темно бордовыми шторами и легчайшими тюлями, за которыми синела густая ночь.
Поразившись тому, сколько же времени я на самом деле провела в библиотеке. И, отдельно, тому, что на входе и выходе из академии не было никаких стражей, я вышла наружу… И, остановившись на вершине огромной лестницы, снова забыла, как дышать.
Да я вообще про все забыла.
Нет, ну до чего же красивый мир!
Вроде просто синее небо, с запада подсвеченное поздним алым закатом и с россыпью созвездий над головой. Вроде и зелень на деревьях похожа на ту же, что и на Земле. И архитектура академии и парка была мне понятна и близка… Всему, что я видела, я могла найти сравнение с тем, что было и в моем родном мире.