Капкан для новенькой (СИ)

Любой мир всегда против того, чтобы принадлежащий ему маг или одаренный покидал его. И, обычно, в тот день, когда должно состояться перемещение, вселенная устраивала для мага испытание на прочность. Так, Иррит в последний раз была вынуждена уходить из Дийи чуть ли не голышом. А до этого вообще лысой.
Маги уровня ректора академии или представители королевской семьи не могут даже захотеть выйти за пределы своего мира. Рискуют сразу же умереть от разрыва сердца. И никакие защитные чары не спасут.
Потому что такими чарами можно окружить, например, самолет, в котором полетит одаренный. Или машину, в котором его же потом повезут. Но от самого себя не спрячешься. А так как и Тай, и Иррит для Земли чужие, и до них местному магическому равновесию нет никакого дела, то и неправильно сработавшее поле перемещения, вынесшее Тая под колеса машины, и набирающая за окном силу стихия — это все только в честь девушки на заднем сиденье.
И если допустить мысль, что Тай не врал и до этого ничего не знал про Татьяну, то он все равно эти факты тоже уже сопоставил. И теперь не оставит землянку в покое, пока не наиграется, как кошка с мышью. И не сожрет.
Но Иррит еще подумает, давать ли ему такую возможность. А пока продолжит дальше разыгрывать роль немного наивной простушки. Уж что-что, а прикинуться слегка недалекой она всегда умела. Много для этого не нужно. Всего-то начать разговор с личного провокационного вопроса и изобразить обиженную за подругу родственницу.
Очень многое можно узнать, увидеть или услышать, если находящиеся рядом с тобой уверены, что ты — красивая декорация. Тем более, если этот «находящийся» — самый молодой глава клана, сместивший родного отца.
— Да как-то вот кураторы меня пропустили, — как раз ему ответила человечка, не поведшись на нагловатый тон.
И Иррит все-таки подавила улыбку. А храбрая эта землянка.
Но, скорее, отчаянная.
И или очень сильно обманутая, или не менее сильно обманувшаяся.
Иррит бы с удовольствием послушала историю Татьяны Голубевой. Сухие данные из анкеты об этой девушке ничего толком не говорили. А ведь наверняка ее пробуждение было крайне любопытным, как у всех, кто обнаружил дар в себе очень поздно.
Но, увы, сейчас это сделать было невозможно. Ни при старшем брате. Да и потом, вряд ли, легко получится, пока не станет понятно, кто стоит за плечами у поздней одаренной с таким потенциалом. Такие силы из ниоткуда не берутся. И если она не в клане, это вовсе не значит, что у нее нет семьи.
Зато Иррит уже могла узнать, насколько же сильно Тай готов увиваться за Татьяной. И она тут же решила это проверить:
— Ну да, пропустили! — демонстративно громко фыркнула она, продолжая давить на газ и включив дворники из-за резво забарабанивших по машине крупных капель. — Так пропустили, что ничего вообще не рассказали. Наверное, решили, что ты дальше портала все равно никуда не денешься.
— Ничего не рассказали? — удивился Тай, заглотив наживку.
— Представляешь, вообще. До того, как ты появился, она как раз спрашивала меня, чем же мы, веталы, отличаемся от людей.
— А, ты про это. Ну, так я сейчас объясню — чем.
***
Таня
— До того, как ты появился, она как раз спрашивала меня, чем же мы, веталы, отличаемся от людей, — даже тоном голоса показывая, что она считает меня полным ничтожеством, насмехалась Иррит.
Зато теперь я могла не сомневаться в двух вещах. Мой вопрос был услышан и дружбы у меня с брюнеткой не получится. Совсем.
— А, ты про это, — ответил ей «кот», сузив потемневшие глаза. — Ну, так я сейчас объясню — чем, — сказал он. И снова улыбнулся.
Только в этот раз сделал это широко. Показательно. Задержав улыбку ровно настолько, чтобы я не просто ее оценила, но, чтобы наконец-то рассмотрела во всех мельчайших подробностях.
Не то, чтобы я хотела любоваться на его ровные белоснежные зубы, которые могут быть только у кинозвезд. Но вот то, что вместо одной пары человеческих клыков, у него было по две — тонких, острых и не-человеческих, я увидела.
 
И то, что это никакая не бутафория, поняла сразу же. И что применение у них вполне натуральное: подобно кошачьим, легко и быстро прокалывать кожу и мягкие ткани, догадалась…
— Вампиры? — хрипнула нервно, пытаясь как-то уложить в голове эту мысль. Мысль не укладывалась. Слишком уж она была нелепой. — Как в сериале каком-нибудь? Или кино?.. А чего же на солнце не горите?
— Еще спроси, чего не блестим, — поморщился «кот», и на удивление быстро и аккуратно, не обращая никакого внимания на скорость, с которой мы неслись по шоссе под звуки набирающей силы грозы, перебрался с переднего сиденья на соседнее рядом со мной.
Достаточно далеко, чтобы мне захотелось немедленно вжаться в дверцу машины. Но все равно так близко, что волоски на коже встали дыбом.
— И нет, не совсем вампиры. Ну, или не только они, — блондин достал из кармана джинс смартфон и принялся что-то быстро нащелкивать по экрану. — Земные легенды почти всех ветал относят к инкубам или суккубам. Например, таких, как Иррит или я. Еще меня можно обозвать оборотнем. А вот тех из нас, что занимаются темной некромантией… Они-то и будут вампирами. Только не такими, о которых у вас книги пишут. А такими, с которыми, поверь, и связываться никому не захочется. Но это уже нюансы.
И он серьезно посмотрел на меня, словно ждал, что я сейчас выкину какую-нибудь глупость.
А я что? А я и так уже, кажется, сделала самую большую из них в жизни. Ввязалась во все это. И теперь сижу тут — в шоке.
Или за это все-таки Сэму стоит сказать «спасибо»? Или Руслану?
Но зато, овладев магией, я смогу вылечить отца! А я смогу. Иначе, зачем мне все это?
Удовлетворенный моим молчанием, ветала-оборотень-инкуб продолжил:
— Это из-за этого, что Земля для нас — противолежащий мир. Про миры объяснять тоже надо?
— Нет. Иррит уже рассказала, — мотнула я головой.
— Хорошо. Значит, успею рассказать о расах подробнее. В общем, нам, веталам, магия на Земле поддается с трудом. А вот забирать энергию у живых существ и преобразовывать ее в силовые потоки — это гораздо проще. А еще, как ты понимаешь, приятно. Если человек окажется в Дийи, то у него там будут очень похожие проблемы, и решать он их будет похожим способом. А вот у нефилимов, драконов и альв немного другие особенности.
С этими словами он что-то открыл на весь экран смартфона и повернул его ко мне:
— Вот — фотографии преступников из всех пяти рас. Ну, люди среди них нам не интересны. С ними тебе и так все понятно. Из веталл хватит нас для примера. А вот на фотках остальных расскажу и покажу, чем же мы отличаемся друг от друга. И почему с такими, как мы, человеку лучше не связываться.
С разумом мне для начала нужно связаться. И научиться им пользоваться.
Но и на предложенные фотографии я все-таки посмотрела.
— Кто это? — спросила, увидев, с одной стороны, очень похожих на обычных людей мужчин и женщин, но, с другой, очень сильно от них отличающихся существ.
Высокие гибкие тела, тонкие черты лица, чересчур длинные и гладкие черные волосы и настолько прозрачная фарфорово-белоснежная кожа, что рисунок сине-бирюзовых вен, будто наполненных сиянием, можно было рассмотреть в мельчайших деталях.
— Нефилимы, — уточнил «кот», кликая по фотографии одного из них. — В боевой форме выглядят вот так…
— В боевой? — переспросила, рассматривая нечто, что больше всего можно было бы сравнить с ангелом, только крылья были не перьевые, как у птиц, а полупрозрачные и из сияния. Словно сотканные из молний и пламени, но бирюзово-белого цвета.
— Да. Нефилимы и драконы имеют боевые формы. Нефилимы — энергетическую. Драконы — физическую. Кстати, вот и драконы, — с этими словами блондин открыл следующую коллекцию фотографий. И теперь на меня с экрана смотрели статные «мужчины» с оливковой кожей, местами «посыпанной» золотистой пылью, крупными чертами лица, четкими и словно высеченными из камня, и волосами самых разных рыжих оттенков: от расплавленного золота до темного каштана. А внутри красноватой радужки их глаз черной молнией выделялся вертикальный зрачок.