Судьбу свою найдешь (СИ)

А за окном маячил орел Верховного.
Она какое-то время смотрела сквозь магическую преграду на птицу, ощущая, как ее начинает душить злость. Снова достал ее Верховный. Долго игнорировать официальное послание нет смысла. И птицу не удастся уничтожить.
Повела рукой, снимая блокирующий вторжение полог. Огромная грозная птица подлетела совсем близко и уронила на пол футляр с посланием. Мощный взмах могучих крыльев, так что поднявшийся в кабинете ветер ударил Кантемире в лицо, заставив на миг забыть обо всем. Дий. Магически привязанная птица несла в себе толику энергетики хозяина.
Мгновение, и орел снова взмахнул крыльями, поднялся ввысь и улетел.
То есть Дий даже не собирался дождаться ответа?
Кантемира медленно выдохнула, подняла с пола футляр и прочитала послание. А после взглянула на окно и замерла прищурившись. Улыбка зазмеилась по губам.
Гостей будет больше, чем она ожидала? Что ж, тем лучше.
***
Тревожный вой вестника все еще звенел у Кощея в ушах, а ведьмочка вдруг беспомощно взмахнула руками и исчезла. Прямо у него на глазах.
Вот она, опасность, о которой предупреждала Яга, а он прохлопал!
Сначала сердце оборвалось, а потом дошло. Призыв по крови. Кантемира.
Как только Кощей понял, что случилось, сразу ушел за Василисой следом.
***
Яга ждала Кантемиру и нервничала, готовясь к встрече.
Десять раз про себя повторила все, что хотела сказать. И в то же время, как это ни обидно, она же понимала, что Кантемире хоть кол на голове теши!
Хорошо, хочешь мстить Дию и его брату, мсти. Но девчонке-то зачем коверкать жизнь?! Зачем переносить на нее последствия своих жизненных ошибок? В конце концов, ну не хочет терять болотное княжество, вот пусть сама и выходит замуж!
Только она об этом подумала, как ее чуть не стукнул по лбу вестник.
Когда поняла, что этот тревожный вестник от Кощея, Яга отшатнулась от нервности и выронила его. Схватила, снова выронила, наконец смогла поймать. И тут на нее обрушилась вся неприятная правда.
Кантемира и не думала приезжать за дочерью. Она просто заклинанием призыва забрала ее. Грубо, опасно! Так можно переместить предмет или фамильяра. Но самой старой лесной ведьме и фамильяром-то не пришло бы в голову рисковать. А эта дочерью… Проклятые потусторонние заклинания!
Ядвига хлопнула себя по лбу, отошла в лес и запричитала:
– Васенька… Да как же я могла не догадаться! Да что же это…
Рядом, словно ниоткуда, возник покрытый темным плащом силуэт, материализовался полностью и рванулся к ней.
– Звала? Ядвига? Что случилось?
А она все причитала:
– Васенька, внученька…
– ЧТО случилось?! Ядвига?! Отвечай! – взревел темный.
Из той же точки в пространстве возник Ракш, которого Яга с вестником на ту сторону посылала. И тоже к ней.
– Госпожа?!
Бросились оба, обступили. Глаза тревожным огнем горят.
– Случилось! – рявкнула Яга.
И сунула деду Василисы вестника. Темный нахмурился, отошел в сторону и мотнул головой Ракшу. Тот склонился и немедленно ушел, оставив их одних.
– Можешь что-нибудь сделать? – спросила Ядвига.
Мужчина резко повернулся к ней. Из-под капюшона сверкнул огненный взгляд, а в лице мелькнуло на миг нечто совсем уж не человеческое. А потом вдруг схватил Ядвигу за руку. Мгновение – и они уже стояли на теневой тропе. Он с силой сжал ее руку и отвернулся, отойдя на несколько шагов.
– Ну? – спросила она снова.
– Я ничего не могу сделать, – глухо проговорил тот. – Это ее кровное право.
Потом добавил, поморщившись:
– Ты же знаешь, у нас такой закон.
– И что теперь? – Яга схватилась за лоб и провела ладонью по щеке. – Кощей туда пошел…
– Кощей? – переспросил темный, подавшись вперед.
И вдруг осекся. А Яга заметила.
– Говори, в чем дело? – стала она наступать на него.
***
Верховный уже почти добрался да границ болотного княжества, когда его неожиданно настиг вестник. Дий прослушал и удивился, не скрывая обиды и раздражения. Кощей наконец-то соизволил выйти на связь?
 
«Чего ты хочешь, брат?»
Послал он ему высокомерный ответ. Дий ожидал вестника, но вместо этого рядом с ним материализовался черный вихрь и из него шагнул Кощей.
– Ты мне нужен.
***
В горницу Василису привели, и тут же вокруг нее стала виться целая толпа мамок. Все из личной прислуги княгини. Ни одной их тех мамушек и нянюшек, что растили Василису, тут не было.
Действовали женщины быстро и слаженно. Пока двое раздевали ее и вертели, словно куклу, остальные четверо занимались ванной и приготовлениями. Сенные девушки сновали туда-сюда, носили ведра с водой, сундуки, сундучки, ларцы, шкатулки. Работа кипела.
Но главное, что отметила про себя Василиса, – двери охраняла стража, а на окнах был защитный полог. Хорошо знакомое ей по урокам Ракша темное плетение, но куда более изощренное и мощное. Сеть стояла в три ряда, и Василиса попыталась распутать эти узелки с зазубренными когтями, однако плетение не поддалось. В тот момент ей стало совсем не по себе.
Матушка ее точно заперла.
Узнать бы еще, зачем? Она огляделась в комнате и состроила невинное лицо.
– Мамушки? А кого княгиня в гости ждет? – проговорила Василиса весело.
– То мы не знаем, княжна.
– Ой! – она по-детски капризно надула губы и всплеснула руками. – Ну так узнайте! Мамушки, миленькие!
– Не велено, княжна.
Ага… Подумала княжна, фокус-то не удался. И уже другим тоном спросила:
– Почему?
– Княгиня-матушка не велела с вашей милостью разговаривать. Пожалуйте, княжна, мыться. Нам велено успеть приготовить и убрать вас, иначе княгиня разгневается.
– А если я не захочу? – спросила она.
Женщины молчали, искоса на нее поглядывая, а Василиса поняла, что ее при случае могут заставить и силой. Это уже было слишком. Матушка перегнула палку. Ведь Василиса как-никак была лесной ведьмой, пусть и молодой и необученной. Но вот так, ни во что не ставить лесную ведьму – это было оскорбительно! Наверное, именно в этот момент Василиса впервые и почувствовала себя взрослой.
Раньше она бы безропотно подчинилась, но сейчас из души поднялся протест. Однако ведьмочка не собиралась препираться и выяснять, как далеко могут зайти эти женщины, выполняя приказ княгини. Какой смысл? Они всего лишь выполняют свою работу.
Об этом она собиралась говорить с матерью один на один.
– Хорошо, – проговорила Василиса. – Давайте начнем.
– Благодарим тебя, госпожа, – мамки совершенно искренне заулыбались, вздохнув с видимым облегчением.
И повели ее сначала мыться в трех водах да с заговоренными травами, а потом стали растирать притираниями и расчесывать, умащивая ароматным маслом, ее длинные густые русые волосы.
Все это Василиса терпела молча.
Лишь один раз она подала голос. В окно выглянула случайно, а взгляд сначала рассеянно отслеживал какую-то точку, а потом сфокусировался. Черная птица билась о неведомую преграду, словно что-то не подпускало ее к терему. Видно было, что птица была без сил, но не улетала, а пыталась снова и снова.
И тут до нее дошло. Ее ворон! Долетел за ней следом и теперь не мог пробиться в терем. Значит, матушка мало того что заперла темным плетением окна ее горницы, она еще и на весь периметр выставила охранный барьер?
Это каких же гостей она ждет, если такие меры безопасности приняла? У Василисы дрогнуло сердце и тонко забилась в душе тревога. Кого же матушка может ждать, как не…
Она не дала себе додумать эту мысль. Резко встала и приказала, расправляя плечи:
– Передайте княгине, чтобы запустила моего ворона.
Женщины переглянулись, потом одна из них поклонилась и побежала выполнять распоряжение. Еще до того, как прислужница вернулась, ворон наконец смог пробиться через барьер и, тяжело хлопая крыльями, влетел в окно. И сразу к Василисе. Протопал по столику перед зеркалом, прижался к ней, жалобно прокряхтел и затих.