Для него важнее другая (СИ)

Твою мать, неужели единственный из вариантов избавления от метки действительно работал? Вот только то жгучее желание, с которым я мечтала об этом последние недели испарилось. Сгорело дотла. Как и я, наблюдающая за тем, как узор на запястье исчезает.
Когда же метка исчезла, боль прекратилась, но легче не стало. Слезы все еще текли по лицу и я чувствовала себя опустошенной. Так, словно бы меня вовсе больше не было.
Обнимая себя руками, я тихо всхлипывала, с опозданием увидев то, что Тайлер как ни в чем не бывало, пошел одеваться.
Но, надев уже штаны, он остановился и посмотрел на свое запястье. Метки там уже не было и я в его глазах увидела удовлетворение.
— Почему ты сразу не сказал, что не собираешься… ставить ее? – я попыталась сесть. Не получилось. Упала на траву. Слезы все так же текли по лицу и я не могла справиться с собственным телом. Казалось, что сердце остановилось.
Его действия причиняли боль. Он даже не касался ко мне, но я ощущала себя так, будто мне одним махом переломали все кости.
Тайлер медленно повернул голову и посмотрел на меня. Сколько же пренебрежения было в его взгляде.
— Скажи, Олсен, может напоследок отсосешь мне? Чтобы, когда я в следующий раз на разборках встречусь с твоим братом, мог похвалить тебя. Сказать Лоренсу, что его сестра неплохо сосет и сперму глотает.
Он…Как он вообще мог говорить нечто подобное? После того, что сейчас было? Сознание плыло настолько, что мне казалось, будто все вокруг - это просто ужасный сон.
— Ты… ублюдок… — прошептала онемевшими губами. Пытаясь сжать ладони в кулаки, но даже это не в состоянии сделать. Зато, вновь всхлипывая.
— Чего ты, Олсен? Твой брат и твой отец должны знать, какая ты отборная шлюха. Так просто девственность мне отдала. Я был впечатлен, — Харис подошел ко мне, но лишь, чтобы забрать свою толстовку. – Такое же никчемное существо, как и вся твоя семья. Так, что, возьмешь в рот?
— Иди к черту, — произнесла, сквозь слезы. – Я никогда…
— И опять ты показываешь то, что у тебя в голове мусор, — Харис надел толстовку. — Ты мне нахрен не нужна. У меня невеста есть, которая скоро станет моей женой. Я лучше себе руки оторву, чем еще хоть раз прикоснусь к тебе.
— И нормально тебе будет?.. – я пыталась хоть чем-то уколоть Тайлера. Надеялась таким образом хоть немного унять чертову боль и безысходность.– Сделать Шейлу женой после того, как переспал со мной?
Харис посмотрел на меня так, словно я пробила дно, сказав самый идиотский бред.
— Это была лишь вынужденная мера. Но она помогла, — Харис опять посмотрел на свое запястье. – Значит, оно того стоило.
Альфа наклонил голову набок:
— Я ухожу. Метки больше нет и мне откровенно похрен на тебя. Если хочешь, чтобы я помог тебе выйти из леса, умоляй, Олсен.
— Иди к черту, Харис, — сказала, на внутреннем содрогании.
Он ничего не сказал. Лишь окинул меня взглядом, после чего развернулся и пошел прочь.
42
Слезы все так же текли по щекам и ощущение собственной никчемности разрывало на куски. Изгрызало изнутри. Уничтожая по частицам. Так, что сознание вдребезги и душа в пепел.
Кое-как я поднялась на ноги и побрела к воде.
Они меня совсем не слушались, я будто находилась в невесомости и не чувствовала собственного тела, только рука все еще жгла невыносимой болью, хоть на ней уже и нет никакой метки.
В голове белый шум.
Вода, в которую я зашла, уже не казалась такой приятной. Наоборот, обжигала едкой прохладой, но заходя поглубже, я вообще нырнула с головой.
Продолжала проклинать себя каждую секунду. И ловила на мысли, что не хочу выныривать. Желание утопиться прямо здесь казалось единственным выходом, потому что я не понимаю, как после произошедшего сама смогу смотреть в свое отражение в зеркале.
Когда же я наконец-то выходила из воды, изувечиваемая раздирающим ощущением безысходности, меня охватило чувство того, что нечто внутри сознания надломилось. Наверное, внутри меня в муках умирала та наивная идиотка, которая поверила Харису.
 
В голове вспыхнула фраза Тайлера, которую он обронил не так давно.
«Я вырву твое сердце»
Что же. Он выполнил свое обещание. На месте сердца в груди теперь беспросветная бездна, которая горит адским огнем.
Вдох-выдох. Хотелось разодрать кожу. Убрать с нее все ощущение прикосновений альфы.
— Ненавижу, — прошептала, не выдерживая, царапая себя ногтями и пытаясь найти свои кофту и джинсы.
Уже после того, как я оделась, поковыляла в противоположную сторону, от той, с которой мы с Тайлером пришли.
Наверное, мне нужно было затеряться на какое-то время. Попытаться выйти к трассе и найти какое-нибудь убежище, где точно нет диких зверей. Ведь, пока на мне запах Хариса, вернуться к себе я не могла. Не хотела еще таким образом позорить свою семью. Да и подобное будет смертельным приговором всему, что только возможно.
Вот только, чем дальше я шла, тем хуже мне становилось. Перед глазами плыло, тело наливалось свинцом. Сердце, кажется, останавливалось и каждый шаг был подобен пытке.
Шаг. Еще один и почти сразу следующий. Я шла уже около часа. Или двух? По ощущениям, как целая вечность. Поднимаясь по горе, затем спускаясь. Спотыкаясь об упавшие деревья и обдирая кожу острыми ветвями кустов. Чувствуя кровь на теле и пытаясь всматриваться в темноту. А она была кромешной. Беспроглядной. Почти такой же, как и сейчас у меня на душе.
Но я старалась идти дальше. Даже там, где, казалось, это невозможно сделать. Ровно до тех пор, пока в темноте не попав на болотистую местность, полетела прямо со склона.
Он не был высоким, но, приземляясь, я ощутила острую боль в руке.
Первым делом подумала, что это метка. Но нет, стоило приподняться и осмотреть запястье, как в очень блеклом свете луны увидела кровоточащий порез, который растянулся аж до локтя.
Оказалось, что я упала прямо на груду острых камней и опавших веток деревьев.
Опустившись на колени и прижав руки к груди, пыталась остановить кровь.
Голова шла кругом и когда я собиралась встать и пойти дальше, поняла, что все перед глазами плывет, а ноги больше не слушаются.
Я свалилась снова на колени и медленно все вокруг заволокло темнотой и дичайшей слабостью во всем теле.
Еще одно мгновение и я потеряла сознание.
***
Когда я открыла глаза, не могла понять, что происходит и где я вообще нахожусь.
Сердце гулко стучало в груди от дезориентации в пространстве.
Последнее, что я помнила - падение и дикую слабость.
Лишь с трудом приподнявшись и оглянувшись, осознала, что лежала на кровати в одной из палат больницы, расположенной на нашей территории. Белые стены, серый кафельный пол и дезинфицирующий запах, который витал в воздухе.
Мысли мгновенно вспыхнули едким вопросом — как я сюда попала?
Как раз в этот момент, дверь открылась и я, вздрогнув, обернулась в ее сторону.
В палату вошла медсестра. На её губах появилась приятная улыбка.
— Вы уже очнулись, — женщина тут же окинула меня внимательным взглядом. — Как себя чувствуете?
Чувствовала я себя так, словно по мне несколько поездов проехало, но уже это казалось вторичным. Волной на сознание нахлынули воспоминания о ночи с Тайлером и за считанные мгновения сожрали.
— Я…— собственный голос звучал странно и слишком хрипло. — Голова жутко болит. Как я здесь оказалась?
— Вас нашли в лесу, без сознания. Вы пропали во время вылазки в горы. Целые сутки найти не могли, хотя шум был поднят во всем городе, — медсестра поправила капельницу. – И вы были слишком истощены, а еще этот порез — взглядом она указала на мою руку. — Слишком глубокий. Пришлось наложить швы. Из-за раны вы потеряли немало крови, поэтому долго приходили в себя. Хорошо, что медиальную вену не задели.
Я опустила взгляд и им окинула руку. Половина была перебинтована. Против воли, посмотрела на открытую часть запястья. Испытала дикое облегчение, когда не увидела там метки. Но вместе с тем в груди болезненно заныло.