Для него важнее другая (СИ)

Лишь поцелуй, а я словно бы погибла, в тот момент, как альфа намотал мои волосы на ладонь сжал их в кулак, фиксируя в одном положении и еще сильнее углубляя поцелуй.
Бережности в Тайлере было еще меньше, чем ноль. Он вел себя жутко. Буквально по варварски. Вторую ладонь положив на мое бедро. Сжав его, а потом вовсе задирая подол платья и частично оголяя ноги. Разрывая поцелуй и окидывая их взглядом. Пристальным и медленным. Внимательно рассматривая изгибы и останавливаясь на том месте, которое еще было скрыто тканью платья.
А я резко дернулась. Только сейчас хотя бы частично приходя в себя и в ужасе осознавая, что происходило.
— Ты совсем обезумел? — я стиснула зубы. С трудом дышала, но еще тяжелее было говорить. Губы, измученные поцелуем Тайлера, практически не слушались, а голова из-за его запаха казалась тяжелой.
Мне хотелось отстраниться, но чертов Харис все еще сжимал мои волосы в своей ладони. Намотанные на его огромный кулак. И альфа вел себя так, словно вовсе не услышал моего вопроса. Во всяком случае, никаким образом не отреагировал на него.
Харис все так же рассматривал мои ноги, а у меня впервые в жизни возникло ощущение, что меня пожирали взглядом.
И это было по-настоящему страшно.
— Тайлер, ты меня слышишь? — я ладонью уперлась в его плечо. Поломанными ногтями впилась в кофту.
— Слышу. И что ты хочешь мне сказать? — звучание его голоса взбудоражило, но в панику вогнало не это, а то, что альфа сделал в следующее мгновение.
Он положил ладонь на мою щеку и большим пальцем провел по нижней губе. Ощутимо надавливая на нее, а затем подушечкой пальца пробираясь в рот. Касаясь языка. Поглаживая его. Второй рукой отдергивая меня за волосы и заставляя запрокинуть голову. В тот же момент вжимая меня своим громоздким телом в спинку сиденья. А затем вовсе ладонью грубо раздвигая мои ноги и пальцами сжимая бедро. Настолько сильно, словно желая оставить синяки.
Было в этом нечто жуткое. Грязное. Порочное.
То, что незримо пугало ведь в слишком мощных потоках исходило от Тайлера. А еще заставляло растеряться, так как раньше я в своей жизни никогда не сталкивалась ни с чем подобным.
— Тайлер… — я дернулась. Попыталась собрать мысли в кучу. Не получалось. Никак. Но я, испуганная, все же произнесла: — Давай поговорим. Признание проблемы это уже ее частичное решение. Ты же так себя ведешь из-за метки. Мне… Я… я слышала, что альфы на все это реагируют намного сильнее чем омеги, поэтому мне трудно тебя понять, но, наверное, тебе совсем паршиво, раз ты даже решил опять поцеловать меня.
Тайлер поднял взгляд и посмотрел мне в глаза.
Но лучше бы этого не делал, ведь зрительный контакт повеял ядом. Мгновенно отравляющим. Заставляющим голову закружиться, а дыханию вовсе исчезнуть.
Что я только что сказала? Что я не понимаю каково сейчас Тейлору? Возможно, ведь в его голову я проникнуть не могла, но метка действовала и на меня. Насильно заставляла испытывать то, чего я не желала.
— Нужно остановиться, — я даже не понимала, произносила это или нет. Кажется, губы шевелились, но я собственных слов не могла расслышать. В ушах шумело от обезумевшего биения сердца. — Потом же пожалеем. Будем понимать, в какую грязь влезли. Уже… уже сегодня это было… Там в уборной…
И мы сразу пожалели. Так почему опять это происходило?
— Тайлер… — прозвучало практически отчаянно. В попытке твердо достучаться до него.
В тот момент, как альфа некоторое время сидел неподвижно. И мне даже показалось, что я сумела достучаться до его здравого разума, но в следующий момент произошло то, чего я не ожидала.
Тайлер наклонился ко мне.
Не поцеловал, но наши губы находились в считанных миллиметрах друг от друга и как раз это было хуже всего, ведь напоминало нестерпимую, жуткую пытку.
Горячее дыхание альфы, обжигало губы и мне даже казалось, что их пронзало раскаленными иглами. Которые пробирались под кожу и тягуче тянулись к низу живота, из-за чего там как-то непонятно ныло. Заставляло сдвинуть ноги и поерзать. Тяжело выдохнуть и уже больше не понимать саму себя.
 
Ведь, когда в следующее мгновение Тайлер преодолел разделяющее наши губы расстояние и поцеловал меня, я даже не попыталась отстраниться. А зря.
Это было ужасно неправильно. Просто отвратительно.
Но почему-то я задрожала всем телом, когда альфа одним движением перетянул меня и усадил себе на колени.
Целуя. Кусая губы и, той рукой, которой он перед этим сжимал мои волосы, дернув платье так, что один из рукав опустился вниз, оголяя плечо. А еще — частично лифчик.
Это был первый красный сигнал о том, что нам точно нужно остановиться. Сейчас. Немедленно.
Но опуская руку вниз, я случайно задела ремень Тайлера. Пытаясь убрать ладонь, в неудобном положении, против воли сама не желая этого, задрала кофту альфы и пальцами еле ощутимо прикоснулась к обнаженной полоске кожи над ремнем.
Для многих такое прикосновение, возможно, ничего бы не значило, а для меня уже оно являлось слишком интимным и запретным. Из-за чего я вздрогнула и попыталась резко отдернуть руку, словно ею только что сделала нечто по-настоящему ужасное, но Харис перехватил ладонь и положил на свою ширинку.
Я замерла. Ошпаренная и обожженная. Ощущающая его возбужденную плоть и вообще не в состоянии сделать даже вдоха.
Более того, ни в коем случае не веря в то, что ощущала ладонью.
Второй красный сигнал. Более громогласный. Буквально оглушающий, но все равно оборванный следующим поцелуем Тайлера, которым он накрыл мою шею. Пробираясь под платье. Сжимая попу. Притягивая к себе, а затем пальцами сжимая мой подбородок и произнося мне в губы:
— Теперь послушай меня, Олсен. Этой ночью ты моя шлюха. Личная. Послушая. Поняла?
19
Я дернулась словно от удара. Мощного и унизительного.
Нет, я ничего не поняла. Хотя бы то, как вообще наследник Харисов посмел назвать меня, Олсен, личной шлюхой. Из-за его слов в груди вовсе вспыхнула раздирающая злость и я даже попыталась ударить Тайлера, но он перехватил мою руку и завел ее за спину.
— Отпусти, — я произнесла это сквозь плотно стиснутые зубы. И смотря на альфу так, словно желая испепелить взглядом. — Убери от меня свои грязные руки.
— Нет. Я лучше тебя ими запачкаю.
Он завел ладонь за мою спину. Нащупал маленький бегунок и потянул его. Ткань платья тут же ослабла и я, чувствуя, как второй рукав соскользнул вниз, резко дернула плечом. Попыталась его удержать.
Отчаянная, но бесполезная попытка. Платье складками опустилось вниз, повисая около талии, из-за чего стал виден лифчик. А я судорожно выдохнула, в своей частичной обнаженности, чувствуя себя уязвимой. Беззащитной. Но, при этом, до невозможности злой.
— Ты ублюдок… — мне хотелось много чего сказать. Может, даже закричать и со злости наброситься на Тайлера. Он ведь перешагнул через все возможные грани.
И я бы это сделала. Лицо бы ему с удовольствием расцарапала.
Если бы была нормальной. Трезвой и не отравленной запахом Хариса.
А так, я шумно дышала. Злилась, но дрожала. Наверное, вообще сходила с ума. Заживо сгорала и навряд ли вообще находилась в том состоянии, которое можно было назвать вменяемым. Насколько же сильно желала прийти в себя, но будто бы насквозь была отравлена этим альфой.
Харис положил ладонь на мою шею. Сжал ее. Не причиняя боли и не перекрывая доступ к кислороду. Но будто бы начиная жестокую игру. Опускаясь пальцами ниже и ими поддевая лямку лифчика. Снимая ее с плеча и заводя руку за спину. А потом резко дергая на себя. Так, что я буквально упала на альфу, грудью прижимаясь к его торсу.
— Знаешь, Олсен, я люблю пожестче, — сминая платье, он сжал мою попу, а затем шлепая по ней так, что я даже вскрикнула. — Я бы тебя на колени поставил и ремнем выпорол. Для начала.
— Ты двинутый на голову… — в сознании множество слов. Большинство из них грязные и неприемлемые, как и то, что происходило между мной и Тайлером.