Хорошие драконы финишируют последними (ЛП)

Он вздохнул и подвинул пальцы, чтобы видеть Марси, но она еще глядела на него, словно ее жизнь зависела от его слов. Он понял, что и его жизнь зависела, потому что, разберется он в своем бардаке или нет, оставшись с Марси, он должен был рассказать ей правду, и Джулиус сомневался, что она будет ощущать то же самое, услышав это.
— Я не уйду, — он опустил ладони и повернулся к ней. — И я не злюсь на тебя, просто переполнен. Я должен был раньше рассказать, кто я, но боялся, и причины не только те, о которых ты думаешь.
Марси нахмурилась.
— О чем ты?
— У наших видов не лучшая история, — сказал он, стараясь не ерзать. — Многие люди видят в драконах угрозу, которую нужно убрать, или силу, которую нужно использовать. На то есть причины. Мы заслуживаем страха и недоверия. Драконы видят в людях питомцев, в лучшем случае, и ты не хочешь знать худшее.
Марси приподняла бровь, и Джулиус добавил:
— Я не вижу тебя такой, конечно, но я немного отличаюсь от своей семьи. И у меня хватает проблем с ними, так что я не знаю, смогу ли защитить тебя, если они увидят тебя со мной.
— Тебе не нужно меня защищать, — Марси выпрямилась. — Я…
— Очень хороший маг, — закончил Джулиус с улыбкой. — Поверь, я знаю. Я не об этом.
Она все еще выглядела обиженно, и он выдохнул, пытаясь понять, как это объяснить.
— Драконы обо всем думают как об инструментах и вещах, — сказал он. — Пока ты была просто магом, которого я нанял, ты была инструментом, а это безопаснее всего. Ты не убиваешь кого-то, а потом ломаешь его молоток в отместку. Теперь ты знаешь, кто я, и все меняется. Даже если я скажу другое, моя семья будет теперь видеть тебя как моего человека, и когда они нападут на меня, они нападут и на тебя.
Она кивнула.
— И раз ты в беде, ты думаешь, что такое может произойти.
Это было почти стопроцентно, ведь Джастин уже сказал маме, что Марси была его.
— Потому я не говорил. Знание, что я — дракон, уже привлекает угрозу, и я не такой грозный, чтобы отогнать других, если они решат, что не будут это терпеть. Для тебя было бы безопаснее, если бы мы разорвали контракт, как только я понял, что Кати не было на вечеринке. Но мне нужна была твоя помощь, и я…
— И ты не хотел бросать меня с Биксби одну, — закончила она, улыбаясь.
Он хотел сказать, что она ему нравилась, но если она хотела видеть это так, его это устраивало.
— Боюсь, я только все ухудшил. Думаешь, Биксби плохой? Ему далеко до Хартстрайкеров.
Марси охнула.
— Ты — Хартстрайкер?
Он растерянно заморгал.
— Ты слышала о нас? — многие люди не умели различать кланы.
— Конечно, я слышала о вас! — завопила она. — Я была девочкой, которая росла, одержимая магией и волшебными существами Невады. Весь юго-запад США — территория Хартстрайкеров. Туда входит и мой дом. Погоди, если ты — Хартстрайкер, то Бетезда, с которой я говорила по твоему телефону, была Хартстрайкер?
Джулиус кивнул, и она вдохнула так резко, что он боялся, что она задохнется.
— Я говорила с великой драконшей!
— Тебя чуть не убила великая драконша, — рявкнул Джулиус, сжав ее ладони. — Это я пытаюсь объяснить. Даже среди драконов моя мать считается беспощадной и горделивой. Она убивала людей за то, что они пришли на вечеринку в таком же плате. Если бы Джастин не взял трубку прошлой ночью, она могла мне приказать тебя убить за то, что ты посмела с ней говорить. И мне пришлось бы это сделать. Я не могу ослушаться прямого приказа матери.
Марси не боялась, и Джулиус вздохнул.
— Видишь? Об этом я говорю. Драконы и люди не ладят. Драконы едва ладят с драконами.
Он хмурился, говоря это, стараясь напугать ее и заставить принять, как опасна эта игра. Но и это у него плохо вышло, потому что Марси тепло улыбнулась.
— Мило, что ты стараешься напугать меня и заставить отступить, — сказала она. — Бессмысленно, но мило. Ты не такой, каким я представляла дракона. Я всегда слышала, что вы холодные и хитрые, те, кто гладит тебе волосы, пока пронзает спину.
— Многие драконы такие.
— Но не ты.
 
Она улыбнулась шире, сказав это, и Джулиус глубоко вдохнул.
— Я не такой. Потому у нас обоих проблемы.
Улыбка Марси увяла, и Джулиус глубоко вдохнул, собирая смелость. Ничего не поделать.
— Я — неудачник, — признался он. — Я не беспощадный, хитрый или какой-то еще, какими должны быть драконы. Проклятие на мне? Его наложила мать, запечатала мой истинный облик, это проверка и наказание. Потому я на этой работе. Я должен проявить себя как дракон, чтобы вернуть свои крылья, но, раз я все объясняю, а не угрожаю отдать тебя Биксби, пока ты поклянешься вечно служить мне, я что-то делаю не так. Ничего, потому что я не хочу быть таким, но тебе важно понимать, что я плохой дракон. Другие — не такие, как я, и когда они придут, я не смогу их остановить.
Его сердце колотилось. Было приятно открыть Марси правду, но все равно было больно. Он не понимал, как переживал из-за ее хорошего мнения, пока не пришло время его портит. Но, пока он готовился к тому, что она скажет, что не хочет рисковать собой, помогая неудачнику, Марси открыла рот и перевернула его мир:
— О чем ты говоришь? — потрясенно сказала она. — Ты — чудесный дракон.
Джулиус уставился на нее, лишившись дара речи.
— Нет, — сказал он. — Нет, нет, нет. Ты не знаешь, что говоришь. У меня нет амбиций, хитрости, и если мне дали бы править миром, я попытался бы отдать его. Я всю взрослую жизнь прятался в своей комнате, играл в видеоигры и получал образование онлайн, чтобы избегать семью, и если бы мама не пригрозила съесть меня, я бы еще был там. Поверь, я ужасный.
Марси приподняла бровь и подняла руку, посчитала на пальцах.
— Ты прибыл в город прошлой ночью ни с чем. Сутки спустя ты заработал больше денег, чем я за полгода, одолел всех, кого Биксби бросил в нас, спас мою жизнь не меньше трех раз. О, и при этом ты был запечатан, значит, твоя сила была серьезно подавлена, да?
Он кивнул, и она широко развела руками.
— Вот. Я не считаю себя драконьим экспертом, но разве это можно назвать ужасным?
Джулиус ужаснулся от того, что его щеки пылали.
— Это не…
— Боже, ты куда лучший дракон, чем Джастин, — продолжила она. — Не хочу обидеть твоего брата, но он как бык, а не хитрый змей. Удивительно, что он еще жив.
— Джастина очень сложно убить, — сказал Джулиус, но он лишь отчасти слушал. Его разум все еще не мог поверить, что кто-то считал его лучшим драконом, чем Джастин. Дальше рыба посыплется с неба. Конечно, мнение Марси не имело значения для драконов, но это было важно для него. Очень важно. — Ты на самом деле не считаешь меня ужасным?
— Ясное дело, — Марси фыркнула. — Ты, конечно, скромный и мог бы вести себя упрямее, чтобы люди не пользовались твоей добротой, но ты умный, храбрый и милый, когда хочешь быть. Тебе не нужны угрозы, чтобы получить то, что тебе нужно. Люди захотят тебе помочь, потому что ты хороший. Я хочу тебе помочь, потому больше не возьму с тебя ни цента.
Джулиус удивленно моргнул, и улыбка Марси стала застенчивой.
— Думаю, вчера было ясно, что мы сильнее вместе, чем порознь, и я не брошу тебя твоей семье, потому что может стать опасно. Ты же не бросил меня с людьми Биксби, а это было ужасно опасно. Ты мог легко бросить меня за дверцу и уехать.
Его глаза расширились от ужаса.
— Я бы никогда так не сделал!
— Именно. Так почему ты ждешь от меня меньшего, чем от себя? Ты спас тогда мою жизнь. Ты можешь хотя бы дать мне ответить тебе тем же.
— Я же говорил, — сказал Джулиус с ноткой паники. — Ты не обязана…
— Я делаю это не из долга, — Марси села прямее. — Я делаю это, потому что хочу. И потому что я не позволю единственному дракону, который говорит со мной, сбежать.
Джулиус не знал, что сказать. Он с таким еще не сталкивался. Верность клану была ожидаемой, но эта верность, личная верность, была тем, что он еще не испытывал.
— Уверена? — сказал он. — Точно? Потому что, если я не сотворю чудо, я, наверное, умру этой ночью.