Хорошие драконы финишируют последними (ЛП)

— Внизу настолько плохо?
— Не во всем, — ответила Марси. — Но подумай об этом так. СЗД полон магии, а магия привлекает магических существ. Это было бы не так плохо, если бы Подземелье СЗД не было одним из самых густонаселенных мест. Волшебные животные состязаются с людьми за место. Обычно тут вмешивается правительство и все уравновешивает, но это Свободная Зона Детройта. Контроль за животными — слабо развитая система свободного рынка, как все остальное.
— Ты про награды?
Она кивнула.
— Люди платят Контролю за животными, а те платят фрилансерам за голову — маленькие награды за мелких гадов, большие — за опасных существ. Система чаще всего не так и плоха, но все рушится, когда ты попадаешь в зоны, где цена и проблемы за убийство животного выше, чем цена за его голову.
— Ясно, — сказал Джулиус. — Охотники не спускаются сюда, потому что слишком рискованно для награды, и, в результате, трубы стали убежищем для опасных магических зверей.
— Бинго. Это как тараканы под твоим холодильником, потому что они не хотят, чтобы их раздавили. Только эти тараканы огромные, едят людей, порой дышат огнем.
Он скривился.
— Как мило.
— Добро пожаловать в СЗД! — сказала Марси, смеясь, перепрыгнула вонючую кучу мусорных мешков.
Джулиус вытащил телефон, чтобы поискать фотографии того, что они могли тут ждать, когда труба в слизи, по которой они шли, вдруг слился с большей трубой, которая была наполнена водой. К счастью, давно мертвый рабочий подумал создать металлический мостик в стене над водой. Джастин уже был там, стоял на краю ржавого металла, как огромная агрессивная птица. Он поднял Марси одной рукой, когда она приблизилась, сделал так и для Джулиуса, поднял его с земли так легко, словно вырвал сорняк.
— У нас проблема, — сообщил он, когда они оказались над водой. — Маги, за которыми мы идем, должны быть впереди.
— И? — спросил Джулиус.
Его брат указал дальше в туннель, по которому они шли. Разделение труб означало, что он указывал на бетонную стену.
— О, — сказал Джулиус. — Это проблема.
— Я бы пробил стену, — сказал Джастин, — но она несущая с виду, и вас двоих может раздавить. Нужно найти другой путь.
Джулиус вздохнул и посмотрел на телефон, но экран дополненной реальности был пустым. Даже в СЗД беспроводной интернет не доставал сюда, и навигатор был бесполезен, когда двенадцать футов земли и асфальта отделяли тебя от сигнала спутника. И на карте были бы только дороги, а не трубы под ними. Джулиус хотел уговорить этим брата прекратить все это дело и постучать в первую решетку, как он и предлагал, когда Марси сказала:
— Есть идея.
Джастин и Джулиус повернулись к ней, она рылась в сумке.
— Мы ищем коммуну магов, да? — спросила она, отдав фонарик Джулиусу.
— Да, — медленно сказал он, взяв фонарик.
— Много магов значит много магии, и если мы ищем эту магию, можно попробовать это, — она вытащила руку из сумки, сжимая золотую сферу размером с грейпфрут, которую Джулиус у нее видел в машине после его стычки с Челси. Тогда сфера сияла, как золотая лампочка гирлянды. Теперь она искрилась, как полуденное солнце над водопадом в ярком свете фонарика, золотые точки падали на темные стены трубы.
— Что это? — спросил Джастин. — Золотой дискошар?
— Это Космолябия, — сказала восторженно Марси. — Древний инструмент магов, первых магов, до того, как магия угасла. Им они искали другие измерения.
— Зачем нам это? — фыркнул Джастин. — Мы уже в нужном измерении.
Марси была восхищена орудием, так что даже не разозлилась.
— Ах, — сказала она. — Но Космолябии находят другие измерения, улавливая их магию. Десятки лет строили теории, что хорошо обученный маг с достаточным запасом силы может открыть портал в другое измерение. Никто не пробовал пока что, потому что не ясно, что ждет на другой стороне. Стена между нашим миром и другими измерениями слишком толстая, чтобы мы увидели сквозь нее. Мы можем открыть дыру в вакуум или звезду, или в новую среду обитания, какую и представить не можем. Тогда и помогает Космолябия.
 
Она сунула шар под фонарик, и он засиял до боли ярко.
— Видите золотые листья под стеклом? Это служит усилителем, реагирует на естественные вибрации магии на молекулярном уровне, который в тысячу раз чувствительнее всего, что может ощутить человек. Как компас, но стрелка указывает на магию, а не север. Я так хотела испытать это!
— Ох, — Джастин скрестил руки на груди. — Все еще не пойму, какое мне дело.
— Должно быть дело, ведь мы ищем защищенное чарами общество шаманов, — пылко сказала она, не озвучив, к счастью, что он был дураком. — И если теории верны, Космолябия как компас, и такая плотность магии должна служить как магнит.
— Ясно, — сказал Джулиус. — Они притянут стрелу. Даже если мы сойдем с курса, мы будем знать, в какой стороне маги.
— Да, спасибо, — улыбнулась ему Марси. — Хоть кто-то понимает.
Джастин закатил глаза, и Джулиус придвинулся, чтобы лучше видеть золотой шар. Близи он видел, как кончики золотых листьев подрагивали, как маленькие стрелки.
— Поразительно. Никогда не слышал о Космолябии.
— Они очень редкие, — сказала Марси. — Даже когда маги считались обычным делом, редким нужны были Космолябии, а когда магия иссякла, знания были утеряны, — она помрачнела. — Так со многими магическими учениями. Мы знаем о связи измерений, потому что Космолябии существуют. Мы только начинаем открывать, сколько мы потеряли в магическую засуху, и мы все еще не знаем, почему магия ушла. К счастью, у нас есть орудие предков, чтобы помочь нам понять все снова, — она улыбнулась золотому шару в ее руках. — Это персидская Космолябия. Они считаются самыми точными и деликатными. Чудо, что эта выжила целой. Это может быть последняя работающая Космолябия в мире.
— Угу, — сказал Джастин. — Зачем она тебе?
Марси дернулась от вопроса, потом расслабилась, беспечно пожала плечами, как поступал тот, кто хотел соврать.
— Папа дал ее мне. Как и сказал Джулиус, Космолябия должна привести нас к цели. Как только я пойму, как ее использовать, конечно.
— Так ты еще ее не пробовала?
Марси высоко подняла голову.
— Конечно, у меня не было шанса проверить ее способность искать колонии магов, но должно сработать, — она посмотрела на золотые узоры, словно пыталась прочесть будущее в шаре. — Думаю, у меня уже есть идея. За мной.
Она встала и пошла по мосту, сапоги стучали по металлической решетке. Когда Джулиус решил пойти за ней, Джастин сжал его плечо.
— Уверен?
— Нет, — сказал Джулиус. — Но спуститься сюда решил ты, помнишь?
— Я не про канализацию. Я о той части, где твой человек соврал нам.
Джулиус моргнул. Он не думал, что Джастин уловит это. Его брат обычно не замечал тонкости, но Марси была ужасной лгуньей.
— Наверное, она соврала, потому что ты задал личный вопрос, — сказал он. — И не мое дело, где она взяла Космолябию. Мне важнее, как Марси выполнит работу, и пока что она была хороша. В магии я ей полностью доверяю.
Его брат фыркнул.
— Ты себя погубишь такими мыслями. Слепая вера делает лидера ужасным.
— Это не слепая вера, — сказал Джулиус. — Я доверяю Марси. Она моя…
Джастин заметил его паузу и напал, как бык на красную тряпку.
— Твоя что?
— Я доверяю ей, — снова сказал Джулиус.
Джастин скрестил руки на груди.
— Почему?
Потому что она стала его подругой, доверяла ему. Но Джастин был драконом слишком сильно, чтобы понять это, и Джулиус молчал, что его брат воспринял неправильно.
— О, нет, — простонал он. — Ты же не положил на нее глаз?
— Конечно, нет, — рявкнул Джулиус. Симпатия к Марси не была плохой, но… — Я просто ей доверяю, ясно? Отстань.
Он пошел прочь, оставив брата. Металлический мост какое-то время был в тишине. Джастин вздохнул и побежал за ним. Его брат быстро догнал, а потом перегнал его, оставив Джулиуса одного бежать за ним в темноте.