Дина (СИ)
Лучше бы не виделись, честное слово. Мое самодостаточное одиночество меня полностью устраивало, как и возможность снова принадлежать самой себе. Бабочки в животе, допустим, не порхают, зато вернулась трезвость ума и сконцентрированность. А сейчас, что? Всю поездку в такси думала о нем.
Разогрев упаковку гречневой лапши из супермаркета, я усаживаюсь перед телевизором и включаю любимый сериал, который на протяжении полутора месяцев скрашивал мои уединенные вечера. Главная героиня, которой везет на всяких придурков, изрядно меня веселит. Ее личная жизнь — еще большее дно, чем моя.
Треньк!
Отвлекшись на звук входящего сообщения, я заглядываю в телефон и от удивления перестаю жевать. Да что происходит? Парад планет? Солнечное затмение? Рак в рыбе?
Не успела я оправиться от встречи с Юсуповым-старшим, как младший тоже решил почтить меня своим виртуальным присутствием.
«Привет, Дина! Давно не виделись. Как твои дела? Как насчет встретиться завтра на кофе? Ничего криминального — просто поболтать».
Забыв о сериале, я разглядываю сообщение Ильдара и раздумываю над ответом. Последний раз мы разговаривали больше месяца назад. Он в очередной раз предложил встретиться, а я в очередной раз отказала, не удосужившись сочинить достойной причины. Тогда мне никого не хотелось видеть, и особенно тех, чья фамилия начинается на «Ю».
Отложив телефон в сторону, я снова смотрю в телевизор, но не выдерживаю и пары минут.
«Хорошо. Можем встретиться в «Холмах» в обеденный перерыв. У меня будет полчаса».
Ответ Ильдара приходит так быстро, словно он все это время не выпускал мобильный из рук.
«Тогда договорились! До завтра!
P.S. Я очень по тебе скучал. По-дружески».
Закатив глаза, я выключаю экран и запускаю вилку в лапшу. Я и сама не знаю, с чем было связано мое нежелание с ним общаться. Причинил боль мне не он, а его старший брат, а если последнего больше нет в моей жизни, то нет повода рвать дружеские отношения.
Треньк!
Вздохнув, я снова тянусь к телефону. Что он на этот раз забыл?
Но там меня, на удивление, ждет сообщение не от Ильдара, а от Таисии, жены близкого друга Камиля, на которого я, кстати, работаю. Как-то раз я помогала ей в организации одного мероприятия, после которого мы сдружились.
«Динуль, привет! Еще не забыла меня?:) Я вот о тебе точно помню! В доказательство приглашаю тебя в следующие выходные на празднование своего дня рождения. Очень-очень надеюсь, что ты придешь. Будет всего человек десять-двенадцать близких друзей, ничего пышного и помпезного. Выпьем шампанского, поболтаем, потанцуем немного. Я по тебе соскучилась!».
Напрочь забыв о сериале и о лапше, я раз за разом перечитываю ее сообщение. Как такое возможно, что после двухмесячного затишья обо мне в один день разом вспомнили все!
Словно жизнь вдруг решила, что Динуле достаточно прохлаждаться в тишине и уединении, и ее нервам пора провести экзамен.
Отказываться от приглашения Таисии я не хочу: она не заслужила банальных отговорок. Для этого я слишком ее уважаю и люблю. Но в тоже время не могу не думать о том, что на праздновании будет Камиль. А с ним я встречаться еще не готова — сегодня у меня была возможность в этом убедиться.
Намотав несколько бесцельных кругов по квартире, я снова плюхаюсь на диван и беру телефон. Печатаю и стираю. Печатаю заново и заново стираю.
«Спасибо за приглашение! Я с удовольствием….»
«Я тоже очень соскучилась по тебе, но боюсь, что прийти не смогу…»
Нахмурившись, я легонько стукаю себя по лбу. Да что с тобой? Соберись.
«Привет! Здорово, что ты написала. Я тоже соскучилась, и мне лестно быть приглашенной. Приду с удовольствием!»
3
Наш последний разговор с Дилярой не прошел бесследно. Сегодня она не пытается бросать заискивающих взглядов и подсовывать стакан латте мне под руку со словами «Подумала, вдруг ты захочешь». За весь день она ни разу ничего не спросила, хотя обычно засыпала меня вопросами и вообще старается в мою сторону не смотреть, всем своим видом демонстрируя обиду.
Увы, это было предсказуемо. Для Диляры нет промежуточных состояний: она либо вцепляется в тебя, как влюбленный клещ, либо дуется. Ей невдомек, что я и не преследовала цель ее обидеть, а лишь хотела пояснить, что на дружбу «взасос» со мной больше не стоит рассчитывать. Во-первых, мы определенно разные люди, а во-вторых, меня утомила роль мамочки, призванной направлять, помогать и прощать. В отношениях с людьми, помимо отдачи, хочется еще и что-то получать, а так вышло, что я долгое время лишь отдавала. И речь сейчас не только о Диляре.
Бросив взгляд на часы и убедившись, что обеденный перерыв как раз наступил, я встаю. Ильдар уже пятнадцать минут как приехал, судя по присланной им фотографии кофе, сделанной на фоне интерьера лобби-бара.
Проходя к двери, я ловлю в отражении зеркала обиженный взгляд Диляры, красноречиво транслирующий «И даже с собой не позвала». Я вздыхаю. Да, так и есть. Она переполнена ожиданием, что я начну замаливать грех своей недавней жестокости. У меня для нее плохие новости. Никаких грехов я за собой не чувствую, и чем раньше она это поймет, тем меньше напряжения будет витать в воздухе.
Спустившись в вестибюль «Холмов», я обнаруживаю, что Ильдара в лобби нет, и иду в ресторан. Его темный,коротко стриженый затылок замечаю сразу и вместе с этим ощущаю легкий укол в груди. Сейчас Ильдар вызывает во мне двоякие чувства: с одной стороны, теплоту, как память о нашем общем детстве, а с другой, болезненность, как отголоски недавнего прошлого и настоящего.
Коснувшись его плеча вместо приветствия, я занимаю стул напротив. Проявлять излишний энтузиазм в общении не входит в мои планы. Так же я уверена, что это не последняя наша встреча. Я помню о намерении Ильдара упорно ждать, пока я, наконец, не приму факт, что он — тот самый; и это меня больше не устраивает. Единственное общение, к которому я сейчас готова — это общение, не обремененное чужими проблемами и ожиданиями.
— Привет! — Взгляд Ильдара быстро пробегается по моему лицу, и он по привычке широко улыбается. — За время, что мы не виделись, ничего не изменилось. Все та же красавица.
— Спасибо, — сдержанно, под стать его старшему брату отвечаю я. — Как твои дела?
Комплимент меня нисколько не радует, так как в нем видится настойчивое желание выйти за рамки дружбы. Да, за эти пару месяцев я успела стать еще и подозрительной.
— Дела вроде хорошо, — отвечает Ильдар, продолжая меня разглядывать. — Давай ты сначала заказ сделаешь. Голодная ведь, наверное?
Тут я не могу не улыбнуться, ибо накатила та самая теплота. Внимательность и джентльменство—всегда были его главными достоинствами.
Сказав официанту кодовое: «Как обычно», я снова смотрю на некогда лучшего друга. Выглядит он уверенно и свежо, и насколько я знаю, приступ, из-за которого его госпитализировали, никак не повлиял на его дальнейшую жизнь и самочувствие.
— Ну что тебе рассказать? — берет на себя разговорную инициативу Ильдар. — Пару недель назад закончил проходить обследования. Ничего нового и криминального в моей голове не обнаружили. Сказали, жить буду долго и счастливо. Работаю все так же у Кама, в сомнительные истории с поставщиками больше не влипал… Дом родителей мы выставили на продажу, кстати, так что теперь я живу в городе в той самой квартире, где жила ты.
— Отличный выбор, — с улыбкой киваю я, поневоле заражаясь его благодушием и позитивом. Есть у Ильдара такая черта: свою девяносто девяти процентную положительность он умеет передавать другим. — Надеюсь, где-то там не завалялось мое нестираное белье.
Он смеется.
— Нет, ты была примерным обитателем. Так, что у меня еще нового? А… Стал встречаться с девушкой…
Не донеся до рта стакан с водой, я округляю глаза: мол, да ладно? Параллельно прислушиваюсь к себе: как отзывается во мне эта информация? Не бунтует ли эго? Все же Ильдар был неравнодушен ко мне всю нашу сознательную жизнь.