Из могилы

— Конец дороги? — фыркнул Джоуль. — Как будто без знака это не очевидно!
— Ничего не понимаю. — Кентарх проверил экран навигации. — Нам нужно вернуться к последнему перекрёстку и подъехать с другой стороны.
— А может, Дама Мечей всё-таки была не в себе?
Сол окинул взглядом местность.
— Не чувствую ни одного Бэгмена.
В прошлом он постоянно засекал хотя бы одного-двух, где бы мы ни проезжали. По мере усиления снегопокалипсиса они всё чаще замерзали, но я не терял бдительности.
— Возможно, Мечи зачистили территорию. — Гейб опустил окно, чтобы принюхаться к морозному воздуху. — Поблизости никого, но я чую какой-то подозрительный запах. — Он вдохнул глубже и напрягся. — Оружейное масло. Полагаю, нам нужно пройти между этих гор.
Я припарковал грузовик. Меня едва ли не трясло от предвкушения. Штаб Мечей может оказаться в долине с другой стороны.
— Давайте пойдём на запах.
Я уже потянулся за фонариком на голову, как Кентарх сказал:
— Тут огромные сугробы. Нам понадобится помощь Сола.
Я кивнул.
— Справишься, солнышко?
Он просиял, услышав своё новое прозвище.
— No hay problema.
Джоуль не мог промолчать:
— Без проблем?! То же самое ты сказал перед последней лавиной!
Мы уже пережили несколько.
— Народ, не время ссориться. Идём.
К счастью или к сожалению, но мы скоро разгадаем эту загадку.
Пока Сол освещал (и растапливал) нам путь, мы потихоньку двигались по новой тропе.
— Колоссальная трата времени, — ворчал Джоуль. — Попомните мои слова: нельзя доверять Младшим Арканам.
Мы начали обходить гору и наткнулись на отвесную скалу, не дающую пройти дальше. Такого я не ожидал.
— Гейб, сможет взлететь и разведать обстановку?
Но он уже со своим орлиным зрением осматривал тупик.
— В этом нет необходимости. — Он прошёл мимо нас прямо к отвесной скале. И прошёл её насквозь. После чего крикнул с той стороны: — Это оптическая иллюзия.
Я пошёл следом за ним, тяжело дыша. Отсюда уже было видно, как основания двух гор сталкивались под углом, будто бы соединяясь в единое целое. Но всё же между оставалась расщелина шириной в пару футов.
Сол, Джоуль и Кентарх шли за мной.
По ту сторону воздух показался мне на несколько градусов теплее, а слой снега был высотой не более фута. Я обернулся к Солу.
— Свети, podna.
С сияющей улыбкой он осветил ровную местность, простирающуюся между не двумя, а целыми четырьмя горами. Пространство было размером с футбольное поле, в центре него была огромная постройка, напоминавшая... ангар. Через дверь просачивался свет.
— Это, друзья мои, ловушка. — Джоуль сотворил копьё. — И мы в неё уже угодили.
Я бросил ему через плечо:
— Тогда почему бы не пойти до конца?
 
Глава 27
Императрица
— Даже если ты убьёшь меня, пока я сплю, оно всё ещё того стоило, — сказала мне Цирцея, устраиваясь на кровати, которую Арик перетащил к бассейну.
— Я не собираюсь тебя убивать, — заверила я и шутливо добавила: — По крайней мере, не сегодня.
— Ещё рано, Эви Доминия. Ещё слишком рано.
— Да-да, ты права.
После того, как Жрица приняла душ, переоделась в одну из моих пижам и плотно поужинала, я показала ей гостевую комнату, но она сказала:
— Я бы предпочла бассейн, если не возражаете. Не хочу показаться вам капризной гостьей, но это бы... — она бросила взгляд в сторону Ларк, — меня успокоило.
Я пообещала ей:
— Никто здесь тебя не обидит.
Печальная улыбка.
— В конце игры нам всем придётся. Так было всегда.
Хотя Арика беспокоил расход электричества, я всё же уговорила его включить нагрев воды и несколько дополнительных обогревателей. Стеклянная стена была вполне герметична, но в подвале всё равно прохладно без дополнительного обогрева.
Цирцее нужно нормально восстановиться.
Я присела на кровать рядом с ней.
— Тебе нужно что-нибудь ещё?
Вещи, которые я ей одолжила, были слишком огромными. Она похудела почти на четырнадцать килограммов с нашей прошлой встречи.
 
Она покачала головой.
— Ты знала, что в этом бассейне солёная вода? Ах, и кровать такая мягкая! Это было очень благородно со стороны Смерти принести её сюда.
Перед тем как река у замка замёрзла, Цирцея общалась с помощью неё. Мне нравилось приходить к берегу и болтать с Жрицей. Теперь же она сидела прямо передо мной.
— Не думала, что ты придёшь.
Выход на сушу всегда предвещал ей скорую гибель.
— Я уже говорила тебе, что выход из глубин может быть моей единственной надеждой. У меня не было выбора. Чтобы добраться до храма, я становлюсь одним целым с океаном, но больше в нём нет жизни, а значит, я не могу там жить.
Связь со стихией оборвалась в обе стороны — у магии Цирцеи, как и у моей, были побочные эффекты. Я чувствую всю боль растений, которые создаю, а Цирцея, когда управляет водой, испытывает то же, что и каждая капля под её контролем.
Она продолжала:
— Тайны залегли на дно. Течения доносят шепотки, но мне их язык незнаком.
Я не совсем понимала, о чём она говорит, поэтому просто слушала.
— Я оставила свой храм и трезубец. — Она понизила голос до шёпота. — В этой жизни я больше их не увижу, не смогу туда вернуться.
Она вскинула на меня взгляд, словно сама поражалась своей откровенности.
Я была почти уверена, что там, в бездне, у Цирцеи вместо ног были Пентакли. Теперь же у неё осталось лишь несколько чешуек на руках. Ти от них в восторге.
— Почему же ты тогда не вышла к нам сразу после того, как мы победили Пола? Я же вижу, как долго ты мучилась.
Мне хотелось откормить её и окружить заботой. Обнимать и не отпускать.
— Я была слишком слаба. — Она смотрела на бассейн, в её светящихся лазурных глазах плескалось чувство вины. — Я не хотела затопить всё побережье. Я ведь могла убить вас вместо того, чтобы спасти.
— Но ты не убила нас. Мы здесь благодаря тебе.
Она посмотрела мне в глаза.
— В Джубили жили и хорошие люди. Да, поселенцы творили ужасные вещи, но это было одно из лучших мест, что я видела за время моих скитаний по водным просторам.
В хрониках Каланте говорилось, что угрызения совести испытывают только по-настоящему добрые люди. Моё сердце обливалось кровью за Цирцею.
Стараясь звучать бодрее, она сменила тему:
— Ты помнишь прошлые разы, когда я выходила на сушу?
— Нет, я мало что помню из прошлых игр. Жду новых видений.
Мэтью говорил, что вернёт мне память о двух играх через сны. Но мои кошмары оставляли мало места для воспоминаний.
— Может, ты просто не хочешь вспоминать. Прошлое может быть болезненным.
Охотно верю.
Жуткий волчий вой раздался снаружи. Ларк отказалась лично поприветствовать нашу гостью, сказав: «Когда Посейдонша заняла реку, она слопала моего тигра и насмехалась над талантами Финна как мага. С чего вдруг я должна тратить на неё своё время?»
Цирцея всматривалась в ночь.
— Живя с Фауной, ты играешь с огнём.
— Играем с огнём мы с Императором.
— Возможно, Джек выманит его. Разве не в этом заключается ваш план?
Он с ребятами отправились к убежищу Мечей. Разговор с Цирцеей помог мне отвлечься.
— Они надеются на это. Но я начинаю верить в то, что Император придёт сюда.
У Рихтера ко мне нездоровый интерес.
Если наши с ним силы равны, или его с Цирцеей, я смогу защитить наш дом.
Если.
Цирцея сказала:
— Я была удивлена тому, что ты отпустила Джека после смерти Повешенного.
— В тот момент это казалось логичным. Я всё ещё люблю его... и Арика.
Я покрутила кольцо на пальце. Цирцея вздохнула.
— В прошлых играх ты никого не любила. Но в этой жизни твоя любовь безмерна.
И не поспоришь.
— Давай продолжим разговор завтра. — Веки Цирцеи потяжелели. Мне показалось, она едва сдерживает зевоту. — Я хочу встать пораньше, чтобы увидеть своего крестника, так что рассчитывай время. К слову о времени, разве тебе не пора его кормить?