Из могилы

— Что ты делаешь? — Я указала на стул. — Иди на своё место! Я всё ещё не простила тебе твой самоубийственный план.
— Я буду спать вместе со своей женой. Мы... как ты это называешь? Снова сошлись.
Его авторитарные замашки не должны быть такими сексуальными.
— А меня ты спросил?
— Нет. И не собираюсь: я же видел твою реакцию. Я нужен тебе так же сильно, как ты мне. Зачем же отказывать себе в том, чего желаем мы оба?
Воспоминания промелькнули перед глазами. Я не нашлась с ответом.
— Можешь дуться на своей половине кровати, — сказал он. — Чуть позже ночью ты меня обязательно простишь. И утром ещё раз.
У меня перехватило дыхание.
— Ты совсем не чувствуешь себя виноватым за то, что скрыл от меня свои планы? Своё будущее самоубийство?
Он покачал головой.
— Не стоит недооценивать мою любовь к тебе. Ради тебя я готов свернуть горы.
— Так переверни игру!
Не оставляй нас.
— Хроники Умеренности могут помочь. И, возможно, рождение Ти как-то повлияет исход. — Видимо, заметив, как я вся внутренне сжалась, Арик потянулся ко мне, обхватив рукой мою щеку. — Знай: я сделаю всё, чтобы оставаться с тобой как можно дольше.
Эмоции грозили захлестнуть меня с головой.
— Я этого не переживу. Раз уж на то пошло, нашего сына можешь вырастить ты. Ему нужен отец.
— Мать ему нужнее.
Спорно.
— Почему бы тебе не победить? Что, если я ничем не лучше Императора? Сомневаюсь, что красная ведьма устроит всем рай на земле. Мне снится пустошь с ядовитыми шипами. Это так же жутко, как то, что планирует Рихтер.
— На твою долю выпало немало испытаний. — «В том числе и из-за меня», — это не было сказано вслух, но висело в воздухе. — Твои кошмары вполне объяснимы.
Резонно. И почему я ожидала нормальные сны обычной девчонки, слыхом не слыхавшей об апокалипсисе? Но всё же я не хотела побеждать.
— Ты не пропадёшь навсегда, — уверенно продолжал Арик. — Ты сможешь подавить ведьму, когда это потребуется.
— Разве не ты говорил мне, что бессмертие — это настоящая пытка?
Провести несколько веков в одиночестве — мой самый большой страх.
— Часть своего правления ты разделишь с Джеком, а ещё у тебя будет Ти. Будь у меня дети и внуки, о которых можно позаботиться, всё было бы иначе. Но у меня не было ничего, кроме сожалений и жажды мести. Ты же сама жизнь, и это отразится на мире.
Или же будет адская пустыня с колючими кустарниками. Мне вспомнился шёпот красной ведьмы: «Деметра щедро одаривает, но и жестоко лишает».
— Опыт показывает, что ты лучший кандидат на роль победителя. Ты не использовал своё бессмертие, чтобы править миром. А ведь мог бы захватить все государства.
— Это только усилило бы бога смерти. — Во взгляде Арика отразилась боль, словно все его бесконечные годы пронеслись перед глазами. — Зачем мне чествовать божество, обрёкшее меня на участие в этой игре? Пора его чемпиону узнать, что такое поражение.
После этого Арик отпустил меня и лёг на своей стороне. Оставив последнее слово за собой, он задремал. Я же закипала изнутри.
Он направил всю свою решимость на достижение цели, которую я никогда не приму. Мы не едины в наших планах, а каждая попытка пойти против Арика плохо заканчивалась для меня. Я бессильна помочь ему.
Мои кулаки сжались. В прошлом, если я чего-то хотела, то получала. Ну, кроме Арика и Джека одновременно. Как бы то ни было, я прикладывала все свои силы, верила в себя и никогда не стояла на месте.
И тут ответ пришёл сам собой. Сегодня у нас появился ещё один козырь.
Сол.
Если он зарядит меня энергией, я смогу пойти против Рихтера, не рискуя сгореть, расплавиться или взорваться. Мне не придётся черпать силы из своего ядовитого источника. Завтра я сообщу парням, что теперь Солнце — наш самый ценный игрок.
Решив всё для себя, я наконец-то провалилась в сон...
Ночью Арик выполнил своё обещание.
Проснувшись на следующий день, я обнаружила на соседней подушке подарок — янтарное обручальное кольцо на стебле белой розы. Послание было очевидным: «Мы созданы друг для друга. Я люблю тебя».
 
При всей моей любви к Джеку я не могу представить жизнь без этих особых моментов, которые есть только между мной и Ариком. Я взяла кольцо, понимая, что надеть его значит признать, что мы снова женаты.
С одной стороны, мне нужно больше времени на принятие столь важного решения. С другой — у нас нет такой роскоши, как время.
Он прав: мы снова сошлись. С судорожным вдохом я надела кольцо, мысленно представляя, как засияют глаза Арика, когда он увидит его на моём пальце.
Окончательно запутавшись в своих мыслях и эмоциях, я пошла в ванную и посмотрела в зеркало. С губ сорвался крик.
Прядь моих волос навсегда окрасилась в красный.
 
Смерть
На моём столе лежали хроники Умеренности, а поверх — записка.
 
Прихватил кое-что из запчастей для машины. Едем в Лазарет.
Кентарх Мгайа
 
На секунду я задумался, почему он не остался пообщаться. Как-никак, в этой его жизни мы ещё ни разу не встречались лично. Но тут же напомнил себе, что Колесница — самый рациональный Аркан, максимально сосредоточенный на задаче. Гостевые визиты не входят в его миссию.
Как я и ожидал, Джек со своей командой направляются в Форт-Колман, чтобы выяснить, почему Фортуна запретила атаковать это место. А значит, им предстоит столкнуться со злом. Снова.
Вздохнув, я пробормотал:
— Охотник и его игры.
 
Глава 15
Императрица
День 666 П.В.
— Ты читаешь уже несколько часов, — сказал Арик, сидя за столом, где сам он занимался переводом хроник Умеренности. За прошедшие три недели он дошёл до середины.
Я же изучала собственные хроники, перечитывая с самой первой строчки: «Сия летопись есть чистая правда о Нашей Леди Шипов, Императрице всех Арканов, избранной выступать от лика Деметры и Афродиты, олицетворяющей жизнь во всех её проявлениях и таинства любви». Но не нашла ничего, что потенциально могло бы помочь нам перевернуть игру.
Я кивнула в сторону книжек, разложенных на его столе.
— Не припомню, чтобы ты делал перерывы.
Арик выглядел великолепно, весь такой сосредоточенный на тяжёлом интеллектуальном труде. Всякий раз, когда он делал пометки, его мышцы приходили в движение, а с ними и символы на руке.
Обычно красная ведьма жадно желает заполучить их все, но символы Арика перестали её волновать. Больше она не шепчет мне убить его. Её отношение к нему изменилось, теперь она видит в нём достойного, смертоносного союзника. Честно говоря, у меня даже мелькала безумная мысль, что она признала его в качестве... своей пары.
— Ты права, — согласился он. — Это сложная задача, многое стоит на кону.
Большая часть переведённого им описывала способности Каланте, природу грехов и силу вины.
Хотя Арик обнаружил и любопытный момент:
— В первой игре был заключён союз между Всадником рассвета, Заклинательницей зверей, Бездной и Предателем.
— То есть между Солом, Ларк и Цирцеей. А Предатель — это, видимо, Повешенный. — Я нахмурилась. — В первой игре у меня был союз с Цирцеей и Ларк. Без Пола и Сола.
— Возможно, они объединились уже после твоей смерти. Но, несмотря на могущественный союз, их четвёрка не смогла одолеть Дурака.
— То есть в той игре он убил не только не меня?
Арик обеспокоенно пробормотал:
— Похоже, что так.
Я прочитала ту часть, что была написана на английском, но помимо более глубоко погружения в личность Джоуля (при всём его вызывающем поведении, внутри он нежный и ранимый), мне это ничего особо не дало.
— Нашёл ещё что-нибудь интересное?
— Как раз перевёл кусок про Младших Арканов.
Огонь в камине освещал его восторженное выражение лица.
Это же потрясающе!
— И что там говорится?