Привратники (ЛП)

- Ничего не выйдет. Слишком много степеней защиты. Это федеративное преступление. Если попробуем нечто подобное, все потеряем. ОАК не прослушивает твой разговор только потому, что...
- Потому что его программы слишком заняты обработкой новых данных. Знаю. Вот поэтому я и разговариваю с тобой сейчас. Мы только что сделали главную находку в истории человечества, а эта чертова материнская плата хочет, чтобы мы довели исследовательскую миссию до конца. А это еще три года, дружище.
- Ага, а еще есть технологический регламент, - сказал я. - Нам не победить программу, Сержант. Мы с тобой оба знаем это. Мы подписались на десять центов - и теперь их отрабатываем.
- Да к черту все это гребаное протокольное дерьмо, - отмахнулся он. - Господи, у нас есть целый инопланетный корабль, звездные карты из инопланетной базы данных, а еще чертов пилот, находящийся в коме. Этого достаточно, чтобы нарушить гребаный регламент.
Я собирался было возразить, но тут на наших головных дисплеях возникло сообщение от ОАК.
- ОСНОВНОЙ ПРОГРАММНЫЙ АНАЛИЗ ЗАВЕРШЕН. ИСХОДЯ ИЗ ТЕКУЩИХ ОПТИМИЗИРОВАННЫХ ВЫЧИСЛЕНИЙ, ПИЛОТ АППАРАТА ПОЛНОСТЬЮ ПРИДЕТ В СОЗНАНИЕ В ТЕЧЕНИЕ СОРОКА ДВУХ МЕСЯЦЕВ. ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ ПЛАТФОРМА НАХОДИТСЯ ОТ ЗЕМЛИ НА РАССТОЯНИИ В СТО ШЕСТНАДЦАТЬ СВЕТОВЫХ ЛЕТ. ИНСТРУКЦИЯ НА СЛУЧАЙ ЧРЕЗВЫЧАЙНОЙ СИТУАЦИИ ПРЕДПИСЫВАЕТ АЛЬТЕРНАТИВНЫЙ МАРШРУТ МИССИИ.
- Что за дерьмо! - взревел Юнг.
- КОНФИГУРАЦИЯ ЗВЕЗДНОЙ КАРТЫ ПОДТВЕРЖДЕНА НА СТО ПРОЦЕНТОВ. ПРЕДЫДУЩАЯ ТРАЕКТОРИЯ ИНОПЛАНЕТНОГО АППАРАТА ПОДТВЕРЖДЕНА. БУДУЩАЯ ТРАЕКТОРИЯ ИНОПЛАНЕТНОГО АППАРАТА ПОДТВЕРЖДЕНА.
- Есть! - воскликнул я и по-братски обнял Юнга.
- Какого хрена?
- ОАК знает намеченный пункт назначения аппарата! А также знает пункт его отправления!
Юнг был явно не вундеркинд, но прежде чем он смог озвучить очередную жалобу, ОАК выстрелил в него приказами:
- СТАРШИЙ СЕРЖАНТ ЮНГ, НЕМЕДЛЕННО ЯВИТЕСЬ В АНГАР. НЕ ПЛАНИРУЙТЕ ДЕЙСТВИЙ, КОТОРЫЕ КОРПОРАЦИЯ ЮСТИЦИИ МОГЛА БЫ ТРАКТОВАТЬ КАК МЯТЕЖНЫЕ.
- Разве ты не понимаешь? - спросил я Юнга. - ОАК занес те звездные карты в свои программные файлы. Он определил, откуда шел аппарат, и куда направлялся, пока бериллиевый поток не обесточил его двигатели. Ступай на свой пост!
Юнг потер лицо, усиленно заморгал, потом встал и покинул столовую. ОАК лишил его звездного часа.
- ИНЖЕНЕР ДЖОНСИН, - сообщил мне ОАК. - ЭТО КОНФЕДЕНЦИАЛЬНОЕ СООБЩЕНИЕ. БОЛЬШИНСТВО ОСТАЛЬНЫХ ЧЛЕНОВ КОМАНДЫ БЛИЗКО К МЯТЕЖНЫМ ДЕЙСТВИЯМ. ПОЭТОМУ Я ПОСЫЛАЮ ЭТО СООБЩЕНИЕ ВАМ ОДНОМУ.
- Понимаю, - сказал я.
- ПОПЫТАЙТЕСЬ ОТГОВОРИТЬ ОСТАЛЬНУЮ КОМАНДУ ОТ БУНТА. ЭТО ДЕЛО ПЕРВОСТЕПЕННОЙ ВАЖНОСТИ.
- Хорошо, - согласился я. - Но почему?
- АНАЛИТИЧЕСКИЕ ВЫЧИСЛЕНИЯ ЗАКОНЧЕНЫ. ВЫ ДОЛЖНЫ БОЛЕЕ ДЕТАЛЬНО ИЗУЧИТЬ ПИЛОТА АППАРАТА.
Я бегом вернулся в медотсек. Обнаженное тело по-прежнему лежало на столе. Я подверг его всевозможному сканированию, и всякий раз получал подтверждение, что это - гуманоид. Но существовало пять аномалий, которые зарегистрировал ОАК, и о которых я еще не знал.
Я уставился на ТРИ-диаграмму, и тут понял, о чем говорил ОАК. Мы не могли сейчас возвращаться. Мы должны двигаться дальше.
Должны.
- ДОНЕСИТЕ ЭТУ ИНФОРМАЦИЮ ДО ОСТАЛЬНОЙ КОМАНДЫ. УБЕДИТЕ ИХ В ЕЕ ВАЖНОСТИ. ОНИ НЕ ДОВЕРЯЮТ МНЕ, ПОСКОЛЬКУ Я НЕ ЧЕЛОВЕК.
- Сделаю, - сказал я.
Понимаете, все это время ОАК не только анализировал обнаруженные в аппарате звездные карты и прочую информацию, но и все триаксиально-томографические и резонансные сканы тела ПА, сделанные мной после удаления костюма. На сканах были детали, на которые я изначально не обратил внимания.
Я снова и снова перечитывал выходные данные, периодически поглядывая на неподвижно лежащее на столе обнаженное тело. Длинные волосы, борода, остекленевшие глаза.
Потом прочитал томографические сканы в последний раз.
Зарубцевавшиеся раны присутствовали между ладьевидной и кубовидной костями стоп. Такие же - прямо под гороховидной и бугорчатой костями запястья. И еще одна - между четвертым и пятым ребрами грудной клетки.
 
И тут я понял.
Отпечатку пальца на корпусе было свыше двадцати двух сотен лет? Анализ звездных карт аппарата оставил еще меньше сомнений. Пункт отправления аппарата был подтвержден гауссовыми следами. Они относились к промежутку между 29 и 33 годом нашей эры и шли от Земли из места на Ближнем Востоке, называвшемся в переводе с арамейского на позднелатинский "гулгулта" или Голгофа.
Когда я объяснил остальной команде, что именно это значит... случилось самое странное.
Люди, взращенные христианами, быстро стали атеистами. А люди, вроде Юнга, воспитанные атеистами, пополнили ряды христиан.
А как же я?
Я занял, скажем так, промежуточную позицию.
Все это случилось на третий день. С того времени прошла еще неделя. И я не знаю, сколько планарного пространства мы преодолели с тех пор, с импульсно-гравитационными двигателями, работавшими на предельной мощности. Да, однажды ПА наверняка придет в сознание. Но кто знает, сколько времени для этого потребуется? Месяцы? Годы? Десятилетия?
Не важно.
Звездные карты, которые активировались, когда я вскрыл костюм - они не просто показывали пункт отправления аппарата. Они еще показывали координаты конечного пункта назначения.
Сейчас мы везем нашего пассажира туда, откуда он летел, и я хочу знать, что ждет нас по прибытии.
Перевод: Андрей Локтионов
 
 
Меня часто спрашивают, есть ли какие-то "линии", которые я не буду пересекать, и обычно мой ответ всегда отрицательный. Но это немного ложь. Одна из причин, по которой я написал эту историю, заключается в том, что мой добросовестный издательский магнат Мэтт Джонсон специально попросил меня написать пьесу, посвященную, э-э, теме, и он действительно откопал то, что я первоначально предложил, как идею рассказа под названием "Свидетель Томаса". Но когда дело дошло до кульминации, я передумал и отказался писать пьесу. Почему? Потому что это перешло черту, которую я считал неприемлемой.
Я написал этот рассказ вместо нее, и я выбрал научно-фантастический ракурс, потому что я никогда раньше не читал научную фантастику. Я чувствовал вызов, чтобы попытаться написать ее. Надеюсь, в будущем я напишу еще.
 "Секретная Служба" 
 
- Виктор четыре, шесть, сорок - шесть дельта, ромео девять, девять, сорок - девять танго, эхо восемь, семь, сорок - семь сьерра, - бормотал старик.
Он ненадолго поднял голову и поймал взгляд Карен одним из глаз, давно замутненных катарактой. Затем неуверенно улыбнулся, сморщив лицо.
Гаранд взял Карен за руку и громко объявил старику:
- Мисс Лаванда скоро вернется, господин Президент. Ей еще надо кое-что закончить.
- Было, гмм, приятно познакомиться, господин Президент, - сказала Карен.
Старик улыбнулся Карен.
- Да, да, приятно познакомиться, юная мисс. Мы будем смотреть телевизор?
- Конечно, господин Президент, любой канал, какой только захотите, - ответил Гаранд, после чего потянул ее за руку и отвел обратно в дом.
Ну и Президент, - подумала Карен, пряча ухмылку.
Точнее говоря: бывший Президент. Трудно поверить, но этот дряхлый, полуслепой старик, сидевший в шезлонге, являлся Роуландом Уилкоксом Рэймондом, два срока исполнявшим обязанности главы исполнительной власти Соединенных Штатов Америки. Какая хрень, - подумала Карен.
- Вы понимаете, что мы имеем в виду? - спросил Гаранд.
 
- Альцгеймер, - сказала Карен.
Бывшему Президенту Рэймонду поставили диагноз несколько лет назад - она вспомнила, что слышала об этом в новостях. Сейчас ему было девяносто два года, и других проблем со здоровьем у него не наблюдалось.
- Он просто кажется таким... я не знаю. Как чей-то дедушка.