Черная Жемчужина (СИ)

— Помощь в чем? — осторожно поинтересовался Джеральд.
— В том, чтобы остановить происходящее безумие. Эта Скверна… Она не только уничтожает все человеческое в людях, она уничтожает магию вокруг себя. Я чувствую, как слабеют мои собственные силы, и все чаще слышу истории о том, как колдуны и маги утрачивают свой дар. Тьма, которую несет в себе Скверна и ее дети, недавно бывшие людьми, слишком сильна. Она отравляет воздух, пожирая магию, делая нас беспомощными перед лицом невероятной угрозы. Если так пойдет и дальше…
— Нашего мира не станет, — тихо сказала Кэйла. — Во всяком случае, таким, каким мы его знаем.
Ая смерила ее долгим проникновенным взглядом.
— Ты знаешь, о чем говоришь. А значит то, что я видела в своих самых страшных кошмарах, однажды сбудется. Если лже-Посланника не остановить…
— Значит, мы правы? Скверну порождает он?
— Скверну распространяют те, кого он воскрешает. Они порождают обратную волну, неся с собой силу, противоположную созиданию — распад, тлен, гниение. Одна волна ничего не значит, но с каждым новым воскрешением лже-Посланник дает силу Скверне, превращая легкие волны в бушующий шторм.
— Та девушка… — прошептала Кэйла.
Прикрыв глаза, она возрождала в памяти события дня, казавшегося сейчас таким далеким. Дня, когда впервые заглянула в сознание оскверненного, в его воспоминания.
В них была его любимая, а затем — незнакомка. Кэйла помнила, как та коснулась оскверненного своим плечом, а дальше… Чернота, заполонившая его душу. Очевидно, это была одна из воскрешенных пресловутым Посланником Амерей. Та, что, вернувшись к жизни, повергла жизнь случайного встречного в пучину хаоса.
— Но если это правда… Если воскрешенные Посланником Амерей одним невольным прикосновением могли запустить в душу человека Скверну… страшно представить, как быстро она может распространиться по миру! — воскликнула Кэйла.
— И это уже происходит, — с тяжелым вздохом откликнулась Ая. — Наш мир еще сопротивляется Скверне. Но она не только корежит человеческие души. Она уничтожает саму магию.
Кэйла с усилием кивнула. Слова ведуньи были созвучны ее собственным мыслям. Переплетая прошлое, в котором она сейчас находилась, и будущее, в котором оказывалась после пробуждения, она могла сплести цепь событий, что привели к гибели этот противоречивый мир. Печать смерти на лицах людей, Скверна, пожирающая все живое и убивающая магию… Она разрушит этот мир до основания, и на его останках спустя века или тысячелетия воздвигнут ее собственный мир, где для магии не останется места.
— Почему вы назвали его лже-Посланником? — вполголоса спросил Джеральд. — Не верите в то, что он — ее правая рука, ее живое воплощение?
— Я не могу полагаться только на веру — если только речь не идет о вере в Амерей. Я знаю, что представляет собой ее «Посланник». Если и называть его таковым, то лишь посланником Шантарес, темного отражения Несущей Свет.
— Что?! — одновременно воскликнули Кэйла и Джеральд. Дальше солировала она, ошеломленная и сбитая с толку: — Подождите… Вы хотите сказать, что тот, кого почитают тысячи людей, ведом Шантарес?
— Возможно, он и сам не подозревает об этом, — мрачно обронила Ая. — Не подозревает о природе своего дара.
Кэйла покачала головой, на мгновение сжав пальцами виски.
— Я уже ничего не понимаю, — беспомощно призналась она.
— Шантарес навеки запечатана в земле без права вырваться наружу, но это не останавливает ее верных почитателей. Всегда находятся те, кто хочет урвать хотя бы часть ее сил. Всегда находятся безумцы, одержимые мечтой возродить ее, Темную сестру.
— Это возможно? — сглотнув, спросила Кэйла.
— Нет. — Ая была категорична. Помолчав, она с невеселой усмешкой добавила: — Вот только они этого не понимают. И продолжают пытаться, прибегая к молитвам и всевозможным ритуалам — от невинных обрядов до кровавых жертвоприношений. Даже в мире, полном света, дарованном Амерей, найдутся те, кто будет жаждать тьму. Она дает силы, власть и как магнитом манит тех, в чьих душах тьма уже давно пустила корни.
 
— И какая же связь между Шантарес и тем, кто и породил ненароком Скверну? — осторожно спросил Джеральд. — Не может же он, поклоняясь Шантарес, называться Посланником Амерей!
— Он и не знает о своей истинной сущности, не знает о том, что знаю я. Душа его матери, уже давно канувшей в небытие, поведала мне его историю. Мрачную, кровавую. Я видела ее глазами его матери, и эти видения до сих пор преследуют меня в кошмарных снах.
Черты лица Аи заострились, взгляд ожесточился. Она снова переживала то, что наблюдала уже не раз.
— Существует легенда о демонах ночи, что рыщут в поисках выхода из подземного мира на землю. Они рождены из капель крови Шантарес, они — ее слуги и дети. Невидимые, почти бесплотные, они ждут своего часа. Последователи культа Темной сестры, среди которых была и мать так называемого Посланника Амерей, призвали демонов, носителей темной магии Шантарес. И по воле собственной матери, лже-Посланник был зачат с помощью крови демона, что и даровало ему такие силы.
— Какой кошмар, — брезгливо поморщилась Кэйла.
Джеральд остался невозмутим. Наверняка за годы, проведенные в роли паладина, он слышал немало подобных историй.
— Его сущность темна, но он вряд ли подозревает об этом — его мать умерла при родах, так и не поведав сыну о его предназначении.
— И каково оно? — сосредоточенно спросил Джеральд.
— Последователи культа Шантарес полагали, что сила Посланника, которую давала ему демоническая кровь, смешанная с его собственной кровью, позволит ему однажды возродить к жизни Темную сестру, проложить для нее дорогу из подземного царства в наш мир. Но они ошибались.
— Боже мой, — прошептала ошеломленная Кэйла. Она наконец все поняла. — Вот почему чары Посланника несут в себе такую разрушительную обратную волну как Скверна. Его природа — не божественная, а демоническая.
Ая кивнула.
— Вот почему так важно его остановить. Последователи культа, сотворившие это с ним, уже давно убиты Белыми Паладинами за свои чудовищные прегрешения перед Несущей Свет. Лже-Посланник Амерей и не догадывается о том, кто он такой на самом деле. Он уверовал в свою исключительную, божественную сущность, в то, что он — дитя Амерей, что и даровала ему право повелевать человеческими жизнями. Но, воскрешая людей, он лишь продолжает сеять смерть и разруху. Мы должны во что бы то ни стало найти его. И остановить.
  
Глава тридцать пятая. Свет и тьма
 
— Ты уверена, что хочешь отправиться с нами? — спросила Кэйла, глядя на Аю.
Навьюченные лошади стояли у ее дома, нетерпеливо постукивая копытами, словно желая немедленно броситься в путь. Как и им с Джеральдом, Сумраку и Леди отдых пошел на пользу.
— Уверена. Я не сильна в боевой магии, но постоять за себя смогу. — Породив молчание между ними, Ая его же и прервала. — Ты видишь Путеводную нить? Видишь, насколько близок лже-Посланник?
Кэйла зажгла силу на кончиках пальцев, поднесла их к векам. Открыла глаза, измененным зрением оглядывая растянувшуюся над их головами паутину. У самой ее сердцевины переплетающиеся сверкающие нити сходились, образуя круг. И круг этот, как полагала Кэйла, находился прямо над головой призывателя Скверны — Посланника Амерей.
— Очень близок, — прошептала она.
Каждый из этой необычной тройки был напряжен до предела. Шутка ли — им предстояло лицом к лицу встретиться с тем, кто обрек мир на медленную, но неотвратимую гибель. Знал ли он об этом? Вдруг все это — часть тщательно спланированного и идеально отыгранного представления, где главным героем был он, Посланник? А за кулисами, скрытая темнотой, словно непроницаемой вуалью, за всем происходящим наблюдала Шантарес, вынужденная действовать чужими руками…
Что, если силы, с которыми им троим вскоре придется столкнуться, им не по зубам?
Кэйла глубоко вздохнула, чтобы выровнять сбившееся дыхание. Она же знала, что не отступит — и неважно, что ждет ее там, где пересекутся их с Посланником пути. Она пойдет до конца и сделает то, ради чего Денизе призвала ее в свой мир.