Черная Жемчужина (СИ)
В древней рукописи, грозящей в любой момент рассыпаться в пыль, Кэйла прочитала о теневом проклятии, которое могла наслать прирученная тень, сотворенная умирающим магом. Приближающаяся смерть создателя наделяла тень особой силой. Прикоснувшись к человеку, она заражала его своей собственной тьмой. Рано или поздно, жертва сама становилась бесцельно блуждающей по миру тенью.
Кэйла нашла и упоминание о ддерху — так называемом каменном проклятии. Его могли наслать духи леса, заподозрившие человека в жестоком обращении с животными. Кара была суровой — все, к чему прикасался проклятый, будь то еда, вода или утварь, мгновенно превращалось в камень. В конечном счете жертва чар лесных духов заманивала себя в каменную ловушку и умирала от голода и жажды.
Поежившись, Кэйла переключила внимание на вырванную из книги страницу с описанием ритуала изгнания «беспокойного духа». Однако время шло, а она так и не смогла понять, какая связь между всеми этими книгами и… дождями.
Кэйла направилась вперед, ориентируясь на след, мерцающий в пыльном воздухе, и в конце концов обнаружила его упирающимся в каменную стену. Она чувствовала исходящую оттуда силу — энергетическую волну, едва не сбивающую с ног. Там, за стеной, прятался источник сильной магии. Первопричина обрушившихся на Стоунверд дождей.
Стена странно мерцала, и Кэйла быстро поняла, что видит перед собой поразительно достоверную иллюзию. Призвала на помощь силу Амерей, которая, соединенная с силой лунной пантеры, стала едва ли не безграничной. Она провела лапой по холодной на ощупь каменной стене, стирая ее «ладонью». Призрачный ластик, которым и стала кошачья лапа, с легкостью уничтожил иллюзию.
За фальшивой стеной Кэйла обнаружила нечто, что сперва приняла за магический барьер — вихрь магической энергии от пола до потолка, закручивающийся в некое подобие воронки. Но когда лапа прошла насквозь, стало ясно, что она видит перед собой один из порталов, о которых еще в первую их встречу говорил Джеральд. И именно оттуда, от скрытого за ним источника чар исходила мощнейшая энергетическая волна.
Амерей свидетель — Кэйле не терпелось шагнуть в портал, но вместе с тем она понимала, что это может быть слишком опасно. Куда тот ее приведет? Сможет ли она, даже в обличье духа, выбраться оттуда без посторонней помощи? И что произойдет с ее лунным стражем, если взойдет солнце, а она все еще будет находиться слишком далеко от собственного тела — или, если быть точной, от тела Денизе?
Ей ничего не оставалось делать, как вернуться к Джеральду. Кэйла искренне поблагодарила лунную пантеру за помощь и зажмурилась, отчаянно желая оказаться в человеческом обличье. Кожу закололи тысячи иголок. Так бывает, когда отсидишь ногу — с той лишь разницей, что сейчас иглы впивались в ее тело от макушки до пяток.
Застонав, она открыла глаза. Назвать безболезненным возвращение себе человеческого облика язык не поворачивался. Однако у перевоплощения имелась и обратная, куда более приятная сторона — Кэйла снова могла чувствовать тепло рук Джеральда.
— Со мной все в порядке, — заверила она паладина, предваряя его вопрос.
С его помощью поднялась на ноги. После ночи, проведенной в кошачьем обличье, тело, которым прежде Кэйла так восхищалась, казалось неуклюжим, грузным и неповоротливым, словно растерявшим всю свою грациозность.
Глядя в серые глаза и не скрывая торжествующей улыбки, она произнесла:
— Я знаю, где найти призывателя дождей.
Глава двадцать вторая. Украденное солнце
По пути до таинственного дома Кэйла рассказала Джеральду о своем эксперименте с кровью лунной пантеры. Переполнявший ее восторг вылился в длинный монолог, но паладин слушал внимательно, не перебивая. Его реакция льстила — перевоплощением он был удивлен не меньше ее.
— Если раньше ты и проделывала такое, то уж точно мне не рассказывала, — сказал Джеральд. — Я рад, что все налаживается. Денизе… Ты не устаешь меня поражать. Ты с каждым днем становишься все сильнее.
Кэйла улыбнулась, чувствуя, как за спиной вырастают крылья. Улыбка тут же поблекла — они подходили к дому, к которому ее привел вытянутый из туч след. Они оба промокли, ведь Кэйла, увы, больше не была призрачной и неуязвимой для дождя. Джеральд, аккуратно ее отстранив, приложил ладонь к двери, что сейчас для нее, не-духа, стала преградой. Повинуясь его на редкость полезным чарам, дверь распахнулась.
Кэйла провела Джеральда к стене, снова стерла иллюзию — уже рукой, а не лапой лунной пантеры. Увидев портал, паладин удивленно качнул головой.
— Это очень сильная магия — та, что прежде была тебе подвластна. Тому, кто смог создать портал, вполне под силу и наслать на Стоунверд дожди. Но меня мучает другое — зачем ему, в таком случае, оставаться в городе, который он сам же и проклял?
— Не знаю. — Кэйла нахмурилась. — Дом выглядит не пустым, но заброшенным. Посмотри, сколько вокруг грязи и пыли. Затхлость… Может, заклинатель ушел, просто не взяв свои вещи?
Джеральд неопределенно пожал плечами.
— Ладно, давай взглянем на то, что находится по ту сторону портала.
— Мужчины вперед? — с неуверенной улыбкой спросила Кэйла.
— Разумеется. Хотя знаешь…
Он, помедлив, взял ее за руку. Прикосновение обожгло. Огонь перекинулся по венам, зажигая кровь, согревая сердце.
— Лучше нам сделать это вместе — чтобы, не дай богиня, не потеряться.
Они шагнули вперед одновременно.
Кэйла очутилась посреди залитой солнцем поляны, по-прежнему держа Джеральда за руку. В центре стоял причудливый круглый дом, больше напоминающий невысокую башню. Стены его были стеклянными и легко пропускали внутрь солнечный свет. Дом окружали пышные кусты с незнакомыми ей цветами, выложенная камушками и ведущая в лесную чащу тропинка. В саду было полным-полно фруктовых деревьев со спелыми, налитыми соками плодами. Под ногами журчал ручеек, через который грациозно перепрыгнула длинноногая лань. Подошла к Кэйле, не робея, ткнулась носом в ладонь. Она восхищенно дотронулась до ветвистых рогов, погладила по гладкой шкуре.
Если бы ей вздумалось закрыться от всего остального мира, то ее убежище выглядело бы именно так — солнечное, напоенное звуками леса. Чистый островок природы, не тронутый цивилизацией — за исключением стеклянного дома.
Кэйла взглянула на Джеральда, но восторга на его лице не увидела.
— Что-то не так?
— Разве ты не чувствуешь? Магия, которая позволила создать все это…
Он обвел руками пространство. Для этого ему пришлось отпустить ее ладонь. Коже стало холодно, неуютно без его руки, а на душе темным клубочком свернулось огорчение.
— Она невероятно сильна.
И правда… Магическая энергия буквально витала в воздухе, окружая ее тело мягким мерцанием. Кэйла купалась в ее водах, ощущала ее своей кожей.
— Вот она, причина, по которой в Стоунверде не прекращаются дожди. Обратная волна магии, которая и создала это райское местечко. Настолько мощные чары никогда не проходят для заклинателя и окружающих его людей бесследно.
— Но это же просто иллюзия!
— Не просто, — покачал головой Джеральд. — Приглядись повнимательнее.
Не понимая, что он хочет донести до нее, Кэйла, тем не менее, послушно огляделась. Все здесь — даже вода и кроны деревьев — испускало мягкое голубоватое свечение, которое не сумел бы распознать тот, в ком нет колдовской или магической силы. Но как могло быть иначе, если на этот райский островок они попали через портал в самом обычном доме на окраине города? Что же тогда так смущало Джеральда?
Кэйла старательно припоминала все, что писала об иллюзии Денизе. Это одни из самых «энергозатратных», и, вместе с тем, несложных чар, которое под силу даже неопытным магам и колдунам. Однако чем слабее уровень иллюзии, тем легче ее развеять — не только обладающему силой, но и обычному человеку. Если колдунья вздумает подправить собственную внешность, а ее мастерство иллюзии окажется недостаточно высоким, первый встречный поймет, что в ее облике что-то не то. В тот же миг иллюзия чуть поблекнет. Кто-то еще обратит внимание на странность ее облика, и сквозь иллюзию проявится истинный облик колдуньи. Если ей попадется маг, он увидит обе ее личины, и тем самым развеет иллюзию окончательно.