Преддипломная практика (СИ)
Шаркая ногами, старушка пошла на кухню. Продолжая ничего не понимать, Пелагея машинально заправила волосы за уши. Легко встав с колен, она прошла на кухню и усевшись за стол, внимательно следила за копошащейся возле кастрюлек старушкой.
Ловко замесив тесто для блинов и поставив его «подышать», тетка Матрена неожиданно тяжело вздохнула. Повернувшись к Пелагее, она чуть заметно улыбнулась.
— Не мучайся почем зря. Спрашивай, коли есть нужда…
— Почему вы не захотели, чтобы я вас вылечила? — задала прямой вопрос Пелагея. — Вы же поняли, да?
— Конечно поняла, — усмехнулась старушка. — Не надобно мне лечения. Устала я так-то жить. Годков мне больно много. На тот свет хочу.
— Я не понимаю… — пробормотала Пелагея. — Как можно не хотеть жить? Как можно жить, страдая от боли? Я ведь вам помочь могу! А вы отказываетесь… Я правда не понимаю!
— Так правильно. Ты и не поймешь сейчас. Юна больно… Я и сама себя вылечить-то могу. Только не буду! — остро посмотрела на девушку, умными глазами старушка. — Как все хочу срок, отведенный дожить… Это моё решение и баста! — твердо хлопнув ладонью по шаткому столу, тетка Матрена немного наклонилась вперед, цепким взглядом ища на лице Пелагеи понимания.
— Это ваше решение… Я его принимаю, конечно, но все равно не понимаю! — искренне сказала Пелагея.
— Молодец, девонька. Толк из тебя видимо будет…
— И я так думаю. Толк из девочки однозначно будет! — неожиданно сказал своим реальным голосом эльф.
Стоя в дверях в своем истинном облике, он с ленцой во взгляде смотрел на женщин.
«Почему он раскрылся? Слышал наш разговор? Ничего-то от него не утаишь!»- с досадой подумала Пелагея.
— Ты гля-ко какой красавец писанный у нас тут! — громко хлопнула в ладоши тетка Матрена. — Ты чего ирод с девочкой-то невинной улегся в одну постель? Вовсе умом тронулся?! — уперев руки в бока, она грозно смотрела на эльфа. Настолько естественной она была в своем возмущении, что казалось кроме этого вопиющего факта старушку абсолютно ничего больше не волнует. По логике ее гораздо больше должно было волновать, то что в ее дом пришли две не высоких девушки, но одна из них почему-то по утру оказалась здоровенным мужиком… Но нет! Старушку заботила исключительно девичья честь Пелагеи.
— Так вы сами же и положили… — несколько опешил от такой неожиданной отповеди Итан.
— Ах, ты! — старушка гневно замахнулась на эльфа полотенцем.
Благополучно увернувшись от грозного оружия в виде ситцевого полотенца в крупный горошек, Итан аккуратно обошел старушку. Протиснувшись между тумбочкой под окном и столом, он устроился поудобнее в узком пространстве. Демонстративно сложив руки на груди и скрестив крест на крест длинные, сильные ноги, он спокойно наблюдал за рассерженной старушкой.
— Вот и говорю! Ирод! — сделала вывод старушка.
Бросив полотенце на стол, она тяжело села на скрипнувший, видавший лучшие дни стул.
— И чего это я Ирод? — спокойно поинтересовался Итан. — Ничего у нас не было…Да и она не невинная девушка, как вы думаете… Замужем она! — неожиданно для самого себя начал оправдываться Итан.
Поставив локоть на стол и подперев ладонью морщинистую щеку, тетка Матрена с сожалением смотрела на эльфа.
— Ежели дал бог красы на лицо, то умом уж обделил, так обделил… Ты не обижайся, мил человек! Все вы мужики одним миром мазаны! — тепло улыбнулась старушка начавшему грозно сверкать глазами эльфу. — Я не по злобе, про то что вижу тебе баю! Не ведомо мне замужем она иль нет… — старушка не глядя кивнула головой в сторону краснеющей Пелагеи. — Токмо девицей она вчерась пришла в мой дом! Девицей и сейчас остается. Вот так-то мил человек! — привычно твердо хлопнув ладонью по столу, она тяжело поднялась со стула. — То, что ты мужик-то мне не ведомо было! Больно хорошо прятался…
Нахмурившись эльф переводил задумчивый взгляд с тетки Матрены, на густо покрасневшую Пелагею. Покусывая губы, девушка, не поднимая глаз от клеенки внимательно изучала ее узор. Старушка же, словно утратив полностью интерес к беседе, поставила на плиту сковородку и как только, она раскалилась принялась печь блины. Дразнящий аромат свежих блинчиков защекотал ноздри эльфа. Невольно сглотнув слюну, голодный Итан, прищурив глаза всматривался в спину старушки.
— Чего тебе еще? — неожиданно поинтересовалась тетка Матрена.
Не поворачиваясь лицом к Итану, она продолжала деловито печь блины.
— Раз она девица была и осталась… Почему я Ирод? — задал мучащий его вопрос эльф. — Только потому что спал с ней в одной кровати?!
Отставив сковородку с плиты, старушка тщательно вытерла руки о полотенце и развернувшись к Итану внимательно посмотрела на него.
— Сам-то как кумекаешь? Ежели она была бы твоей дочерью, то как тогда? Как ты, ежели был бы отцом реагировал на то, что твоя дочь спит в одной кровати с чужим мужиком? — сквозь прищуренные глаза, она внимательно смотрела на обескураженного эльфа.
Растерянно почесав лоб, Итан хмуро взглянул на старушку.
— С этой стороны я не думал… — признался он, не отводя взгляда.
— Так-то! У всего в этом мире не две стороны, а великое множество. Каждую не угадаешь, но думать все-ж таки надобно! — по-доброму улыбнулась эльфу старушка. — И ты не красней так! — перевела она взгляд на Пелагею- Сама я по молодости глупой, да неопытной была… Помню сколько дел бы натворила, коли не учили бы меня уму-разуму. Мужик-то твой матерый, с него и спросу больше! — отвернувшись вновь к плите, она взяла тарелку с внушительной стопкой дымящихся блинов и осторожно поставила на стол.
— Не стой там, как истукан-то! Давай есть садись… — беззлобно пробурчала тетка Матрена. Взяв тяжелый чайник, что только что закипел, она заварила чай и спустя несколько минут разлила ароматный напиток по чашкам. — Травки там… Не сумлевайся, они все до единой полезные! — усмехнулась старушка глядя на эльфа Поставив кружки с чаем возле Итана и Пелагеи, она вновь присела на стул и привычно подперев щеку ладонью с нежностью смотрела на завтракающих в её доме гостей.
Наевшись, Итан аккуратно вытер рот краем чистого полотенца. Тщательно сложив его, положил рядом с собой на стол и вопросительно посмотрел на Пелагею. Коротко кивнув ему головой, девушка не громко спросила:
— Сейчас куда?
— На центральную автостанцию, — не спешно начал пояснять Итан. — Мы поедем в…
— Погодь! — внезапно прервала речь эльфа старушка. — Этого мне не надобно знать! Внимательно посмотрев на Итана, тетка Матрена зачем-то переставила сахарницу на столе. — Я не спроста вчерась ваших имен не спросила… И сейчас мне нет нужды знать, куда вы путь держите, гости дорогие! Стара я больно, в вопросы- ответы играть. А так… Знать не знаю, ведать не ведаю! Ни имен не сообщили, ни куда путь держите… — подмигнув эльфу, старушка вновь переставила чем-то не угодившую ей сахарницу.
— Спасибо за всё. Вы чудесная. Таких как вы редко встретишь… Поверьте я знаю! — улыбнулся Итан широкой, искренней улыбкой. — Я хочу вас отблагодарить… От привычного вы отказываетесь… Может тогда пойдете с нами? — неожиданно предложил он.
Широко распахнув глаза, Пелагея с изумлением смотрела на эльфа.
— Спасибо на добром слове, мил человек, — утерев невольную слезу, прошептала тетка Матрена. — Токмо туточки мое место. Близехонько, я и местечко себе под березкой заготовила… Поминай добром, коли желанье есть и ладно буде!
Встав из-за стола эльф приобнял растроганную старушку за плечи и нежно поцеловал её в морщинистую, соленую от добрых слез щеку.
— Ирод, до слез довел… — проворчала тетка Матрена. Вновь утерев слезы, она встала со стула и сотворила в воздухе руну оберег. Ярко вспыхнув в воздухе, руна зависла над головой эльфа и мерцая таинственным, фиолетовым свечением медленно истаяла.
— Ты чего сидишь? — обернулась к удивленной Пелагее старушка. — Подь сюда! И тебя оберегом окружу…
Нерешительно став из-за стола, Пелагея осторожно подошла к Итану и сразу же взяла его за руку.