Обучение Элис Уэллс (ЛП)

Но сейчас, когда Шарлотта ушла, все дела переделаны, а творческое вдохновение иссякло, у меня не осталось никаких отговорок. Я должна ей перезвонить.
Мой палец зависает над ее номером, но я никак не могу найти в себе силы нажать на вызов. Тогда судьба берет все в свои руки, и телефон вспыхивает от еще одного — уже восьмого — маминого звонка. И на этот раз я отвечаю.
— П-привет?
— Элис! Слава богу, наконец-то я до тебя дозвонилась. — Ее голос полон… тревоги. Как будто она беспокоилась обо мне. — Мэтерс известил меня, что ты больше не посещаешь его занятия, — рявкает она. — Ты имеешь хоть малейшее представление о том, сколько денег я плачу за твое обучение, юная леди?
— Мам, я пыталась сказать тебе…
— А я сейчас говорю тебе: ты вернешься на его лекции. Я не допущу, чтобы вместо самосовершенствования ты гоняла балду. Мы все твои школьные годы готовили тебя к университету, Элис! Мы готовили тебя к чему-то великому! Ты стоишь намного больше, и нам обеим это известно!
— Мама, пожалуйста, послушай меня хотя бы секунду…
— Не хочу ничего слушать. Сначала ты отказываешься поступать в мою альма-матер, потом выбираешь это Богом забытое заведение, а теперь открыто бросаешь мне вызов, пропуская важные лекции… С меня хватит! Я позвоню Мэтерсу через неделю, и если к этому времени ты не начнешь посещать занятия у него, я заберу тебя из этого университета. Навсегда.
— Мама! — изо всех сил кричу я, но в ответ получаю лишь серию коротких гудков. Трясущейся рукой отвожу телефон от уха и чувствую, как в сердце оседает что-то тяжелое. Что-то горькое и обжигающее. Меня мутит, но рвоты нет.
Каждое ее слово — правда. Раньше я никогда не прогуливала занятия. И в будущем ни за что бы так не поступила. Но Мэтерс… он же пытался…
Я вздрагиваю, когда мои размышления прерывает стук в дверь.
***
Раник
Я нервно подергиваю ногой перед дверью комнаты Элис. То, что я собираюсь сделать, либо заставит ее возненавидеть меня, либо приведет ровно у ту точку, где она хочет быть с Тео. Одно из двух, третьего не дано. И я в любом случае остаюсь у разбитого корыта. Но гораздо важней моих чувств то, что она этого хочет, а я ее учитель, поэтому…
Делаю вдох и стучусь.
Элис открывает мне почти сразу, я протискиваюсь мимо нее и захожу внутрь, стараясь справиться со своей нервозностью, которая наверняка будет слышна в голосе.
— Привет, принцесса! Ты одна? Супер. У меня для тебя кое-что есть. Думаю, ты оценишь.
Бросив подарочный пакет ей на кровать, я поворачиваюсь к Элис лицом, и ее вид ошарашивает меня. Она вся болезненно бледная.
— Эй, ты в порядке? — Оглядываюсь в поисках кого-нибудь или чего-нибудь, что могло расстроить ее. Что бы там ни было, я настроен немедленно выбросить эту гадость за дверь. — Я могу уйти, если сейчас не подходящее время.
Ее голубые глаза, не мигая, глядят на мне, но прямо сейчас она далеко, так далеко… в каком-то другом мире. Впрочем, через секунду она приходит в себя, и ее рот сжимается в тонкую линию.
— Я в порядке.
— Вообще-то нет, не в порядке, — наседаю я. — Ты белая как простыня. Выглядишь так, словно тебе очень сильно дали в живот.
— Все хорошо, — настаивает она, и в ее тон опять проникают старые добрые королевские нотки.
— Ну, я могу заглянуть и потом. — Только начинаю разворачиваться, чтобы уйти, как она останавливает меня, взяв за рукав.
— Нет. Останься. — Ее голос звучит совсем тихо. — Пожалуйста.
Она выглядит такой уязвимой, что я начинаю не на шутку беспокоиться за нее… Но тем не менее, прячу чувства за кривой ухмылкой.
— Хорошо, уговаривать меня точно не надо.
— Ты пришел ради урока?
— Ага, — киваю. — Был поблизости после психологии, вот и решил заскочить.
— Ты хочешь стать детским психологом? — мягко спрашивает она, подходя к подарочному пакету, лежащему на кровати.
— Д-да. Как догадалась? Погоди, не отвечай. Просто ты очень умная, вот и просекла.
 
— Благодаря твоей курсовой, — говорит Элис. — Я всего лишь сложила все кусочки воедино. Это замечательная профессия.
Чешу затылок. Мне неудобно, я не привык получать от нее похвалу. Или от кого-либо еще.
— Наверное. Когда я был маленьким, мне хотелось иметь человека, с которым можно было бы поговорить… вот я и подумал, что могу стать таким человеком для детишек, которые тоже об этом мечтают.
— Должно быть, это приятно, — произносит она с улыбкой, — иметь возможность самостоятельно выбирать свой жизненный путь.
Мои брови сходятся вместе.
— В смысле? Хочешь сказать, что у тебя такой возможности нет?
— Моя мама всегда хотела, чтобы я, как и она, стала нейробиологом. Так что им я и стану.
— Но ты… ты не обязана. Есть и другие варианты. Черт, да с твоими-то мозгами? Ты можешь быть кем угодно! Кем только захочешь!
Элис горько смеется, потом грустно вздыхает.
— О, Раник. Ты иногда такой умный, а иногда — ужасно наивный.
Только я собираюсь заспорить с ней, как она наклоняется и открывает пакет. Смотрит внутрь, моргает, а затем поворачивается ко мне с невыразительным и даже каким-то бессознательным взглядом.
— Дружеское напоминание, — подпрыгиваю на цыпочках, — это пригодится, чтобы захомутать того симпатичного жеребца, которого ты так сильно жаждешь. Плюс ты сказала, что хочешь изучить члены. Так что, дерзай.
Она засовывает руку в пакет, достает дилдо телесного цвета и, глядя на меня, выразительно поднимает бровь.
 — Что это?
— О, да ладно тебе, принцесса, это искусственный пенис. Дилдак. Только не говори, что никогда раньше не видела пенис. С твоей-то внешностью… Уверен, какой-нибудь извращенец в плаще уже представал перед тобой в чем мать родила. К слову, у тебя нет имени и адреса этого гада? И, может, ты знаешь, нравятся ли ему удары ножом?
— Я знаю, что это, — огрызается она, тыча пальцем в подарок. — У меня расширенный курс биологии, плюс в данный момент я посещаю антропологию. Поверь, я тщательно изучила все диаграммы и изображения в поперечном сечении мужских гениталий.
— Серьезно? — Я ухмыляюсь. — Просто ты держишь эту штуковину так, будто она ручная граната, а не обожаемый шланг Великолепного Тео.
— Зачем ты принес это мне?
— Он был самым простым дилдаком, который мне удалось разыскать, так что прояви чуть-чуть благодарности. Был, правда, еще один, усыпанный стразами, и некоторое время я всерьез подумывал, не купить ли его, но…
— Раник, — вздыхает она.
Я вскидываю руки вверх.
— Хорошо, хорошо! Я купил его, потому что подумал, что тебе может понадобиться практика.
— Практика, — повторяет она с каменным лицом.
— Да, чертова практика. — Сажусь на кровать рядом с ней. — В ваших отношениях будут не только сексуальные трусики или постельная болтовня о ядерных реакторах, ну или что там заводит вас, ботанов.
Элис смотрит на дилдо в своей руке, затем на меня и со смертельно серьезным лицом говорит:
— Я не собираюсь им пользоваться.
На меня обрушивается волна возбуждения, мозг начинает работать наполную, рисуя картинки того, как Элис, вспотевшая и раскрасневшаяся, лежит на кровати и увлеченно пользуется этим скромным стержнем. В тысячный раз выгоняю непристойности из башки и призываю себя сосредоточиться.
— Нет, погоди, тебе и не надо им пользоваться. Ну или, если все-таки хочешь, оставь потом эту штуку себе. Будет как типа подарок на Рождество. Хотя, если честно, члены с текстурой намного…
— Просто скажи мне, что в твоем представлении я должна с этим сделать, — говорит она.
 
— Ты хотела узнать больше о пенисе. Хорошо. Но учти, что свидания это одно, а секс — абсолютно другая история. Секс — это как… Черт. Секс — это океан, а свидания — небо. Две абсолютно разные темы, сечешь?
— И там, и там присутствуют жидкости, — размышляет она. — В океане вода, а в небе дождь.