Семь шагов к счастью (СИ)

А я принялась нежно поглаживать его по щекам, чуть обросшим щетиной. Повторила кончиками пальцев линию подбородка, легонько коснувшись приоткрытых губ.
Еще несколько недель тому назад я и представить себе не могла, что когда-нибудь заставлю себя вот так запросто прикасаться к нему. Однако этой ночью мои действия и вовсе не были вынужденными. Мне хотелось проявить эту легкую ласку, забрать всю тревогу, что бушует в душе этого странного человека.
— Деб, — наконец, произнес он.
Кажется, к нему пришло понимание, и даже глаза перестали метаться по комнате.
Теперь Мартин смотрел прямо на меня.
— Успокойся. Дыши глубоко, — сказала я, хотя мое собственное сердце колотилось как сумасшедшее из-за того, что его лицо находилось так близко. Всего в паре сантиметров от моего.
Настолько, что я чувствовала его дыхание на своей коже. Жар, исходящий от его крепкого тела и заставляющий кровь мчаться по венам еще быстрее, разжигая чувства, которые давно уже не искрились внутри.
А Мартин начал уже понемногу приходить в себя. А потом, прикрыв на миг глаза, он вдруг притянул меня к себе и прижал к своей твердой груди.
Ощущения огромной, непобедимой волной захлестнули мое сознание. Эмоции, желания — все смешалось, не позволяя мне выплыть на поверхность.
"Вторые объятия за день?”- пронеслась в голове не до конца сформировавшаяся мысль.
Я и поражалась происходящему и наслаждалась одновременно. Спустя несколько мгновений я окончательно осмелела, запустив пальцы в его запутанные на затылке волосы.
А Мартин глубоко дышал, уткнувшись носом в изгиб моей шеи. Он с ощутимым блаженством вдыхал воздух, зарывшись в мои распущенные локоны лицом, словно получая несказанное удовольствие от их аромата.
Еще некоторое время мы просто сидели, обнявшись и заново привыкая друг к другу. Будто все это было в порядке вещей. Будто нам дали возможность познакомиться вновь. Приучить себя к прикосновениям, к запахам, к горячей гладкости кожи под подушечками пальцев, возбужденных до пика осязания.
«Нет, это не может быть Мартин», — убежденно сказала я самой себе, когда на секунду отстранившись, он окинул меня жгучим взглядом своих жадных глаз.
Я бесконтрольно подалась вперед — навстречу этому немому зову, пообещав себе разобраться во всем позже. А затем просто отключила голову, позволив телу, измученному от жажды по ласке, перехватить управление. И отдаться на волю скрытых от разума желаний.
— Мне надо в душ, — рвано прохрипел Мартин, прерывая поцелуй. — Я вспотел во сне.
Однако его крупные ладони вопреки словам продолжали скользить по моему телу, сводя с ума, обжигая и подчиняя. А я уже была в том состоянии, когда не замечаешь ничего, кроме предмета своих желаний.
— Не уходи, — попросила, прильнув к нему сильнее.
"Нет, только не сейчас! Не оставляй меня в таком состоянии! — кричала я мысленно, вжимаясь в него, — ни на минуту не смей оставлять меня одну!"
И Мартин словно услышал мой беззвучный крик всепоглощающей страсти.
Не проронив больше ни слова, он подхватил меня на руки и молча понес в душ. И мы вместе смывали с себя годы боли и разочарований. Вместе горели под струями очищения, предаваясь своему новому, греховному, но такому неописуемо прекрасному счастью единения любящих друг друга мужчины и женщины.
  
Глава 22.
 
Итан.
Хэнкс сегодня вел себя еще хуже обычного. Мне думается, он заметил перемены во мне и потому теперь постоянно нарывается, проверяя границы дозволенного. А мне со своей стороны давно уже хотелось испробовать на нем силу удара Никса.
Вот он что-то говорит, стуча по столу рукой. В моем кабинете вообще-то! В то самое время, как я молча наблюдаю за ним, крутясь в огромном кресле. Вправо. Влево. Вправо и снова… влево.
Должно быть это его ужасно бесит. Но мне плевать. Я продолжаю равнодушно взирать на то, как он уже буквально брызжет слюной. Но не перестаю, вправо — влево…
Ого, мне удалось довести его своим безразличием! Коса на камень…
 
Наконец-то! На маскообразном лице медленно, но верно проступают следы гнева:
— Я планировал эту операцию несколько недель, нельзя отменять ее ни с того ни сего!
— И за все это время не нашел десяти минут, чтобы обсудить все со мной? — буравлю его взглядом.
— Да как Вы не понимаете, я решил… Я собирался… — срывается, почти задыхаясь Клаус.
Я, я, я…
— Мне нужно проветриться, — встаю с кресла, игнорируя его яростные претензии, и без слов направляюсь к выходу.
— Вы не можете просто встать и уйти, — все, что я расслышал из растерянных фраз, бpoшeнныx мне вслед.
Но мне абсолютно нет до них дела. Я буду вести дела так, как считаю нужным. И левые услуги, которые Клаус привык оказывать Никсу, мне ни к чему. Как и закулисный игрок вроде помощника, возомнившего себя боссом.
Мягкий шум мотора Lexus LS звучит как музыка для моих ушей.
Мчусь по скоростной магистрали, надеваю наушник мобильника, набирая на ходу номер Сэма.
— Сэм Эдвардс слушает, — раздается знакомый голос на другом конце.
— Если все еще хочешь нарисовать меня, то могу подъехать к пяти, — перехожу сразу к сути.
— Мартин Никс! Безусловно, хочу! Сейчас скину на телефон, куда ехать, — кажется, Сэм вообще не ожидал, что я когда-либо позвоню ему.
И тем более, что соглашусь позировать для портрета.
Меньше чем через минуту раздается сигнал сообщения на телефон с координатами студии Сэма. Но я и так прекрасно помню, где она находится.
Дебора.
С самого утра совместного завтрака с последующим посещением палаты тети Рози я не могла до конца понять, что со мной происходит. Вернее, не хотела понимать!
Начнем с того, что раньше я со страхом ждала прихода Мартина домой. Сейчас же я поневоле вынуждена была признаться самой себе, что жду, когда он вернется!
И это ожидание вдруг и вовсе превратилось в ежеминутное поглядывание на часы. И я только и делаю целыми днями, что отсчитываю уходящее время, чтобы оказаться еще чуточку ближе к нему.
Это открытие шокировало меня. Однако особенно ярко все это я ощутила после того, что было вчерашней ночью.
Дошло до того, что мне мерещился звук колес въезжающего во двор автомобиля мужа. И я подбегала к окну, чтобы разочарованно вернуться к чтению, не обнаружив в воротах черной машины Никса.
Однако мои ожидания все же оправдались в некотором роде. Мартин вернулся раньше обычного.
— Привет, малыш, — притянул он меня к себе, запечатлев быстрый поцелуй на губах. — Ты уже обедала? — спросил Мартин, продолжая прижимать меня к себе.
— Да, — с удовольствием вдохнула я аромат новой туалетной воды, которую мы с Мартином выбрали вместе во время очередного совместного набега на магазины. — Но если ты голоден, я велю сейчас же подавать на стол.
— Нет, я перекусил недавно, — снова коротко поцеловал он меня в уголок губ, выпуская из объятий. — Лучше собирайся поскорее. Нам пора выезжать.
— И куда мы поедем на этот раз? — с предвкушающей улыбкой спросила я.
— К Сэму, помнишь такого?
— А как же! — радостно воскликнула я. — Тот создатель невероятных картин.
— Именно, — кивнул Мартин. — И ему почему-то вздумалось написать мой портрет, — продолжил он немного смущенно.
— Ого! — восторженно приняла я его слова. — И мы увидим его студию? То самое волшебное место, где рождались все те шедевры?? Ты не шутишь?! — боялась я поверить в такую радость.
— Да, да и да! — ответил Мартин, слегка закатив глаза.
Однако все равно было слишком заметно, как ему нравится моя реакция.
— В таком случае, у меня тут вопросик, — пришел мой черед робко захлопать глазками.
— У тебя такой просительный вид, дорогая, — насмешливо хмыкнул Мартин. — Словно вот-вот кончиком носка по полу поведешь, стесняясь говорить. Заинтриговала!
— Ничего такого, — улыбнулась я, осмелев от непринужденного шутливого тона мужа, — просто я бы очень хотела купить несколько его картин! Можно?