Среди нас 2 (СИ)
«Тьфу, да что же сплошной негатив-то в голову лезет⁈ Давай, Могила, вставай, мать твою!» — принялся я костерить себя последними словами в попытке зачерпнуть хоть каплю энергии в злости. Помогло. Немного адреналина в кровь всё-таки попало, и я наконец поднялся с пола. Меня тут же повело в сторону, и удержать вертикальное положение удалось лишь благодаря стене. Бок уже не горел. Боль от него исходила такая, что хоть ложись прямо здесь и умирай.
— Да вот хрен вам! Я ещё всех вас переживу! — неизвестно для кого произнёс я и сделал шаг.
А затем ещё… и ещё… пока мозг наконец не понял, что идти это тело продолжит несмотря ни на что.
Я спокойно брёл вперёд, как вдруг неожиданное препятствие заставило меня замереть. Вместо выхода к развилке я почему-то набрёл на тупик. Вначале даже глазам не поверил и зачем-то обернулся, напрягая извилины: а не свернул ли я где на автопилоте? Но тоннель был прямым, будто натянутая струна, и поворотов я не припоминал. На нашем пути имелась единственная развилка, и до неё я пока не добрался. Чертовщина какая-то.
Я почесал макушку и приблизился к преграде, чтобы проверить её на предмет галлюцинации. И — о чудо! — рука не почувствовала сопротивления и погрузилась в кажущуюся твёрдой поверхность. Изображение поплыло, раздвоилось, и стена сделалась полупрозрачной. Разбираться с этим не сильно хотелось, но, честно говоря, я больше боялся того, что преграда внезапно приобретёт плотность и я навсегда останусь запертым в этом чёртовом тоннеле.
— Ёб твою мать! — вскрикнул Колян, когда я вывалился прямо из стены.
— Я бы тогда тебя папой называл, — ухмыльнулся я и наконец позволил себе расслабиться.
— Эй! Эй, бля, идите все сюда! Я его нашёл! — не обращая внимания на мои приколы, закричал он, заставляя меня поморщиться.
Вскоре в одном из тоннелей раздался шорох, и из него выскочил Лёха, а следом ещё несколько человек. Поднялся гомон, всем вдруг стало интересно, откуда я взялся. Объяснения Коляна, что я вышел прямо из стены, никого не устраивали. Я сидел на полу и молча, с глупой улыбкой наблюдал за перепалкой товарищей. А народ всё прибывал.
* * *Ход, ведущий в кремль, всё же оказался завален. Неизвестно, когда и кем это было сделано, но выбираться нам пришлось тем же путём, которым мы сюда проникли. Лёха сплёл из верёвки хитрую конструкцию, при помощи которой меня подняли: вначале в колодец, а затем на поверхность. Затем помогли вскарабкаться в кузов самосвала, где я благополучно и отключился.
В себя пришёл уже в кремле, на кровати, застеленной чистым бельём. Вокруг никого, хотя за окном слышны чьи-то голоса. Но мне было не до них, потому как левый бок чесался, да так сильно, что я не смог сдержаться и поскрёб его ногтями прямо через бинт. Рана отдалась слабой болью, но зудеть не перестала.
Без особого труда я приподнялся и осмотрелся. Вначале даже не понял, где нахожусь, но стоило подойти к окну и выглянуть наружу, как всё встало на свои места. А ещё очень сильно хотелось в туалет, до рези внизу живота. Впрочем, именно это желание меня и разбудило.
Я уже собирался выскочить на улицу, чтобы опустошить мочевой пузырь, но был остановлен прекрасным созданием.
— Стойте! Вы куда это собрались⁈ Вам ещё нельзя вставать! Виктор Петрович!
Девушка голосила, а я никак не мог отвести взгляд от её лица. Вот кому как, а мне всегда нравился восточный тип красоты. И эта девушка была очень ярким её представителем. Раскосые глаза, чёрные волосы, забранные в тугой хвост на затылке, пухлые губы и недурственная фигурка под халатом. Неужели мне всё-таки повезло встретить сексуальную медсестру в реальной жизни⁈
Однако переполненный мочевой пузырь быстро вернул меня на грешную землю, и я решил отложить наше знакомство на потом. К тому же не стоит начинать его с позора, риск которого максимален, если не поторопиться.
— Да уйди ты, я ссать хочу, как медведь бороться! — Я бесцеремонно отодвинул девушку и выскочил на улицу.
Подбежав к деревянной постройке, что расположилась неподалёку, я обнаружил её занятой. А так как терпеть не было больше сил, махнув рукой на все приличия, я задрал подол длинной пижамы и наконец позволил себе расслабиться.
— Вот это я понимаю: пример для подражания, — прозвучал за спиной знакомый голос. — Витязь, не побоюсь этого слова: герой, а ссыт за углом, словно животное.
— Отвали, умник, тебе бы так приспичило.
— А в туалет зайти ума не хватило?
— Там занято.
— Уверен? — Вслед за вопросом скрипнула дверь. — А я вот что-то никого там не вижу.
— Бля, Вить, дай поссать спокойно! — обернулся к старому другу я. — Вот честное слово, даже думать уже не мог.
— Ладно, победителей не судят, — усмехнулся Витёк. — Как закончишь, в лазарет возвращайся, нужно тебе перевязку сделать.
— Договорились, — кивнул я. — Так это ты меня подштопал?
— Да, я здесь теперь штатный доктор. И Люба ещё, медсестра. Больше никого с опытом в медицине не нашлось.
— А как же Всеволод?
— Нормально, помогает ускорить процесс заживления. Но случаи разные бывают, не бежать же к нему с каждой царапиной. Или вот как у тебя, когда кишечник в трёх местах порезан. В таких случаях без хирургического вмешательства никак не обойтись.
— Ну спасибо тебе, дружище.
— Фу, Серый, ты только что этой рукой член держал.
— Ой, прости, это я как-то не подумал, — усмехнулся я и вместо рукопожатия обнял старого друга. — Так лучше?
— Да ну тебя, — смутился приятель. — Пойдём, нужно посмотреть, как там шов заживает.
— Значит говоришь, Люба? — уточнил я имя восточной красавицы.
— Губу не раскатывай, у неё уже есть мужчина.
— Да что ж за невезуха-то такая? — всплеснул я руками. — А у них точно всё серьёзно?
— Мне-то откуда знать⁈ — возмутился Витёк. — Вот сам у неё сейчас и спросишь.
— Да что-то как-то неудобно…
— Неудобно шубу в трусы заправлять.
— Так, я не понял, мне губу раскатывать или нет?
— Всё, дуй уже на перевязку, юморист хе́ров. Ты вообще как себя чувствуешь?
— Знаешь… — Я на секунду прислушался к себе. — А очень даже бодро. Кажется, мои силы наконец-то возвращаются.
— Это хорошо, — улыбнулся Витёк. — Люб, сделай этому оболтусу перевязку. Если всё нормально, снимай швы и гони его в шею, нечего здоровому лосю койку занимать.
Глава 13
Первые плюсы
Утро началось со зловония. Смрад, который принёс ветер со стороны города, был настолько густым, что большинство людей в крепости почувствовали себя дурно. И не только из-за вони. Вместе с ней пришли и воспоминания, а также осознание суровой реальности, в которой мы оказались. На мрачные лица было тяжело смотреть.
— Блядь, как специально, — ругнулся Колян. — Сегодня борщ на обед обещали.
— А тебе лишь бы брюхо набить, — ковырнул приятеля я. — Ладно, голову не забивай, ещё неизвестно, сколько мы с твоим тарантасом провозимся.
— Сам ты тарантас, — оскорбился он. — Ты вот даже не видел, а уже критикуешь.
— Воняет, как в аду, — отметил подошедший к нам Маркин. — Я даже позавтракать не решился.
— Мишку не видел? — Я пропустил замечание мимо ушей. — Задерживается что-то.
— А этот о борще мечтает, — кивнул я на Коляна.
— Троглодит, — добавил Рустам.
— Ментяра, — не остался в долгу Колян.
— Вот и сошлись два одиночества, — рассудил я обоих. — Хорош гавкаться, вы как молодожёны, ей-богу. Мишка где застрял?
— Да здесь я. — Десантник появился в компании с Лёхой. — За машину вот договорился.
— Короче, мы за соляркой собираемся, — объяснился витязь. — Можем вас до района с тачкой подкинуть. Если хотите, прикроем, пока вы там возиться будете.
— Справимся, — отказался я. — До полного восхода солнца должны успеть.
— Тогда дуйте к воротам, отправка через семь минут, — бросив взгляд на часы, скомандовал Лёха.
Несмотря на ранний час, вокруг царила суета. Время рассвета как-то само собой стало основным временем суток для самых важных дел. Люди продолжали обчищать ближайшие магазины. И хотя самое необходимое уже давно вынесли, на полках осталось ещё много полезных в хозяйстве вещей. Одежда, бытовая утварь, хозяйственные товары. Две машины собирались в строительный гипермаркет.