Безжалостные святые (ЛП)

— Принцесса, – рычит Дэмиен, и, услышав напряженную сдержанность в его голосе, я улыбаюсь на его толстой длине.
Я отстраняюсь и медленно провожу губами по головке, прежде чем обвести языком его толщину.
— Блять. – Это слово произносится не более чем шепотом, и я замечаю, как он сжимает руки в кулаки по бокам.
Я втягиваю его обратно в рот и, желая ослабить его, начинаю неумолимый темп, моя голова наклоняется вперед. Мне удается взять его только наполовину и обхватить пальцами основание, сильно сжимая.
— Черт. – Руки Дэмиена взлетают к моей голове, и на мгновение я думаю, что он собирается оттолкнуть меня, но вместо этого его пальцы сжимаются в кулак в моих волосах, и он притягивает меня к себе, пока его головка не касается задней части моего горла. Меня чуть не тошнит, и от этого мои глаза мгновенно наполняются слезами.
Я продолжаю усердно сосать, втягивая щеки, и проходит совсем немного времени, прежде чем теплая жидкость хлещет мне в горло. Бедра Дэмиена дергаются, и его руки крепче сжимают мои волосы, когда из него вырывается низкое ворчание.
Я проглатываю все это и медленно вытаскиваю его изо рта. Облизывая распухшие губы, я поднимаюсь на ноги и вызывающе встречаю горящий взгляд Дэмиена.
_______________________________________________
Дэмиен
Я изо всех сил пытаюсь взять свое дыхание под контроль после сильного оргазма, который я только что испытал. Мне и раньше делали минет, но это ни с чем не сравнимо. Может быть, это значило гораздо больше, потому что это была Уинтер, принцесса, которая отказывалась склоняться перед кем бы то ни было... до сегодняшнего дня.
Мне не нравится, что она взяла все под свой контроль. Ни капельки.
Пронзая ее убийственным взглядом, мы смотрим друг на друга, ни один из нас не хочет отступать.
Возможно, она привыкла быть главной в своей собственной жизни, но я не потерплю этого в спальне.
Видя вызов в ее изумрудных глазах, я только укрепляюсь в решимости приручить ее. Схватив Уинтер, я толкаю ее обратно на кровать. Я начинаю стаскивать смокинг со своего тела, пока мои глаза обшаривают каждый дюйм ее обнаженной кожи.
Она гребаная богиня.
Я срываю с себя рубашку и быстро справляюсь со штанами и нижним бельем, одновременно скидывая обувь. Когда я, наконец, обнажен, глаза Уинтер блуждают по моему телу, и ее дыхание начинает учащаться, а ее зеленые радужки темнеют от голодного взгляда.
Поставив колено на кровать, я беру белые кружевные трусики и стаскиваю их вниз по ее ногам. Когда она полностью обнажена, мой взгляд опускается на аккуратную полоску рыжих кудрей.
Уинтер начинает двигаться, пытаясь сесть, и это заставляет меня схватить ее за плечи, прижимая к матрасу.
— Не двигайся, – рычу я, продолжая нависать над ней.
Выражение ее лица превращается в свирепый взгляд.
— Я не собираюсь лежать неподвижно, как послушный сабмиссив.
Ее борьба заставляет мои губы изогнуться, а затем мой рот прижимается к ней.
— Ты подчинишься, – рычу я ей в губы, прежде чем прикусить ее нижнюю губу и пососать ее.
Она пытается отвернуть от меня свое лицо, и это заставляет меня обхватить пальцами ее горло.
Уинтер хватает меня за бицепсы, ее ногти впиваются в мою кожу, а затем она прижимается своим телом к моему. В отличие от того, что было раньше, когда мы тренировались, и я подчинил ее, ощущение, как ее обнаженные груди прижимаются к моей груди, заставляет меня терять контроль.
Я начинаю насиловать ее рот, мой язык проводит резкие движения по ее языку. Уинтер ни капельки не подчиняется, но сопоставляет мои удары со своими собственными.
Желая взять верх, я просовываю другую руку ей между ног, частично ложась на нее. Когда я раздвигаю ее и мой средний палец прижимается к ее клитору, ее тело дергается, и она задыхается мне в рот.
Не давая ей ни секунды привыкнуть к моим прикосновениям, я начинаю жесткими круговыми движениями обводить чувствительный бутон. Дыхание Уинтер начинает прикасаться к моим губам, и, подняв голову, я ловлю ее взгляд, наполненный адским жаром.
 
Мой голос звучит тихо, когда я говорю:
— Подчинись.
— Нет, – выдыхает она, каждый мускул в ее теле напрягается подо мной.
Я усиливаю давление на ее клитор и без всякого предупреждения засовываю в нее палец. Ее внутренние стенки мгновенно сжимаются вокруг меня, пытаясь засосать меня глубже. Я вытаскиваю палец и возвращаюсь к массажу ее клитора, пока черты ее лица не начинают напрягаться.
— Кончай, принцесса, – бормочу я, мой голос глубокий от желания увидеть, как она теряет контроль.
Ее хватка на моих бицепсах усиливается, а затем ее тело начинает содрогаться, когда с ее губ срывается всхлип.
Она не закрывает глаза, когда наступает ее оргазм. Вместо этого Уинтер не сводит с меня глаз. Ее губы приоткрываются со стоном, а затем ее тело прижимается к моему.
Удовольствие стирает вызов с ее лица, и я вознагражден тихими стонами, когда она переживает свой оргазм под моей рукой.
Когда ее тело откидывается на кровать, мои губы растягиваются в победоносной улыбке.
— В эту игру могут играть двое, – бормочу я, наклоняясь вперед, чтобы завладеть ртом Уинтер, чтобы почувствовать ее дыхание на своем. – Ты не можешь победить, принцесса. Не против меня.
Глава 18
УИНТЕР
Я, должно быть, больна, потому что это чертовски возбуждает – бороться с Дэмиеном в постели.
Уголок моего рта приподнимается, когда я толкаю его, пытаясь перевернуть его на спину. Однако этот человек – гора, и я быстро сдаюсь.
Это заставляет его хихикать мне в рот, прежде чем его язык скользит по моему. Ощущение его обнаженного тела, прижимающегося к моему, заставляет меня дрожать от желания большего.
Поцелуй становится грубым, пока мои губы не начинают покалывать от трения. Я перемещаю руки на грудь Дэмиена и медленно провожу ладонями по его коже, упиваясь ощущением каждой перекатывающейся мышцы.
Его тело. Боже, его тело. Одного взгляда на него во всей его обнаженной красе было достаточно, чтобы мои яичники загорелись, и теперь я могу прикоснуться к нему.
К тому времени, как я добираюсь до его пресса, я почти пьяна от его прикосновений. Я продолжаю опускаться ниже, мои пальцы танцуют по точеным изгибам его бедер. Моя температура подскакивает, и я рискую перегреться, когда прижимаю руки к его заднице.
Дэмиен наклоняется и, схватив меня за бедра, раздвигает мои ноги. Мгновенно его твердая длина прижимается к моей пульсирующей сердцевине.
Мой разум затуманивается от похоти, и я хнычу ему в рот. В ответ его зубы прикусывают мою нижнюю губу, и он сильно прижимает свой член к моей чувствительной плоти.
Дрожь в моем теле усиливается по мере того, как я перехожу грань борьбы за контроль. Я просто хочу, чтобы Дэмиен был внутри меня.
Боже, трахни меня уже.
Вместо того, чтобы получить то, что я хочу, Дэмиен прерывает поцелуй и, встретившись своим горящим взглядом с моим, медленно начинает тереться об меня своим членом.
Мне нужно больше. Гораздо больше.
Я раздвигаю ноги настолько, насколько могу, предоставляя Дэмиену полный доступ.
Тем не менее, он не толкается в меня, а вместо этого возбуждает мое тело от желания, продолжая медленно тереться об меня своей толстой длиной.
Я впиваюсь ногтями в его задницу, и это только заставляет его губы изогнуться вверх.
— Подчинись, – рычит он, звук его низкого голоса заставляет мой живот сжаться.
На мгновение головка его члена заигрывает с моим входом, но затем он возвращается к поглаживанию моего клитора.
Когда я приподнимаю бедра для большего трения, Дэмиен отстраняется. Его губы скользят по моей шее, пока он не достигает шрама, а затем он сильно сосет. Я ахаю, когда мои пальцы движутся вверх по широкой поверхности его спины.
Дэмиен опускается ниже, мягко покусывая мою ключицу и спускаясь к грудям. Когда его рот находит мой сосок, он сильно втягивает его в рот. Возникает острая боль, прежде чем он успокаивает мою покрытую мурашками плоть своим языком и губами. Он продолжает повторять это действие, пока я, затаив дыхание, не выгибаюсь дугой, бесстыдно прижимая свои груди к его лицу.