Я (не) буду твоей (СИ)

Дорога к Диме и Соне занимает приличное количество времени. Оно пролетает быстро за оживленным разговором и поцелуями на светофорах. У меня такое хорошее настроение от долгожданной встречи, что даже забываю, как предыдущие два дня Римма Айдаровна выносила мне мозг. Она до сих пор не может определиться с отелем, в котором пройдёт свадьба. Надеюсь, так и не определится, и свадьбы не будет.
У Димы и Сони небольшой двухэтажный дом в ближайшем Подмосковье по южному направлению. Не успеваем мы подъехать к воротам, как они автоматически открываются, и Витя заезжает во двор, где нас встречают хозяева с ребенком и немецкой овчаркой.
— Собаку не бойся, — Витя будто читает мои мысли. Пёс — точная копия комиссара Рекса из сериала. — Она очень добрая, любит людей. Не кусается.
Мне сложно поверить, что немецкая овчарка не кусается, но Витя меня еще никогда не обманывал, так что я доверяю его слову.
— Привет-привет! — широко улыбающийся Дима обнимает Смолова и хлопает его по спине. — Давно ты ко мне не заглядывал.
Я целуюсь в щеку с Соней, взлохмачиваю макушку веселому Владу и даже глажу нарезающего возле меня круги пса.
— Это Чарльз, — представляет мне собаку Соня. — Он очень добрый и ласковый.
И в подтверждение слов хозяйки овчарка лижет мне руку. Кажется, и вправду добрая.
Мы проходим в небольшой сад, где расставлен высокий мангал для приготовления мяса и овощей на решетке. Здесь же беседка с обеденным столом. Ребята еще в процессе приготовления обеда, поэтому я предлагаю Соне помощь.
— Мясо и овощи на гриле сделает Дима,— поясняет она. — Я на кухне салаты нарезаю.
— Пойдём помогу.
Мы удаляемся в дом, оставляя наших мужчин оживлённо говорить об автомобилях.
— Не обращай внимания на бардак, — спешит предупредить Соня, как только мы переступаем порог дома. — Это мы с Владом переезжаем к Диме.
Просторная прихожая и гостиная завалены картонными коробками и сумками. Слова Сони немного удивляют меня.
— Мне почему-то все время кажется, что вы муж и жена, — отвечаю. Хотя я помню, как во время первой встречи у Смолова Соня говорила, что они с Димой не женаты.
— Официально нет. Я еще пока жена другого человека, — произносит со смехом, доставая из холодильника майонез.
Видимо, на моем лице читается недоумение, потому что Соня поясняет:
— Мы с Димой расстались после школы.
— Это ты мне рассказывала.
— После расставания я узнала, что беременна. Искала Диму, чтобы сказать ему об этом, а одна сучка наврала мне, что он умер в армии.
— Это тоже помню.
— Вот скажи, если бы тебе кто-то сказал, что умер твой знакомый, у тебя бы возникла мысль сомневаться?
— Нет. Как такими вещами можно шутить?
— Вот и у меня не возникло мысли усомниться. А зря. — Соня заправляет один салат майонезом и перемешивает. — Порежешь крабовые палочки?
— Да, конечно.
Она подает мне две упаковки, доску и нож.
— А кто и зачем тебя так обманул? — любопытничаю.
— А, это была сводная сестра Димы. Она в театральный институт мечтала поступить, вот репетировала передо мной прослушивание. Ну и еще она была влюблена в Диму.
— И ты думала, что Дима умер? — мне сложно поверить, что такое вообще возможно.
— Ага. И вышла замуж за другого мужчину. Сейчас развожусь.
— А как ты узнала, что Дима жив?
— Ой, это отдельная история. В апреле средь бела дня на меня напали на улице и похитили. Дима был в группе спецназа, которая спасала меня из заложников. Наша встреча — чистая случайность.
— У тебя очень захватывающая жизнь…
Это все, что я могу вымолвить после короткого рассказа Сони. Ее история похожа на сериал. Впрочем… Моя тоже похожа на сериал. За несколько месяцев до свадьбы я встретила Витю, и моя жизнь больше никогда не будет прежней.
— Ну а вы с Витей все еще просто друзья или уже что-то изменилось?
Соня лукаво так на меня глядит. Чувствую, как густо краснею. Надеюсь, под моим загаром это не очень заметно.
— Что-то изменилось, — смущенно бормочу, усердно нарезая крабовую палочку на маленькие кубики.
Софья смеется.
 
— Такой красивой паре, как вы с Витей, грех просто дружить.
Слова о том, что мы с Витей — красивая пара, один из лучших комплиментов, что я слышала в своей жизни. Как бы я хотела быть его девушкой по-настоящему. Не скрываться, не прятаться, везде ходить вместе. Не отсчитывать дни до нашей разлуки, не бояться, что подвергаю Витю риску.
Мы проводим прекрасный день в гостях у Сони и Димы. Много смеёмся, разговариваем обо всем на свете, едим вкусную еду. Вечером идём гулять в лес вместе с собакой. Чарльз — очень добрый пес. Они с шестилетним Владом лучшие друзья. Овчарка всюду ходит за ребенком и млеет от его внимания.
Время пролетает так быстро, что не успеваем оглянуться, как уже стемнело. Дима и Соня предлагают остаться у них с ночевкой. Мы хоть и не планировали, а соглашаемся. Дорога к Смолову займет не меньше часа, лень тратить это время. В доме на втором этаже три комнаты и ванная. Соня располагает нас в свободной спальне между их с Димой комнатой и детской Влада. Даёт мне для сна свою футболку, а также чистое полотенце для душа и новую зубную щётку.
Когда возвращаюсь из ванной в спальню, Витя уже лежит в постели, подложив руки под голову. Укрыт одеялом только по пояс. От одного взгляда на красивый сильный торс Смолова бурей поднимается возбуждение.
Мы с Витей слишком долго не виделись! Целых несколько дней. Вот я и завожусь с полоборота.
Под его внимательным взглядом прохожу к стулу, складываю одежду, распускаю волосы из пучка и провожу по ним расческой.
— Сними майку, которая на тебе, — просит.
Оглядываю белую футболку Сони.
— Мне дали ее, чтобы спать.
— Спи без нее. Пожалуйста.
Последнее «пожалуйста» Смолов произносит с такой мольбой, что я не могу сопротивляться. Снимаю с себя майку и вешаю ее на стул. Остаюсь в одних шелковых трусиках. По взору Вити понимаю, что мысленно он меня уже трахает.
Как только залезаю под одеяло, Смолов тут же оказывается на мне сверху и принимается целовать шею.
— Целый день не мог оторвать от тебя глаз, — шепчет. — Ты у меня такая красивая, стройная, умная. Самая лучшая. Обожаю тебя.
Я таю от этих слов и нежных поцелуев. Тело простреливает желанием, между ног ноет. Смолов продолжает меня целовать, а я, хоть и хочу его безумно, а понимаю, что в гостях, когда за одной стеной хозяева, а за второй ребенок, лучше сексом не заниматься.
— Вить, ну не здесь, — пытаюсь его остановить. — У нас за стеной Соня с Димой.
— Я тебя уверяю: они сейчас занимаются тем же самым, — захватывает губами мой сосок.
— А за второй стеной у нас ребенок!
— Мы пропагандируем традиционные ценности. Депутаты дадут нам медаль.
— Витя, ну не смешно. Мне неудобно заниматься сексом дома у чужих людей.
Смолов уже целует живот и спускается еще ниже. Сам раздвигает мои ноги.
— У тебя красивые трусики, — гладит их ладонью, а потом делает немыслимое: целует в районе лобка. А потом еще целует и еще.
— Что ты делаешь? — испуганно спрашиваю.
Не отвечая на мой вопрос, Смолов отодвигает стринги в сторону и смотрит голодными глазами на клитор. А затем — О Боже! — припадает к нему губами и опять целует.
Я хочу возмутиться и оттолкнуть Витю, но это так прекрасно, что не могу пошевелиться.
— Малыш, ты такая мокрая, — шепчет и проводит языком.
Из легких весь воздух выбивает — так прекрасно это ощущается. Чтобы подавить стон, до боли закусываю губу. Витя продолжает целовать меня между ног и водить там языком.
Когда я слушала рассказы подруг о кунилингусе, у меня было примерно такое же мнение, как и о минете: грязно, противно, негигиенично и вообще фу-фу-фу! Но то, что я ощущаю сейчас… Господи, я думала, что уже испытала в сексе с Витей все, что можно было испытать. Однако, оказывается, не все.
— Пожалуйста, — прошу из последних сил. — Давай не здесь.