Полночная дымка (ЛП)

Он моргнул, взглянув на меня.
— Боже мой. Я слышал истории о вашем проворстве, детектив, но не осознавал, что вы настолько хороши. Вы добрались сюда быстрее меня… а ведь я был в здании.
— Я уже была здесь, — объяснила я.
— Что?
— Я уже была в здании, когда прибыли грабители.
Пралк сощурился.
— Подождите. Если вы были здесь, почему не остановили их?
Дёрганый оборотень фыркнул.
— Вот и я об этом.
— Потому что если бы я вмешалась, были бы потеряны невинные жизни, — я отказывалась извиняться за своё мнимое бездействие. Я точно знала, что делаю.
Нижняя губа Пралка скривилась, слегка выражая отвращение. Затем он подумал о другом и повернулся обратно к Мисте Тио.
— Депозитные ячейки? — спросил он.
Она кивнула, переплетая пальцы. Тело Пралка напряглось. Ой-ой. Видимо, вот теперь пришло настоящее понимание.
— Которые? Которые ячейки они забрали?
Её кожа сделалась ещё бледнее. Вместо того чтобы ждать, пока она соберётся и придумает ответ, Пралк развернулся и направился в ту же сторону, откуда пришёл. Он двигался на удивление быстро для персоны такого роста. Я последовала за ним; я уже знала, куда он идёт и что он там найдёт.
Комната с депозитными ячейками выглядела точно так же, как и когда я побывала здесь в первый раз. Целью стали те же ячейки. Я осмотрелась по сторонам, ничуть не удивившись. Однако Пралк испустил низкий стон. Ему явно не нужно было сверяться со списком, чтобы знать, кому принадлежали украденные ячейки. И конечно же, он увидел, что на ячейку его банка тоже нацелились.
Я дала ему несколько секунд, затем закрыла дверь, чтобы обеспечить нам некоторую приватность.
— Мистер Пралк, — произнесла я. — Вы этого не помните, но это не первая наша встреча.
Он меня почти не слышал. Он продолжал озираться в комнате, и его лицо омрачилось опустошённостью. Затем его взгляд резко метнулся ко мне.
— Что вы имеете в виду? Если бы наши пути пересекались, детектив Беллами, я бы определённо запомнил.
— Carpe Diem, — тихо сказала я.
— Прошу прощения?
— Я знаю, вы о нём слышали, ибо уже говорили мне об этом. Я выпила зелье Carpe Diem. И с моей точки зрения это уже четвёртый раз, когда ваш банк стал мишенью для ограбления.
Он смотрел на меня на протяжении одного очень долгого и очень тяжёлого мгновения, переваривая мои слова.
— Итак, — сказал он наконец. — Вы не только присутствовали при ограблении, но вы также знали, что это произойдёт, — он опустил руки вдоль боков и процедил: — В таком случае, мне хотелось бы знать, что вы бл*дь творите, детектив Беллами.
Я впервые услышала, чтобы Мосбёрн Пралк выругался. До сих пор я бы и не поверила, что матерное слово способно слететь с его губ. Я признала его злость кивком, но не опустила взгляд.
— Поверьте мне, я пыталась найти лучший способ справиться с ситуацией. Это мой последний шанс сделать всё правильно. В этот раз никто не умер, и я считаю это победой. Я знаю, где банда будет этим вечером, и я знаю, как остановить их на полпути. Чего я не знаю, так это того, кто они. Как минимум один из членов банды до сих пор ускользал от меня.
— В этот раз никто не умер? — он не шевелился. — То есть, в других случаях…
— Были жертвы, в том числе и среди ваших сотрудников.
— О, — он сглотнул.
Я показала на пустые ячейки.
— Лорд Хорват. Леди Карр. Леди Салливан. Лорд Макгиган. Лорд Фэйрфакс, — я помедлила. — И банк Талисманик. Грабители в точности знали, на какие ячейки нацелиться.
— Вы намекаете, что замешан кто-то из этого банка? — он рьяно покачал головой. — Нет. Хоть с зельем Carpe Diem, хоть без него, я не поверю, что кто-то из здешних сотрудников причастен.
Я позволила себе легкую улыбку.
— Именно так вы говорили каждый раз.
— Потому что это правда!
— Нет, — я облизнула губы. — Этого не может быть. Банда точно знала, что нужно забрать.
— Тут нет ни единого сотрудника, который передал бы такие сведения.
— А как насчёт сотрудников, которых здесь нет? — тихо спросила я.
— Что вы имеете в виду? — Пралк нахмурился.
 
— Мы можем подняться в ваш кабинет?
— Сейчас?
— Я бы хотела кое-что проверить.
Его недовольство углубилось.
— Мне нужно уведомить совет руководителей о случившемся. Мне надо убедиться, что мой персонал в порядке. Я должен…
— Прошу. Это не займёт много времени.
Он провёл ладонью по лбу и тяжело вздохнул.
— Что ж, хорошо.
Мы молча поднялись по лестнице. Отчаянная мрачность Пралка была осязаемой, и я ничего не могла поделать, чтобы унять его тревоги. Он думал обо всей потерянной информации и о последствиях, которые возникнут, если она попадёт в дурные руки. Я не могла гарантировать, что не допущу этого. Я делала всё возможное и была уверена, что обдумала все варианты, но план не был железобетонным. Ни один план не был безупречным.
Дверь кабинета Пралка была открыта. Я вошла, проигнорировав стол и стопку документов на нём. Вместо этого я сосредоточилась на дальней стене и коллекции улыбающихся фото. Нужный снимок я нашла за секунды.
— Вот этот, — я постучала ногтём по гоблину в очках и галстуке-шарфе. — Согласно фотографии, он был работником года в 2019 году, но когда я опрашивала ваших сотрудников, его здесь не было. Он сегодня присутствует?
Пралк уставился на снимок.
— Это Босвелл Стром.
— Где мистер Стром? Он сказался больным? В отпуске?
— Ни то, ни другое, — Пралк скрестил руки на груди и с вызовом уставился на меня.
— Он единственный ваш сотрудник, с которым я не поговорила. Всех остальных я исключила из списка подозреваемых, но Стром…
— Уверяю вас, что он не имел никакого отношения к ограблению и совершенно точно не передавал никому секретную информацию.
— Вы не можете быть уверены.
Управляющий банка фыркнул.
— Могу. Босвелл Стром мёртв. Он скончался после инсульта.
Моё сердце ухнуло в пятки.
— Когда?
— В ноябре. Почти семь месяцев назад, — голос Пралка оставался ровным. — Он не ваш преступник.
Я плюхнулась на стул. Проклятье. Когда я подумала о фотографии перед тем, как дым запустил мой день заново, я была так уверена, что этот мужчина причастен. Он был отсутствующим звеном, которое привело бы меня к последнему члену банды, не говоря уж об украденных депозитных ячейках. Но если Босвелл Стром уже мёртв, и это случилось несколько месяцев назад… я громко выругалась.
— Вы возлагали все свои надежды на него? — спросил Пралк. — Эта старая фотография была вашей единственной зацепкой?
Не единственной, но лучшей. Я поморщилась и снова ругнулась.
— Если честно, — продолжал Пралк, — идея о том, что Босвелл предал бы этот банк, практически смехотворна. Он посвятил банку всю свою жизнь. Работал тут десятилетиями. Он даже рисковал своим браком из-за своей работы здесь. Его жена была не в восторге — она хотела, чтобы он вышел на пенсию, и часто говорила мне об этом. Но она пикси, а не гоблин. Она не понимала, что это место значит для людей вроде нас, — в глазах Пралка зажёгся нежный огонёк. — Босвелл всегда говорил, что это место было его второй женой.
Я отрешённо кивнула. Затем резко вскинула голову.
— Его жена. Её звали Эсмеральда?
Пралк казался удивлённым.
— Да.
— Я её встречала, — медленно произнесла я. — Перед банком.
— Она живёт через дорогу. Я не знаю, почему она не переедет и не подарит себе покой. Возможно, она всё ещё затаила на нас обиду. Босвелл работал до того самого дня, когда упал замертво, и она отказывается переступать наш порог или разговаривать со здешними сотрудниками. Многие из нас пытались связаться с ней, но она не отвечает. Она считает нас виновными в его смерти, хотя Босвелл сам захотел оставаться здесь. Я несколько раз предлагал ему выйти на пенсию, но его это не интересовало. Его жена весьма отличается от него по характеру, но видимо, противоположности притягиваются, — он пожал плечами, будто причуды супружеской жизни представляли для него загадку.