Полночная дымка (ЛП)

— Я же позвонила тебе по этому поводу. Мне пришлось отменить планы, потому что надо было разобраться с нападением в Лиссон Гроув. Какой-то тупица-человек пытался одурачить одного из волков Карра, и в итоге его укусили. Мне нужно было удостовериться, что всё оформлено документально, и перепроверить, что все процедуры соблюдены.
Один укус оборотня не превратит человека в пушистого зверя, но два укуса могут оказать подобный эффект, а три отдельных укуса определённо приведут к такому результату. Кланам оборотней разрешалось обращать лишь небольшое количество людей в год, поскольку их численность строго регулировалась Ограничивающим Актом 1901 года. Случайные укусы нужно было строго документировать и сообщать о них всем оборотням, чтобы избежать непреднамеренного повторения и незапланированного обращения. Этим процессом кланы занимались сами, но это первый раз, когда мне довелось лицезреть всё своими глазами. Я не могла отказаться от этого. И если честно, отговорка, позволяющая избежать ужина с Лукасом, стала манной небесной. Меня раздирали противоречия — и из-за моих чувств к нему, и из-за его практик как вампирского Лорда, так что избегание казалось лучшим вариантом. Если это делало меня трусихой, так тому и быть.
— Ты меня боишься.
— Нет, — ответила я. Шестьдесят метров. Почти половина пути. — Я боюсь не тебя, а твоей работы. Особенно в сочетании с моей работой.
— Быть Лордом — это больше, чем работа.
— Да, — печально сказала я. — Это-то меня и беспокоит.
— Эмма, — начал Лукас.
Что-то упало сверху, брякая и ударяясь о стальную конструкцию Глаза. Я остановилась и глянула вниз, следя за падением предмета.
Лукас нахмурился.
— Не знаю, — он задрал голову. — Чёрт. Он движется.
Я прищурилась от солнца и заметила вампа над нами. Похоже, он перебирался по верхней части колеса на другую сторону, прочь от нас.
— Ты видишь его лицо? — спросила я. Зрение Лукаса было в разы острее моего. — Уже можешь разобрать, кто это?
Голос его был мрачным.
— Нет. Он знает, что мы здесь, иначе не уходил бы. Но он ни разу не посмотрел в этом направлении. Похоже, он не хочет, чтобы его опознали.
В мои мысли закралось подозрение. Тут происходит нечто большее, я в этом не сомневалась.
— Что-то у меня дурное предчувствие, — пробормотала я.
— Ага, — Лукас стиснул челюсти. — У меня тоже. Тебе лучше вернуться на землю.
— И тебе тоже, — парировала я, взглянув на ближайшую кабинку. Внутри находилась большая группа людей, уставившихся на нас. Я подумывала поднять руку и помахать, но не хотела искушать судьбу. Мы сейчас находились довольно высоко, и несмотря на мои недавно улучшившиеся силу и выносливость, я начинала уставать. Карабкаться было сложнее, чем казалось на первый взгляд.
В передней части кабинки стоял маленький мальчик, лет семи-восьми. Его рот был перепачкан в шоколаде от рожка мороженого в его руке. Со всеми этими волнительными событиями он, похоже, забыл про лакомство. Однако вместо того чтобы смотреть на меня и Лукаса, его широко распахнутые глаза сосредоточились на фигуре над нами. Внезапно он ахнул. Я резко вскинула голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как якобы суицидальный вампир перемахнул со стальной балки, на которой балансировал ранее, на крышу одной из кабинок.
— Не двигайся! — крикнула я, вложив в свой голос как можно больше силы. Ветер унёс мои слова прочь, и я сомневалась, что вампир меня услышал, даже с острым слухом, присущим его виду. Лукас рядом со мной выругался.
Затем вампир снова прыгнул, ухватившись руками за другую стальную балку и на мгновение повиснув в воздухе. Я была уверена, что он сорвётся с высоты около ста метров и разобьётся насмерть. Вместо этого он с поразительной скоростью опустился ниже.
Порывы ветра усиливались. Вамп, который до сих пор находился с противоположной стороны колеса обозрения, похоже, не обращал внимания. Он спустился на один уровень с нами, но ни разу не глянул в нашу сторону. Похоже, он решительно настроился спуститься. В теории это хорошо, поскольку никто не хотел, чтобы он прыгал, но я хотела поговорить с ним и выяснить, что это был за фокус. Если он убежит прежде, чем мы до него доберёмся, останется много вопросов без ответа.
 
Мне надо было последовать за ним — если он спускается, значит, и я тоже. Я начала опускаться, но в спешке оступилась и резко вскрикнула. Лукас в мгновение ока потянулся ко мне и помог снова удержаться.
Его рука обвила мою талию, крепко сжав, и он посмотрел мне в глаза.
— Я пытался тебя предупредить, Д'Артаньян, — пробормотал он. — Здесь опасно, и я не хочу, чтобы ты упала.
Я посмотрела на него, и моё сердце бешено колотилось в груди. Затем раздался лязг, и я глянула вниз, на спускающегося вампира.
— Он по-прежнему направляется вниз, — сказала я. — Мы должны его поймать.
Лукас кивнул.
— Будь осторожна, — предупредил он.
На сей раз я не отпускала шуточек.
— Хорошо, — я продолжила спускаться.
Мы с Лукасом двигались быстро, зеркально вторя действиям загадочного вампира, спускаясь шаг за шагом, пусть и с другой стороны колеса обозрения. Конструкция Глаза как будто постанывала. Я знала, что она выдерживает куда более крупный вес, чем мы трое, но чуть не сорвавшись, я растеряла всю уверенность.
Спускаться оказалось сложнее, чем карабкаться вверх, и вскоре вампир начал отрываться от нас. Внизу уже стояли наготове полицейские и сотрудники Лондонского Глаза. Кто-нибудь поймает его, когда он ступит на землю, и мы узнаем, что происходит, чёрт возьми.
Нам с Лукасом оставалось около двадцати пяти метров до земли, а вампиру — пятнадцать. Я старалась пошевеливаться, чтобы нагнать, но он внезапно остановился. Посмотрел вниз, повернув голову сначала в одну сторону, потом в другую. Что он вообще задумал? Застрял? Резко испытал головокружение?
Я очень сильно ошибалась.
Тут Лукас заорал маленькой толпе полиции и охранников Глаза.
— Влево! — взревел он. — Идите влево!
Но было уже слишком поздно. Мы смотрели, беспомощно держась за Глаз, как вампир на другой стороне прыгнул вбок от стальной конструкции. Вместо того чтобы упасть на землю и рухнуть, он спрыгнул на бетонную площадку и перекатился. Затем одним проворным движением вскочил на ноги и побежал. Охранники и полицейские рванули за ним, но он не обращал на них внимания, устремившись прямиком к забору в дальней стороне. Заграждение должно было не пропускать посторонних, но вамп легко забрался на него, перемахнул на ту сторону и скрылся. Ну ёбушки-воробушки!
Мы спустились до конца, сначала Лукас, потом я.
— Он скрылся, — сказал запыхавшийся полицейский, поспешивший к нам. — Мы пытались его догнать, но он как чёртов ниндзя. Я никогда ничего подобного не видел, — он бросил на Лукаса обвиняющий взгляд, будто это лично он виноват в таких акробатических навыках вампиров. Если Лукас и заметил, то не среагировал; его лицо казалось высеченным из гранита, но чёрные глаза полыхали яростью.
— Тебе никогда прежде не доводилось иметь дело с суицидальным вампиром, да? — тихо спросила я.
— Да, — огрызнулся Лукас. — Но я не думаю, что мы сейчас имеем дело с чем-то подобным.
  
Глава 3
 
Я пробыла на твёрдой земле всего несколько мгновений, и тут мой телефон зазвонил. Я проверила имя контакта, и моё сердце ухнуло в пятки.
Лукас наклонился и взглянул на экран.
— Проигнорируй, — посоветовал он.
Я покачала головой. Я не могла так поступить, поэтому нажала кнопку ответа.
— Это детектив Беллами, — произнесла я.
— Эмма, — гаркнула старший детектив-суперинтендант Люсинда Барнс. — Что, во имя всего святого, происходит? Почему я смотрю обеденные новости и вижу сообщения о чёртовом вампире, взбирающемся на Лондонский Глаз?
Я содрогнулась.
— Ну, больше не карабкается, — услужливо сообщила я.
— Он упал?
— Эмм, он слез и убежал.
Её голос повысился до пронзительного визга.