Любовь зла или Как полюбить козла (СИ)
Тёплая ладонь чуть коснулась моего плеча, я взвизгнула, отпрянув, и тут же услышала усталый, но полный привычной насмешки голос:
- Радуга, ты чего, засиделась и своих узнавать перестала?
Жив! Боги, он жив! Я всхлипнула и с размаху повисла у Огнецвета на шее, рыдая во весь голос и то вознося хвалы, то браня своего героя.
Огнецвет крепко обнимал меня, терпеливо пережидая первый всплеск истерики, а потом тихо, чуть слышно шепнул:
- Радуга, а давай, ты теперь мне голову на другое плечо положишь, а?
Я хлюпнула носом, кое-как разлепила слипшиеся от слёз ресницы и пробурчала:
- А зачем?
- Ну, правую половину ты мне всю слезами вымыла, осталась левая. Да и глухим быть удобнее на оба уха, а не на одно.
Вот паразит, да я ему сейчас такую глухоту пропишу! Я шлёпнула своего героя кулачком по плечу, тут же вспомнила, что видела у него на боку рану, и всполошилась:
- Ты ранен? Сильно? Нужно срочно перевязать!
- Не волнуйся, ты её уже слезами девичьими горючими обработала, - усмехнулся Огнецвет, не спеша разжимать объятия. – А они, как известно, первое средство от всех ран душевных и телесных.
- Вообще-то, они считаются проверенным средством против мелкой нечисти вроде полуночных кровососов, - авторитетно заметила я, с содроганием вспомнив, как три раза ходила на пересдачу по Нечистиведению.
- Знаешь, Радуга, как показывает мой служебный опыт, рыдающую девицу харчат с не меньшим аппетитом, чем визжащую, - Огнецвет поцеловал меня в лоб и отстранился. – А вообще, предлагаю продолжить наш научный диспут в другом месте, здесь, между прочим, прохладно и комары летают. Вождь, я ведь отстоял свою пару в честном бою?
Вожак скривился, словно ему вместо свежей зайчатины кочан капусты на обед предложили, окинул взглядом почтительно ожидающее его решения племя и медленно склонил лобастую голову:
- Ты отстоял свою самку, голокожий, вы можете идти.
Не успела я порадоваться, как волчара хищно усмехнулся и добавил:
- Когда ты упадёшь без сил, мы с удовольствием прикончим тебя, а твоя ведьма от нас никуда не денется.
- Не дождётесь, - холодно бросил Огнецвет и, взяв меня за руку, твёрдой поступью двинулся прочь от стаи.
Глава 10
Огонёк шёл так уверенно, что у меня язык не повернулся сказать, что мы идём в противоположную от дома сторону. Ладно, сейчас скроемся от глаз этих противных оборотней, я своего героя перевяжу, мы немного отдохнём и пойдём домой.
- Радуга, - вырвал меня из приятных раздумий голос Огнецвета, - ты только не вопи.
Спросить, почему должна не вопить, я не успела: Огнецвет споткнулся, неловко взмахнул руками и рухнул как подкошенный на землю. Нет, я не стала вопить, я же ведьмочка послушная и со своим героем не спорю, наоборот, охотно выполняю его просьбы. То, что я издала, больше походило на рёв огромного дракона, с большим трудом утащившего пленницу к себе в горную пещеру и лишь на месте обнаружившего, что это не принцесса, а её престарелая нянька, сразу руками, ногами и остатками зубов вцепившаяся в похитителя. От моего вопля градом посыпались на землю с деревьев хвоя и шишки, а всё живое на несколько тысяч шагов окрест разбежалось, разлетелось, уползло или прикинулось мёртвым. Вырвавшаяся магическая сила (и откуда у меня столько, я-то была уверена, что магии осталось на одно простенькое заклинание, не больше) ураганом пронеслась по лесу, словно спички ломая столетние ели и с корнями выворачивая молодые деревья.
Так, стоп, Радуга, успокойся. Я стиснула зубы так, что у меня даже скулы заныли, и, сделав глубокий вдох, медленно выдохнула. Снова вдох, задержка дыхания и выдох, опять вдох. Паника постепенно проходила, магический ураган исчез, оставив после себя хаос и разруху, а я нашла в себе силы наклониться над Огнецветом и даже почти бесстрастно рассмотреть рану на его боку. Кровь, хвала всем богам разом, не хлестала рекой, не брызгала, щедро орошая кровавыми каплями всё вокруг, а лишь чуть сочилась. Что ж, это уже хорошо, скорая смерть от кровопотери Огнецвету не грозит, значит я успею его спасти. Успею, я сказала! Я прицыкнула на маленькую перепуганную девчонку, бьющуюся в истерике в глубине души, и споро содрала с себя нижнюю юбку. Ну да, с точки зрения чистоты это не самый лучший вариант, не тряпица мягкая, в специальных травах полтора часа вываренная, но, как говорится, на безрыбье и рак рыба. С помощью зубов, ногтей и праматери ведьмы, которую я ежеминутно поминала, я разодрала юбку на лоскуты и быстро перевязала рану. Так, теперь нужно собрать травы целебные и в идеале найти ручеёк, чтобы была возможность травы и рану промыть, да и настойку быстро приготовить. Огонь-то развести для меня не проблема, да и подобие чаши наколдовать я тоже могу. Вон, как раз и камушек подходящий имеется. Я звучно хлопнула в ладоши, топнула ногой и, сунув два пальца в рот, свистнула. На мой призыв откликнулся, трусливо прижав ушки к голове и припадая к земле, толстенький серый зайчонок, нервно подёргивающий розовым носиком и непрестанно шевелящий верхней раздвоенной губкой. Уй ти, мой сладенький!
Я присела на корточки перед затрясшимся осенним листом на ветру зайчонком, погладила его по тёплой спинке и прошептала:
- Не бойся, малыш, я тебя не трону. Жених мой ранен, помощь нужна.
Заяц стрельнул взглядом в сторону лежащего без сознания Огнецвета и вопросительно приподнял одно ушко. Я скороговоркой прошептала названия трав, которые мне нужны. Мой пушистый помощник, с каждым моим словом всё больше успокаиваясь, солидно кивал, прижав передние лапки к груди. Точь-в-точь купец столичный, приехавший к нам в городок на торжище!
- Да, ещё воды надо и котелок, желательно деревянный или каменный. Я его, конечно, и сама сделать смогу, но если найдёшь, буду очень признательна. Ещё корень мартилоры альгейской, что сил придаёт, и семь, нет, лучше девять листов живоглота колючего…
- И полцарства в придачу, - прошептал Огнецвет, с трудом открывая глаза и вяло улыбаясь мне. – Радуга, неприятно тебя разочаровывать, но ты, как истинная девчонка, совершенно не соотносишь свои желания с возможностями своего помощника.
Вот язва, не успел глаза открыть, как тут же насмешничать начал! Я прожгла героя негодующим взглядом и сердито нахмурилась:
- А тебе говорить вредно, нужно силы беречь!
Огнецвету мой гнев был как рыбе купание, даже бровью не повёл. Завозился, устраиваясь поудобнее, а потом улыбнулся зайцу, выразительно кивнув в мою сторону:
- Видел, как она с героем, её от оборотней отбившим, разговаривает? Ну никакого почтения к супругу!
Супругу? Я на всякий случай покосилась на правую руку, но там никаких символов супружества не было и в помине. Ещё и заяц, паразит такой, укоризненно зацокал, неодобрительно качая головой. Вот его-то бесценного мнения мне для полного счастья и не хватало!
- Марш за травами! - рыкнула я на зарвавшегося пушистика, а сама метнулась к Огнецвету, проверяя повязку и пытаясь определить: румянец на его щеках вызван начинающимся жаром или чем-то иным, менее страшным.
- Ох, и сурова же ты, Радуга, - укорил меня мой герой, впрочем, совершенно беззлобно. – Зайчонка мало до смерти не напугала.
Угу, напугаешь его, как же, а то я мало знаю это породу ушастую! Я фыркнула непреклонно и приложила ладошку ко лбу Огнецвета. Мне кажется, или он действительно горячий? Эх, ну почему я не взяла с собой в лес ничего, кроме корзинки для трав, да и ту потеряла, растяпа! Я коснулась губами лба Огнецвета, пытаясь определить, нет ли у него жара, и тут же услышала добродушно-насмешливое:
- Радуга, неприятно тебя разочаровывать, я понимаю, мысленно ты мне уже саван погребальный вышиваешь, но я пока ещё жив. И прощаться со мной рано. Можешь посидеть рядом, трепетно сжимая мою сильную руку своими нежными пальчиками.
Мои щёки запылали так, что на них вполне можно было воду вскипятить. Вот ведь язва языкастая! Он и на смертном одре зубоскалить будет! Я на всякий случай сотворила отгоняющий беду знак, чтобы смерть не услышала моих неосторожных мыслей и не появилась за новой жертвой, отдавать которую я была не намерена.