Любовь зла или Как полюбить козла (СИ)
- Радуга, Цветик, девочка моя ненаглядная, ведьмочка моя непослушная, наказание моё рыжее, чудо волшебное, - успокаивающе бормотал Огнецвет, мягко поглаживая меня огромными когтистыми лапами. Я горестно хлюпнула носом, отвела взгляд (и виновато, и потому, что смотреть на чудовище было по-прежнему жутковато) и прошептала:
- Прости меня. Опять повисла выразительная пауза, во время которой Огнецвет изучал моё лицо, а я усилием воли сдерживала нарастающую панику. Мама милая, теперь начальник стражи меня точно убьёт, а если сам разделаться не успеет, его мамаша меня прикончит. Как увидит, в какое чудовище я превратила её ненаглядного сыночку, так голыми руками растерзает, даже с костром заморачиваться не будет.
- И что ты опять натворила? – мягким тоном, показавшимся мне страшнее самого жуткого рёва, произнёс Огнецвет, не спеша выпускать меня из своих огромных лап. Я обречённо вздохнула, зажмурилась и скороговоркой выпалила:
- Ты стал монстром, прости, я не хотела. Ну вот я и призналась, теперь осталось стойко принять гибель. Да, что и говорить, паршивая из меня ведьма получилась, а ведь была одной из лучших студенток! Я настолько погрузилась в пучину жалости к себе, что не сразу услышала короткий смешок и провокационно-насмешливое:
- Поцелуешь, прощу. Что-что? Не поняла, на меня не сердятся? Как же так, я себя уже мысленно оплакала и похоронила, а меня, похоже, никто даже не собирается убивать?!
- Ну, чего застыла, неужто я настолько омерзителен, что ты предпочтёшь смерть моему поцелую? – продолжал насмешничать Огнецвет.
– А как же легендарное: «Ты встань, пробудись, мой сердечный друг, я люблю тебя как жениха желанного»?
- Ты не спишь, - пробурчала я, пытаясь понять, почему меня не спешат карать. Неужели бывший парнокопытный просто не поверил в то, что я опять его заколдовала? Неужели я настолько пала в его глазах, что он вообще разуверился в моём профессионализме? Блин, честное слово, даже обидно!
- Радуга, - меня осторожно тряхнули за плечи, - не углубляйся в раздумья, для тебя это очень опасно, так как приводит к плохо прогнозируемым глупостям. И вообще, я всё ещё жду законного поцелуя, который ты мне должна в качестве оплаты за совершённую магическую ошибку. Учти, пока не поцелуешь, я от тебя не отстану. Я вздохнула, признавая, пусть и неохотно, правоту Огнецвета. А раз он прав, надо целовать. Я опять вздохнула, зажмурилась, чтобы в решающий момент не испугаться и не передумать, и звучно чмокнула… ну, наверное, щёку.
Что-то громыхнуло, обдав меня запахом тины и сухих еловых веток, заскрежетало, а потом затихло. Ведьма-прародительница, чего я опять натворила?! Я опасливо приоткрыла один глаз, готовясь визжать и удирать во весь дух, но ничего страшного, к счастью, не заметила. На меня с укором в раскосых светлых глазах смотрел козёл, нервно прядая ушами и время от времени облизываясь.
Уф-ф-ф, хвала всем богам, всё вернулось на круги своя! Я взвизгнула от восторга, обняла опешившую животину за шею и расцеловала в морду, в порыве чувств даже не замечая мерзкого козлиного запаха. Огнецвет, кстати, никаких возражений по поводу столь бурного проявления чувств не предъявил, наоборот, блаженно зажмурился и с видом пророка изрёк:
- А знаешь, я начинаю верить в волшебную силу поцелуев. Может, для закрепления эффекта, ещё раз меня поцелуешь? Я протёрла рот от налипшей шерсти, морщась от неприятного запаха, и отрицательно покачала головой:
- Нет, поцелуев на сегодня хватит, давай лучше просто помоемся, пока баня совсем не остыла и льдом не покрылась. Козёл выразительно фыркнул, намекая, что появления льда придётся ждать как минимум несколько месяцев, но спорить не стал, наоборот, пожалуй, впервые за всё время нашего знакомства, кротко кивнул и повернулся ко мне боком.
- Эм? – я озадаченно посмотрела на подставленный мне бочок, пытаясь понять, что мне с ним делать: укусить, как в детской песенке, или оседлать, словно легендарной героине, спасшей свою страну от нашествия варваров. Огнецвет шумно вздохнул, закатил глаза, но от ядовитых комментариев из серии «волос долог, да ум короток», воздержался, переступил с ноги на ногу и ангельским кротким голоском вопросил:
- Ты меня намоешь или мне самому попробовать? Учти, копытами грязь оттирать будет не очень удобно. От непривычной мягкости и кротости парнокопытного начальника стражи мне стало стыдно, я поспешно плеснула в таз воды, подхватила пук мочала, щедро полила его специальным раствором на основе мыльного корня и принялась шоркать козлиный бок со всем усердием, на какое хватало сил.
- Осторожнее, - прошипел Огнецвет, нервно подрагивая боками, - ты же всё-таки не отхожее место после народных гуляний отмываешь, не дёргай так. - Прости, козлов мыть не обучена, - привычно огрызнулась я. В ответ мне должно было прилететь что-то вроде «да что ты вообще умеешь», но Огнецвет лишь мекнул, мотнул головой и сдержанно попросил: - Если несложно, будь осторожнее, пожалуйста. .
Вот это «пожалуйста» меня окончательно добило, я поняла, что что-то необратимо изменилось во всей простой и понятной системе мироздания. Чтобы Огнецвет сам, без всякой магии и принуждения вежливо попросил, да ещё и «пожалуйста» сказал, нет, никогда такого не было!
- Ты заболел? Я лихорадочно перебирала в памяти все известные мне хвори парнокопытных. Мрак, что же я во время учёбы так мало интересовалась магией животных, глядишь, узнала бы что-нибудь полезное!
- Радуга, - в голосе Огнецвета отзвуками прошедшей грозы скользнуло раздражение, - как показывает опыт, наши с тобой ссоры до добра не доводят, поэтому предлагаю закончить битву и заключить перемирие сроком на пять лет.
- А почему так мало, всего пять лет? – я обиженно надула губы.
– Мог бы и побольше срок назвать, а то и насовсем помириться. Так сказать, заключить вечный мир.
- Ты сначала эти пять лет попробуй со мной не лаяться, - хмыкнул Огнецвет, почёсывая рогами спину. Кто, я?! Да я сама кротость и послушание, если меня не злить, я слова худого никому никогда не сказала, а если и пакостила, то исключительно во имя восстановления попранной справедливости, так-то.
- Давай, голубица сизокрылая, заканчивай раздуваться от собственной кротости и отмывай меня,
- Огнецвет подмигнул, смягчая ядовитость слов, и протянул на манер бездомного сиротки, - пожа-а-алуйста. Мда, пожалуй, пятилетний срок перемирия самое оно: вполне реальный, в отличие от вечного мира, достаточно длительный и при этом не сильно обременительный. Хм, в который раз убеждаюсь, что Огнецвет не так глуп, как я привыкла считать, кажется, с ним будет довольно приятно общаться без обмена острыми насмешками.
Я подхватила мочало, взбила пену и принялась натирать козлиные бока, стараясь при этом не сильно тянуть и дёргать шерсть. Когда Огнецвет с моей помощью закончил водные процедуры, он без всяких просьб и принуждения вышел из бани, напоследок пожелав мне душистого пара. Напомните, я говорила, что он может быть очень даже милым?
Надо бы поосторожнее, так недалеко и до влюблённости, мы, ведьмы, мужским внимание не избалованные, добросердечные, нам много не надо для того, чтобы полюбить. Я тряхнула головой, плеснула в таз горячей воды, почти кипятка, и принялась старательно отмываться, до красноты натирая кожу, вместе с грязью вычищая и лишние размышления. Право слово, у меня забот и хлопот в жизни хватает и без любовных переживаний, и вообще, я терпеть не могу стоять в очереди и предпочитаю быть единственной, а не очередной! А целуется рогатый начальник стражи очень даже хорошо, да…
Я скрипнула зубами, выплеснула грязную воду и тут же снова наполнила таз, опять почти крутым кипятком, хотя предпочитаю воду прохладную, она для кожи полезнееэ
Глава 7
Мне понадобилось около четырёх тазов кипятка, чтобы избавиться от липких, как варенье с розовыми лепестками, романтических размышлений о начальнике стражи. Максимум, на что я могу рассчитывать в отношениях с Огнецветом, – это дружба. И то не факт, ведь, как известно, стражники и ведьмы ладят плохо, а конкретно этот повелитель стражей порядка в нашем городке наредкость избалованный мальчишка.