Любовь зла или Как полюбить козла (СИ)
По руке, которая крепко сжимала рога, пробежали зеленоватые искорки. Мрак, заклинание развеивается, а я так и не добилась успеха! Я обозлилась, представила себя маленькой рыбкой и отважно юркнула в водоворот чужих мыслей и чувств. Меня с головой захлестнула тошнотворная спесивость, на глазах выступили слёзы от оглушающей горечи, лицо опалила волна гнева, затем всё тело сковал холод одиночества и потаённой усталости. Первая ведьма прародительница, как бы мне насовсем не застрять в чужой голове! Красочно представив своё бездыханное тело, я активнее заработала плавниками и наконец-то заметила тёплый огонёк, маленькое солнышко истинной сути, манившее меня к себе и обещавшее покой и отдых. Ура, наконец-то добралась! Я рванула вперёд и чуть не расплющилась о прозрачную защитную стену, возведённую из острых осколков рухнувших надежд, сломанных воздушных замков и потерявших крылья благих порывов. Мрак! Выходит, правильно ведьма-наставница говорила, что в каждом из нас есть стена незримая, за которой прячем мы думы свои сокровенные. Только мне-то сейчас что делать, как до сути истинной этого козла добраться? А вдруг это всё-таки не Огнецвет, а другой кто-то, что же мне, непонятно из-за кого жизнью рисковать?! Я прижалась к стене, насколько позволяли острые осколки, и с приглушённым воплем отпрянула в сторону, попав прямиков в водоворот гнева. Мрак! Мрак! Мрак! Чужой гнев трепал меня, как обезумевшая волна жалкую щепочку, колотя о булыжники погребённых в глубине души обид. Я захлёбывалась от горечи, чувствуя, как мои несчастные плавнички постепенно теряют подвижность, и меня всё быстрее затягивает на дно чужой души. Как там говорится, чужая душа потёмки? Так вот, официально заявляю, что мне чужие потёмки совершенно не нравятся, мне и своих чертенят в тихом омуте души хватает!
Я отчаянно барахталась, понимая, что выбраться никак не получится, когда меня мощным пинком вышибло из водоворота гнева. В темноте (или у меня от усталости в глазах потемнело?) на меня сердито сверкнули светлые глаза Огнецвета, и в ушах отчётливо прогремел его голос:
- Соберись, дура, мне твоя душа не упокоенная без надобности!
Я отчаянно, до тошноты, раскашлялась, распахнула глаза, судорожно переводя дыхание. Козёл, уже освободившийся от заклинания, смотрел на меня с нескрываемым презрением, нервно подёргивая хвостом и пережёвывая пояс с видом гурмана, пытающимся понять: мерещится ему в поданном дорогом блюде привкус тухлой кошатины или всё-таки нет.
- Не смей, - я шлёпнула козла по боку, - ещё подавишься, лечи тебя потом. И вообще, я тебя так на поясочке и поведу, как невинная дева из старинной легенды единорога водила.
Козёл фыркнул и повернулся ко мне задом. Я опять шлёпнула упрямую зверюгу по боку, пытаясь его развернуть, но с тем же успехом могла поворачивать горы или хромого Ганса от трактира. Мрак, как же невинная дева из легенды с единорогом справлялась, он ведь в два раза крупнее козла! Я сердито сдула с лица потную прядь, ухватилась за поводок и потянула, но проклятый козёл лишь шире расставил копыта и оглушительно заорал, мстительно выстреливая в мою сторону россыпью мелких чёрных горошин.
- Да что ты творишь-то, - пропыхтела я, пытаясь взвалить козла себе на спину, - какого мрака упрямишься, неужели нравится козлом быть?!
- Бе-е-е, - заорал козёл, прицельно шарахнув меня копытами по спине, - ме-е-е, бе-е!
Мда, что-то мне подсказывает, что вера в мои магические способности у Огнецвета так и не появилась, а жаль. Сопротивление клиента, как учила нас ведьма-наставница, сжирает половину магических сил и существенно ослабляет любое заклинание.
Я с размаху опустилась на колени, притянула к себе морду козла, впервые в жизни по достоинству оценив рога, и прошипела:
- Послушай, нравится тебе или нет, но никто, кроме меня, ближайшие три месяца тебя расколдовывать не станет. А наведённый облик, да будет тебе известно, с каждым днём становится всё крепче и роднее, так что перестань кобениться, иначе так козлом и останешься! Да, я тебе не нравлюсь, ты мне тоже, но гореть из-за тебя на костре я не собираюсь. И вообще, наши жизни связаны: если что-то случится со мной, то тебе тоже мало не покажется. Умереть, может быть, и не умрёшь, но мучиться будешь долго и сильно. Я понятно всё объяснила или ещё раз повторить?
Бывший начальник стражи фыркнул, брезгливо выворачиваясь из моих рук и с безмятежным видом, который придаёт козлиной породе удивительно философичный вид, направился к выходу из комнаты. На пороге ещё и мекнул нетерпеливо, мол, чего копаешься, шевелись давай. Вот ведь паразит, можно подумать, это я тут истерику закатывала! Помянув негромким искренним словом всё козлиное семейство, начиная с господина градоправителя, не сумевшего нормально сына воспитать, я отправилась следом за своим подопечным, назло мне припустившим во весь дух. Я честно попыталась догнать козла, но четыре ноги бегают быстрее двух не особенно тренированных ножек, а потому выскочив из дома градоправителя я не заметила даже облачка пыли, по которому могла бы определить, в какую сторону рванул Огнецвет. Мрак, мне его ещё только потерять не хватало!
Я опустилась на землю, прося матушку природу показать, в какую сторону ускакал рогатый неслух. Понесло Огнецвета в сторону трактира, ну, оно и понятно, наверняка это самый излюбленный путь нашего начальника стражи. Тихо шипя сквозь зубы и насылая на одну бедовую козлиную голову все кары небесные, я отправилась следом за беглецом. А если этот паразит опять убежит? Я досадливо дёрнула головой и ускорила шаг. Ещё не хватало, бегать за этим паразитом по всему городку на потеху жителям!
К моему искреннему облегчению, Огнецвет от трактира никуда не убежал. Да оно и понятно, кто же в здравом уме от квохчущего вокруг цветника побежит? Супруга трактирщика и две её пышнотелые дочери суетились вокруг козла, усиленно его почёсывая, подсовывая лакомые, даже сок капает, кусочки фруктов, а то и целуя прямо в морду. Огнецвет откровенно млел, изредка лениво подёргивая ухом, в раскосых хитрющих глазах светилась смесь торжества и блаженства. Вот ведь бабник, даже в козлином облике девицам головы кружит! Я усмехнулась, подхватила с земли сухую веточку и с озабоченно-деловым видом подошла к живописной группе, с лёгким злорадством отметив, что Огнецвет при виде меня вздрогнул, напрягся и вскочил на ноги, выставляя вперёд рога. Ух ты, против меня как против волка ополчаются, можно подумать, я начальнику стражи что-то плохое сделала!
- Здравы будьте, господарыня ведьма, - супруга трактирщика, Медвяна, дама дородная и степенная поклонилась мне, дёрнув дочерей, чтобы не мешкали с приветствиями, - явите милость, зайдите, морсу холодненького отведайте, его Каролинка самолично делала.
При упоминании о холодном морсике, да ещё и приготовленном самой Каролинкой, обладавшей лёгкой кухонной магией, мой рот наполнился слюной. А может и правда, посидеть немного, отдохнуть, с мыслями собраться? Ага, а матушка Малийкина меж тем народ взбаламутит и штурмом дом градоправителя возьмёт, вызнавая, куда они такие-сякие-немазаные-сухие меня подевали. Я красочно представила чуть дымящиеся развалины, пятна крови, над которыми с довольным гудением кружатся крупные синеватые мухи и зябко передёрнула плечами. Нет уж, не надо мне такого счастья.
Я низко поклонилась радушной Медвяне, с чуть приметным вздохом ответила:
- Благодарствую за привет, да недосуг мне пока морсом угощаться. Питомца моего обиходить нужно: почистить, покормить да на постой определить.
Трактирщица всплеснула руками:
- Так это ваш козлик? А мы-то с девочками думали-гадали, чей такой красавец? Ох, и хорош, за один раз, поди, козочек двух, а то и трёх покрывает?
Огнецвет ошарашенно посмотрел на хозяйку, на всякий случай отступая от неё подальше, а то мало ли, вдруг она на практике пожелает проверить любовный пыл молодого самца. Я зажевала улыбку и виновато развела руками:
- Не знаю, господарыня Медвяна, не сводила я его ещё с козами-то.