Секрет небес. Ангел или демон

— Ости…
На её глаза навернулись слёзы, но она быстро смахнула их и подняла руки вверх.
— Хорошо, Дино. Как знаешь. — она развернулась, чтобы уйти.
— Ости, подожди.
— Чего тебе, Непризнанная?!
— Прости за мою маму.
Она странно взглянула на меня и расхохоталась.
— Что? Ты извиняешься за неё? Это какая-то уловка?
— Нет. Мама умерла, когда я была совсем маленькой. Я едва помню её. Я не знаю, что она за женщина. И я прошу прощения, если её решения плохо сказались на твоей жизни. Но я не имею к ним никакого отношения.
Ости молчала. Она посмотрела на Дино, будто искала от него подсказки, как на такое реагировать.
— Хорошо. Я тебя поняла. — она развернулась, гордо задрав голову, и как бы окончила этим наш разговор.
— Спасибо, что вступился.
— Всё нормально. — Дино улыбнулся.
Фенцио и Геральд вышли во двор, что-то беспокойно обсуждая.
— Дино! — ангел подозвал сына, едва взглянув на меня.
— Сейчас. — Дино повернулся ко мне, сжал мой локоть и с грустной улыбкой взглянул в глаза. — Я уверен, что всё образумится.
— Надеюсь.
Он продолжал держаться за меня, будто не хотел отпускать.
— Ещё увидимся.
— Да…
Я вернулась к себе в комнату. Едва я вошла, Мими подскочила с кровати и подбежала ко мне.
— Сегодня будет суд над твоей мамой и адмироном Винчесто!
— Я слышала…
— Раньше моя мама была стенографисткой на судах. Я знаю, где они проводят их.
— Ты предлагаешь…?
— Разве ты не хочешь посмотреть?
— Хочу, но туда же нельзя…
— К чёрту правила. Их нарушают даже адмирон и серафим. — Мими виновато усмехнулась. — Прости, не подумала.
— Нет, ты права. Я хочу посмотреть. Это же моя мама.
— Отлично. Тогда собирайся.
— Прямо сейчас?
— Туда долго лететь.
Мы сбежали из школы незамеченными. Разбежались и прыгнули с летающего острова прямо вниз, в неизвестность. Теперь мне было совсем не страшно. Это казалось привычным, как почистить зубы или припарковаться. Взмах крыльями, и мы снова набрали высоту, скрываясь среди скал.
— Твоя мама, оказывается, настоящая сердцеедка. Адмирон Винчесто всегда был одиночкой. Я даже думала, что он гей.
— Ты его знала?
— Конечно. Ты забываешь, кто мой отец.
Мими лавировала между препятствиями, едва взмахивая крыльями и меняя их направления. Но тут её безмятежное лицо вдруг исказила гримаса страха.
Она указала на что-то поверх моей головы и крикнула:
— Осторожно! Справа!
Я подняла голову, и увидела, как на меня летит огромный булыжник, то ударяясь о скалы, то оказываясь в свободном падении.
Я рванула влево, и булыжник проскочил мимо меня. Он ещё несколько раз ударился о скалы, разлетелся на несколько частей и скрылся среди облаков и верхушек деревьев. Через какое-то время послышался глухой удар.
— Ты как?
— Вроде… цела.
— Будь осторожней.
Летели мы долго, и приходилось ещё не раз уворачиваться от летящих булыжников или из ниоткуда возникших летающих островков. Но наконец наш путь подошёл к концу.
— Подожди. — Мими остановилась, продолжая лишь изредка взмахивать крыльями, и внимательно стала следить за тем, что происходило на нужном нам острове.
Ангелы и демоны подходили к трибунам и занимали места.
"Похоже, суд ещё не начался".
— Нам нужно выбрать такое место, чтобы они нас не заметили, но мы их видели.
— Как на счёт того дерева?
— Пойдёт.
Мы примостились на толстую ветку и свесили ноги вниз.
— Сейчас будет жаришко.
Я презрительно посмотрела на подругу.
— Прости. Никаких шуток.
Сердце бешено билось о рёбра. От нервов я не могла усидеть на месте и постоянно ёрзала. Мими положила ладонь на мою руку.
— Всё будет хорошо. Не переживай ты так.
Все ангелы и демоны встали.
— Смотри, это архангел Гавриил.
— Шепфа поручил мне вести этот суд как главному среди архангелов и господств небес. — раздался басовитый голос архангела. — Приведите обвиняемых.
Один из ангелов удалился и вскоре вернулся с адмироном Винчесто и моей мамой. Их не держали в кандалах, не тащили силком. Они шли сами, спокойно и прямо, будто сейчас решалась судьба кого-то другого, а не их собственная.
 
— Адмирон Винчесто, серафим Ребекка, вы обвиняетесь в нарушении одного из главных законов небес и ада — закона Неприкосновения. Вы признаётесь в содеянном?
— Нет.
— Нет.
— Серафим Кроули, расскажите о том, что вы видели.
Серафим Кроули поднялся с места и некоторое время смотрел на маму — жёстко, осуждающе. И всё же в его взгляде было и сожаление.
— Серафим Ребекка и адмирон Винчесто приняли облик учеников школы и скрылись за "Слепой Пеленой". Мы с ангелом Фенцио обнаружили их в полуголом виде.
— Что они делали?
— Целовались. Дело шло к соитию.
— Серафим Ребекка, адмирон Винчесто, вы знаете о том, что не только секс, но и поцелуй считается нарушением закона?
— Да.
— Да.
— Это непозволительно, особенно для подданных вашего уровня. Что будут делать ангелы и демоны, если даже верхушка нарушает правила? Ситуация осложняется тем, что ваше преступление придалось огласке.
Поднялся один из демонов.
— Советник Рондент, вам есть что сказать?
— Как представителю Сатаны мне было поручено передать его просьбу.
— Какую просьбу?
— Поскольку адмирон Винчесто является правой рукой Сатаны, он просит пощадить его поданного и серафима Ребекку и заточить их в тюрьме ада.
— Мы вас услышали. — Архангел Гавриил повернулся к остальным ангелам и демонам за трибунами. — Предлагаю удалиться для обсуждения.
"Хм-м… ангелов больше, чем демонов".
Почти все присутствующие ушли для принятия решения.
— Как думаешь, почему они не признали свою вину, когда всё и так очевидно? — прошептала Мими.
— Потому что все всегда врут.
— Размышляешь совсем как демон.
— Сочту за комплимент.
Мама и адмирон Винчесто стояли неподвижно, точно статуи. Несколько раз Винчесто взглянул на маму, но она делала вид, что не замечает этого. Её взгляд был устремлён куда-то вперёд и казался стеклянным.
— Смотри, архангел Гавриил возвращается с остальными.
Они вернулись за трибуны.
— Было принято решение. Серафим Ребекка, значимая фигура на небесах. Её знания, мудрость и силы не раз помогали в делах Шепфа. Также она входит в число старейшин, которым Шепфа доверяет тайны поднебесной. Небеса не могут лишиться такого верного подданного. Серафима Ребекку решено заточить в тюрьму ада на сотню лет в качестве наказания за совершённый проступок.
— О боже…
— Её не убьют, Виктория! Сто лет пройдут, и не заметишь!
— Что касается адмирона Винчесто… здесь обстоятельства несколько отличаются. Его значимость оценивается ниже. А также учитывая последние события…
Советник Рондент вскочил, чувствуя неладное.
— О каких событиях вы говорите?
— Из тюрьмы ада сбежало несколько заключённых. Откуда нам знать, не помогут ли сбежать и главному подданному Сатаны?
— На что вы намекаете?!
— Мы решили, что заточение адмирона Виечесто нецелесообразно. Адмирон Винчесто будет казнён.
— А? — моё сердце снова бешено забилось.
— Что?! — Мими вспыхнула от ярости.
— Да как вы смеете?! Вы должны или казнить обоих, или пощадить! Такова суть Равновесия, равноправия ада и небес!
— Вам уже объяснили причину такого решения. Адмирон Венчесто не столь важная фигура. Сатана — не Шепфа, он может найти другого секретаря.
— Секретаря? — прорычал адмирон.
— Это возмутительно! Если вы казните адмирона Сатаны, ад лично казнит серафима Ребекку! Как вы смеете ещё просить её держать в тюрьме ада?!
— Других тюрем у нас нет. Только в аду.
— Этому не бывать!
 
— Что ж. Тогда серафима Ребекку мы направим в башню школы ангелов и демонов, где она пробудет до окончательного решения. До казни адмирон Винчесто будет заточён там же.