Секрет небес. Ангел или демон

— Поздравляю, Виктория Уокер, это было последней каплей! Вы исключены! — заявление Фенцио, прогремело как приговор.
  
Исключит нельзя помиловать
 
Десятки рядов демонов и разных отталкивающих своим видом существ окружили школу.
Сатана стоял впереди — так же неподвижно, но решительно, как и его армия. Его губы дрожали от ярости, глаза горели пламенем.
— Последнее предупреждение! — выкрикнул он.
— Этого не будет! — заявил серафим Кроули.
— Вы сами выбрали этот путь. — Сатана впился ногтями в свои рёбра и вывернул их наружу.
Он снял свой человеческий облик, словно маскарадный костюм, и вместо него обернулся настоящим монстром. Всё его тело полыхало огнём, обнажились острые клыки и появились рога на голове.
— ДА БУДЕТ ВОЙНА!
Демоны взревели как один и бросились вперёд — навстречу ангелам.
За месяц до этих событий…
Мими сидела на кровати, поджав ноги под себя, и исподлобья наблюдала за мной.
— Ну что ещё?
— Ты целовалась с Люцифером? Какого хрена?!
— Ты про случай в коридоре?
— А были и другие случаи?
— Да… — тихо ответила я.
Мими вздрогнула, отвернулась и несколько секунд смотрела куда — то в сторону. Потом снова на меня, немного смущённо, даже виновато.
— Понятно…
— Мими…
— Нет. Заткнись. Не хочу ничего знать.
Какое — то время в комнате было тихо.
— Так что насчёт нарушения запрета? Тебя исключат?
— Не знаю. Будет собрание, на котором примут решение. А пока мне нельзя даже из комнаты выходить.
БАМ!
Мы с Мими испуганно обернулись.
Открывшись, окно с хлопком ударилось о стену.
— Кто там? Выходи, придурок!
Через оконную раму выглянул Люцифер.
— Это я придурок?
— Ой… — Мими, пискнув, закрыла рот рукой.
— Что ты здесь делаешь?! — я напряглась всем телом.
— Пришёл поговорить с тобой.
Я сложила руки на груди.
— Пришёл извиниться?
— Именно так.
Было сложно сдержать растерянность, которая меня охватила при его ответе, но я попыталась.
Люцифер спрыгнул с окна в комнату и осмотрелся. Его взгляд остановился на Мими.
— Привет, малышка Мими.
Она покраснела, но следом выпрямилась и поправила волосы, как бы скрывая свою неуверенность за высокомерными жестами.
— Привет.
— Как папа?
— Бывало и лучше. А… твой?
— Горит в аду, как, впрочем, и всегда.
Они чуть помолчали, потом Мими понимающе кивнула и направилась в сторону двери.
— Не буду вам мешать.
— Мими? — пролепетала я.
Она торопливо подняла руки, продолжая пятиться к двери.
— Всё в порядке.
Хлопнула дверь, и мы остались одни.
Люцифер подошёл ко мне ближе, но я вытянула руку вперёд, не позволяя подойти.
— Тебе нельзя здесь находиться. Чего ты добиваешься?
— Я уже говорил, что хочу извиниться.
— Ну так, извиняйся и проваливай.
Люцифер тяжело вздохнул, взлохматил волосы и снова огляделся.
— Милая комнатка.
— Ты издеваешься?
— Дай мне настроиться, я не люблю извиняться.
— Ну так не извиняйся. Мне — то что.
— Ты такая упёртая!
— Недалеко от тебя ушла!
— Ведёшь себя как ребёнок.
— Уж прости, не успела набраться мудрости за жизнь, что была мне дана.
Люцифер снова вздохнул и устало взглянул на меня.
— В общем, я не хотел, чтобы всё так получилось. Я выпил много Глифта. Это была просто маленькая шалость. Кроули и Фенцио взвинчены из — за сложившейся ситуации и восприняли всё в штыки.
— Глифт — это не оправдание. Ты делаешь, что тебе вздумается, а страдают от этого другие.
— А почему я не должен делать, что хочу? — он подошёл совсем близко. — Почему я не могу наслаждаться жизнью так, как мне вздумается? — Люцифер нагнулся, и его дыхание коснулось моей шеи. — У вас, у людей, рабское мышление… вам дан такой маленький отрезок времени, а вы тратите его на то, чтобы думать о желаниях других, в страхе потерять их благосклонность.
— Я больше не человек!
Он чуть отпрянул, чтобы взглянуть мне в лицо, и улыбнулся.
— Ты становишься одной из нас.
Люцифер медленно опустил глаза мне на грудь, чуть задержался, опустил чуть ниже и ниже, оглядывая всё моё тело.
 
Я почувствовала себя неуютно. Неосознанно прикрылась руками, но тут же сделала вид, что поправляю лямку, не желая показывать смущения.
— Сексуальная ночнушка.
— Какой же ты наглый и бестактный!
Люцифер в один шаг оказался рядом со мной, и его дыхание снова обожгло мне шею.
Я хотела оттолкнуть его, но он поймал мою руку.
— Не трогай меня!
— У тебя скверный характер, Виктория.
— Ты себя видел?! — я оттолкнула его, но он снова притянул меня к себе.
Тогда я снова оттолкнула его, влепила пощечину, на что он в ответ схватил меня за запястья и прижал к себе ещё ближе. Он уже не давал шанса отстраниться от него.
— Довольна? Ударила сына Дьявола. Думала, когда — нибудь, что будешь иметь подобную власть над таким, как я?
— О какой власти ты говоришь?
— Ты очень глупая, Виктория. — одной рукой он сжал мои щёки, несильно, так чтобы я не отвернулась, и поцеловал.
Я снова оттолкнула его, замахнулась, чтобы ударить, но он перехватил мою руку.
Так мы замерли, глядя друг на друга, почему — то оба удивлённые.
И затем страстно поцеловались.
Он тут же подхватил меня на руки, кинул на кровать и лёг сверху. Я сжала волосы на его затылке так сильно, что ему стало больно. Он зарычал, покусывая, стал целовать шею. Отбросил мои руки со своей головы и поднял над моей. Я потянулась к его губам, таким горячим и мягким, и он послушно потянулся в ответ. Мы целовались, кусая друг друга, наши языки словно боролись, играли друг с другом. Не хватало дыхания, мы, точно голодные звери, не могли насытиться поцелуем. Люцифер прижался ко мне, дразня, и я почувствовала, как он хочет меня. Я застонала.
— Тише…
Он сорвал с меня ночнушку, до сладостной боли сжал грудь. Трусики повторили судьбу пеньюара. Я стала тоже раздевать Люцифера, но руки дрожали, и пальцы не хотели слушаться.
— Я сам. — Люцифер ласково сжал их и убрал в сторону.
Он справился с этим лучше и вскоре снова навис надо мной. Его тело обжигало — таким горячим оно было. Несколько секунд он смотрел на меня, сжимая мои запястья над головой. Тогда я прижалась к нему, дразня его так же, как и он недавно меня. Люцифер втянул воздух через плотно сомкнутые зубы, резким движением раздвинул мне ноги и вошёл в меня. Я выгнулась, застонала так громко, что ему пришлось закрыть мне рот.
— Не нужно так сексуально стонать. — он больно укусил меня за сосок, и я снова ударила его по лицу. — Будешь драться, я тебя отшлёпаю.
Он поцеловал меня требовательно, почти грубо, но чем грубее он был, тем сильнее мне его хотелось. Мы снова стали целоваться. Он двигался резко и быстро, и я громко стонала ему в губы. Подушки полетели на пол, изголовье кровати с ритмичным движением стучало о стену. Мой голос охрип, но я продолжала стонать, не в силах сдерживаться.
— Да! Да!
— М — м — м…
Закончив, люцифер упал на кровать рядом со мной. Мы оба были мокрые. Нам потребовалось минут десять, чтобы дыхание пришло в норму, а сердцебиение унялось.
Люцифер повернулся ко мне, провёл пальцем по моей щеке и поцеловал, на этот раз нежно.
— Я не сделал тебе больно?
— Нет…
— Хорошо. — он поднялся. — Мне пора. Увидимся в башне. Лучше ничего не говори. Я решу этот вопрос. — он начал одеваться.
Я молча наблюдала за ним.
«Он выглядит расстроенным чем — то…»
Люцифер нагнулся и поцеловал меня в лоб. Ушёл он так же, как и появился здесь — через окно. Я накрылась одеялом, свернулась калачиком и почему — то разревелась.
Администрация школы находилась в башне, где и должна была решиться моя дальнейшая судьба. От волнения меня подташнивало, руки были ледяными и мокрыми. Я вытерла ладони о ночнушку и оглядела шкаф. Оделась и посмотрела в зеркало.