Фартовый лекарь (СИ)

— А кто валить будет? —Ты, что ли, Гендос?
— Могу и я.
Сноровисто, со знанием дела, говоривший обшарил чужие карманы и протянул главарю: телефон, толстый бумажник, часы, паспорт и несколько пластиковых карт. После этого достал нож и несколько раз, хладнокровно ткнул лежащего без сознания на земле, человека в печень. Вытерев окровавленный нож об одежду убитого, Гендос буднично сказал:
— Вот теперь можно и уходить.
Глава первая. 
Словно пробудившись после сна, снова начинаю себя осознавать, мыслить и чувствовать тело. Прислушался к своим ощущениям. Ничего не болело, но тело было явно не моим прежним, каким – то грузным, непривычным. И от меня жутко воняло застарелым потом и мочой. Похоже, во время болезни телу в которое меня забросило, пришлось некоторое время ходить под себя, а с моим мытьём, тут никто не заморачивался. Даже грязную одежду с меня не сняли, так и лежал обосаным.
А в том, что я умер и переместился в чужое тело, у меня не было ни малейших сомнений. Я прекрасно помнил, что со мной произошло. Мои травмы полученные в уличной драке, были не совместимы с жизнью. Получив несколько ударов ножом в печень, выжить практически нереально.
В свободное время, читал фантастические романы на телефоне про различных попаданцев, но никогда не думал, что подобное реально. И однажды может произойти со мной на самом деле. Я никогда не верил в байки, рассказывающие, что после смерти есть жизнь. Но теперь убедился лично, что был неправ. Каким – то образом моему сознанию удалось выжить и занять новое тело.
Факт своей смерти я принял спокойно. У меня не было ни страха, ни сожаления о своем прежнем теле. Я каким – то внутренним чутьем понял, что произошло и просто принял этот факт. Единственное, что печалило, что больше никогда не увижу своих детей. И Ларису, несмотря на ее поведение, все равно в душе любил. Но может оно и к лучшему, что я нарвался на отмороженную молодежь. Меня все равно не ждало ничего хорошего. Тюрьма за убийство любовника своей жены. А так, судьба вроде, как дала мне второй шанс.
— Очнулся! — Очнулся! – радостно завопила рядом стоящая девочка, едва я открыл глаза. — Эшар очнулся! Продолжая громко кричать, она выбежала на улицу. Наверное, побежала позвать мать.
Мои воспоминания постепенно откладывались на дальнюю полку подсознания, постепенно заменяясь воспоминаниями и знаниями бывшего владельца тела.
Теперь меня звали Эшаром, мой возраст составлял восемнадцать лет, проживал я в деревне под названием Речная. Моя семья состояла из четырех человек: меня, отца, матери и десятилетней сестрёнки. Отца звали Куэль, мать Аиссой, сестру Ардель. Мы проживали на землях барона Деота, которые находились в Керинской империи.
Приподнявшись на лежаке, решил осмотреться. Находился в каком – то просторном, состоящим из двух комнат, деревянном помещении. Обстановка была очень скромной. Из мебели в комнате где я лежал, были только деревянные стол и четыре стула.
— Сыночек, родненький, ты очнулся! — Как ты себя чувствуешь? — Что – то болит? – со слезами на глазах, обрадовано спросила вбежавшая в комнату женщина.
Несмотря на мерзкие запахи исходившие от меня, она кинулась меня обнимать. Крепко прижав к себе, сказала:
— Как же, я рада, что ты вернулся к нам, лекарь Игнар сказал, что ты можешь и не выжить. —Но я верила, что с тобой всё будет хорошо и боги меня услышали.
Эта женщина для меня была чужой, мои настоящие родители погибли в автомобильной аварии. Бабушка отказалась меня забрать и я попал в детский дом. Разумеется, теплых чувств к вновь обретенной маме, я пока не испытывал. Но настоящий Эшар очень любил свою мать. Поэтому, я тоже обнял женщину.
Моя новая мама была симпатичной женщиной средних лет, с темными волосами. Одета она была небогато. В какое – то серое платье из грубой ткани. На сестре была похожее одеяние. На мне тоже, были штаны и рубаха, из такой же, грубой ткани.
— Мамуля мне бы, помыться, от меня ужасно воняет, и чего – нибудь перекусить.
 
Отстранившись от меня, моя новая мама, вместе с сестрой как – то странно на меня посмотрели, как будто увидели впервые.
— Что не так, мама?
— Эшар, ты сильно изменился, – осторожно сказала мама. — У тебя осмысленный взгляд взрослого человека. — Раньше ты много дней мог ходить не мытым и тебя это нисколько не заботило, твоя речь тоже изменилась.
Как позже, выяснилось, Эшара в деревне считали, кем – то вроде, местного деревенского дурачка. Это был толстый, неуклюжий, не приспособленный к жизни парень. Все, за что он брался, выходило плохо.
Единственное с чем он более менее хорошо справлялся, это выпас коров. В деревне дармоедов не привечали, каждый должен был работать за свой кусок хлеба. Поэтому, дурачка единогласно назначили местным пастухом.
Парень часто являлся объектом насмешек. Над ним постоянно издевались и били деревенские ребята. Он был толст, неуклюж, не мог постоять за себя, над ним измывались даже более младшие ребята. В последний раз старшие ребята, побили его особенно сильно, парень провалялся без сознания целых пять дней.
— Я могу помыться?
— Да, конечно во дворе есть колодец, там вода. — Но лучше сходи на реку, чтобы не переводить хорошую воду.
— Хорошо, мама.
Поднявшись, отправился на реку мыться.
— Смотрите, жирдяй очнулся, как его ребята отходили кулаками, а все равно живой, – крикнул кто – то мне вслед.
Я не обратил внимания. Сперва нужно разобраться, куда я попал и как мне дальше жить. Что – то мне подсказывало, что нахожусь я совсем не на родной земле. Это была какая — то средневековая деревня, а не современный мир, в котором я до недавнего времени жил.
Какой же, это кайф, помыться и стать чистым. В этом мире был некий аналог мыла, так что смыть вонь удалось без труда. Закончив водные процедуры, собирался уже идти домой кушать, есть хотелось неимоверно. Когда к реке вышли четверо парней.
— Жив сучонок! — Ничего страшного сейчас мы это исправим! — В прошлый раз не добили тебя, но на этот раз живым не уйдешь.
— Что я вам сделал?
— Ты оскверняешь нашу деревню своим присутствием. — Твои родители не хотят тебя выгонять, значит мы тебя убьем. —Ты не способная ни к чему, ничтожная тварь! —Таким отбросам не место в нашей деревне.
Они двигались на меня, тесня обратно к реке. Убежать не получится. Из толстяка котором я оказался, был не важный бегун. Придется драться, иначе и вправду убьют. Настроены деревенские парни были решительно.
Боец из жирдяя, тоже был не очень, к тому же, он ещё и был очень трусливый, всегда старался избежать драки. Досталось же, тело.
Парни наступали. Главарь высокий, черноволосый юноша с рябым лицом, подойдя поближе, атаковал меня кулаком в лицо. Прежний хозяин бы завыл, запросил о пощаде, лишь бы его не били. И парни похоже ждали именно такого поведения. Но я был не он, и не собирался себя так вести, хотя очень хотелось упасть на землю, закрыться руками и начать ныть прося пощады. Придется вытравливать из этого тела лоховские привычки прежнего хозяина.
Первые удары я пропустил. У толстяка вообще не было реакции, тело было неуклюжим и неповоротливым. Первый удар пришелся в лицо, разбив нос. Левой рукой главарь пробил мне кулаком в живот. И добавил боковым с правой в челюсть. Не удержавшись на ногах я упал в реку. Под дружный смех стоящих на берегу.
— Вставай жирная падаль, – рявкнул рябой.
Пытаюсь встать, но на меня обрушивается серия ударов ногами. Бьёт только главарь, остальные трое стоят на берегу, наблюдают. Не забывая одобрять действия главаря и едко комментировать происходящее.
Услышал кучу грязных оскорблений в свой адрес, хотя и не сделал этим парням ничего плохого. Я не мог понять причину их ненависти. Хотя и в детдоме были те, кто пытался самоутверждаться унижая более слабых людей.
Меня тоже пытались унижать в детдоме, в то время я был невысоким щуплым парнишкой. Но я всегда пытался дать сдачи, старался не позволять себя унижать, отвечал на оскорбления кулаками, за что частенько, был сильно бит. Но в итоге, заработал некий авторитет и старшие ребята перестали меня трогать.