Девочка бандита (СИ)

Серые, местами исписанные стены, дышали прохладой и унынием. Не желая разглядывать их, я взбежала наверх. Провернула ключ в замочной скважине.
Но прежде чем открыть дверь, вздохнула, чтобы собраться с силами. А потом – тихонько прошла внутрь. Сделала шаг и прислушалась. Обычно, мне хватало несколько секунд, чтобы понять, какая обстановка дома.
В зале работал телевизор. Так, значит папа, скорее всего, развалился на диване и смотрел его. А бабушка, видимо, готовила обед. После пьянки он обычно предпочитал манную кашу, и бабуля даже специально брала пару дней без содержания, чтобы заботиться о своем единственном сыне.
Честно говоря, глядя на её заботу и опеку, я нередко ощущала себя лишней. Казалось, я каким-то странным образом очутилась в этой семье, и если бы не сходство (с отцом), я бы была уверена, что меня взяли из детдома.
– Лиза, ты? – бабушка выглянула с кухни. Лицо её было красным. Наверное, опять давление прихватило. Интересно, она не забыла выпить свои таблетки?
– Я, – я наклонилась, чтобы снять обувь, но бабушка остановила меня словами:
– Не разувайся. Иди-ка, сбегай за хлебом.
Она, вытирая жилистые ладони о старый фартук, подошла к шкафу. Достала кошелек, наскребла мелочь и протянула мне:
– Белый купи и батон.
– Хорошо, – согласилась я и поспешила выполнить приказ.
Желудок, до этого поднывавший от голода, напомнил о своем праве поесть неприятным жжением. Мысли о том, чтобы сказать бабушке, что я сперва поем, и только потом пойду в магазин, не было.
Сразу начнется такой ор, что потом и кусок в горло не полезет.
Я уже выходила из магазина, когда едва не столкнулась с Зоей Павловной, одним из наших преподавателей.
Дородная женщина, всегда находящаяся в хорошем расположение духа, она заряжала оптимизмом всех, кто был рядом с ней.
– О, Лизавета, – широко улыбнулась Зоя Павловна.
– Еще раз здравствуйте, – улыбнулась я в ответ и прижала к груди хлеб.
– Бабуля послала за хлебом? – преподаватель кивнула на хлеб.
Она была немного в курсе, какая интересная у меня семья. Не то чтобы я жаловалась, но Зое Павловне было достаточно немного пообщаться лично с моей бабушкой (та все-таки посетила место моей учебы), чтобы сделать свои выводы.
– Ага.
– Ясно, – Зоя Павловна понимающе вздохнула.
На короткий миг её улыбка померкла, а затем – вновь появилась на лице.
– Слушай, – понизив голос, продолжила преподаватель, – ты же у меня умница. Чистоплотная и аккуратная. Подзаработать хочешь?
Я тут же взбодрилась от её слов.
– Хочу, а что делать надо? – уточнила я.
– Да банкет организовать надо. Конкретно от тебя – нужно помочь с нарезкой. Оплата почасовая. За час – сто рублей.
– Сто рублей? – я округлила глаза. – Точно – просто нарезать?
– Точно. Ну, так что?
– Я согласна.
– Ну всё, тогда в пятницу, после занятий, едешь со мной.
  
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
 
Неделя тянулась мучительно медленно, и каждый день был похож на предыдущий. Отец продолжал утопать в своем запое, бабушка выполняла сразу две роли – спасателя и прокурора, а я – просто пыталась отгородиться от всего этого.
Но это мне удавалось лишь отчасти. Не очень-то просто абстрагироваться от происходящего, когда ты, пытаясь поесть, слышишь звуки блюющего отца, или же, уже засыпая, вздрагиваешь от громко хлопающих дверей и бабушкиных криков.
Меня спасала только учеба. Туда я уходила почти за час до начала занятий, и еще около двадцати минут скиталась по коридорам института в ожидание преподавателей.
Вот и сегодняшний день не стал исключением, я пришла, как обычно, рано. Невыспавшаяся из-за очередного дебоша отца (в этот раз он почему-то искал любовника моей покойной мамы), промокшая (по пути в институт начался противный, по-настоящему осенний дождь), я горела одной-единственной идеей – поскорее отправиться с Зоей Павловной на работу.
Я намеревалась зарекомендовать себя с самой лучшей стороны – в надежде что Зоя Павловна будет приглашать меня на такие подработки почаще.
 
Деньги мне были нужны – теперь внутри меня появилось навязчивое желание снять квартиру.
Я почти потеряла все запасы сил и терпения, чтобы продолжать жить с отцом и бабушкой. Казалось, все двигалось к какому-то апофеозу, который должен был закончиться трагедией.
Но я не хотела в ней быть.
Слава Богу, занятия прошли благополучно и интересно. Несмотря на усталость, я слушала лекции, конспектировала их, а потом – вместе с одногруппниками спустилась вниз, на практическую работу.
Группа у нас состояла из 16 человек. 8 девочек и 8 мальчиков. Всё поровну. Одногруппники были адекватные, общаться с ними было приятно, но никого из них я не могла бы назвать настоящим другом.
Даже Аленка – моя подружка, дочка тети Веры, и та подходила для этого слова с натяжкой. С Аленкой можно было повеселиться, погулять, но глубоких, душевных разговоров у нас с ней никогда не было. Она не понимала моей частой грусти, как и не понимала, что такое авторитарная бабушка и отец-пьяница.
Один раз, еще прошлым летом, устав от её расспросов, я пыталась объяснить ей почему я такая нервная (на её взгляд), но Аленка закатила глаза и сообщила мне, что я слишком впечатлительная натура.
На этом мое желание раскрывать ей душу окончательно отпало.
Это не делало Аленку плохой, нет!
Просто мы были разными, и когда наши настроения совпадали, мы весело общались.
Но так бывало не всегда.
– Ну что, помощница моя, готова? – встретив меня у гардеробной (как было обговорено раньше) улыбнулась Зоя Павловна.
– Всегда готова, – я широко улыбнулась в ответ и застегнула молнию куртки до конца.
– Машина ждет. Поехали, – Зоя Павловна, как настоящая командирша, махнула завхозу – приземистому мужчине и его спутнику чуть помоложе. – Несите!
Судя по всему, сегодня эти мужчины выполняли роль грузчиков. В картонных коробках, которые они понесли к пожарному выходу, лежала вся необходимая утварь для сегодняшней работы. Доски, ножи, терки… Все издавало брякающий звук, что наталкивало меня на мысли, что шел не завхоз, а рыцарь в доспехах.
Я улыбнулась собственному замечанию. Настроение мое с каждым шагом становилось все оптимистичнее.
Я не боялась. Все было обговорено заранее – работаем до восьми вечера, потом меня отвозят домой. Бабушку я предупредила заранее, что у нас будет практика в одном из кафе. Та, занятая обслуживанием своего сына, не стала уточнять деталей, так что придумывать не пришлось.
– Во, какая красавица! – одобрительно выдохнула Зоя Павловна, когда мы остановились возле серебристой иномарки.
– Ого, – я удивленно посмотрела на преподавателя.
Та широко улыбнулась и, открыв дверь, первой забралась внутрь, показывая этим, что бояться нечего. Я села рядом и настороженно посмотрела по сторонам.
Я впервые сидела в иномарке. А ощущение было такое, что я нахожусь в космическом корабле. Видимо, удивление было столь явным на моем лице, что Зоя Павловна рассмеялась и обняла меня.
– Красиво, да? – вздохнула она. – Оказывается, и так люди живут. Ну, поехали.
Мы ехали минут 15, а потом – выехали за город. Немного занервничав, я начала поглядывать на дорогу. Мимо проносился осенний лес – прекрасный в своем великолепие.
Золотисто-красная листва щедро украшала ветви, и когда деревья чуть покачивались от ветра, листья медленно падали вниз, отчего в моей груди каждый раз все взволнованно вздрагивало.
Даже сейчас, в этом унылом сером оттенке дождливого дня, яркие краски листвы казались завораживающе красивыми…
– О, вот и Санта-Барбара, – улыбнулась Зоя Павловна, кивая головой вперед.
Там показались крыши домов.
– Санта-Барбара? – переспросила я.
Разумеется, я знала этот нескончаемый сериал. Только вряд ли тут жил Круз Кастилио (один из героев сериала).
– Ну да. Так местные прозвали этот район для богатых, – ответила преподаватель.