СССР-2061 (антология) (СИ)
Конечно, работы приостанавливаются и отец Дениса с дядей Колей и ещё двумя рабочими отправляются на корабле на поиски пропавших товарищей. Через два часа они возвращаются, ведя на буксире «Аврору» — маленький трёхместный корабль, потерявший управление и связь в густом метеорном потоке и вынужденный дрейфовать в космосе без особой надежды быть обнаруженным. Тогда отчаявшиеся космонавты прибегли к последнему средству: вот уже месяц они писали на упаковках от обеда послание — просьбу о помощи — в надежде, что кто-нибудь сможет его прочесть. Два дня назад закончился последний набор, и они больше суток не пили воды. Если бы не Денис, если бы он сейчас не прибежал и не рассказал о своей находке отцу и его товарищам, они бы погибли.
Конечно, Дениса благодарят, хвалят за внимательность и находчивость, отец глядит на него с уважением. А один из спасённых с «Авроры» дарит ему на память осколок от того злополучного метеорита, что угодил в корабль.
— Ну, что ты сидишь? — от неожиданности Денис даже вздрогнул. Над ним стояла учительница и через плечо смотрела в пустой файл. — Ты же знал, что сегодня сочинение?
— Наталья Константиновна, а он не может выбрать, какой из подвигов описать!
Денис зло обернулся за голос: ух, язва! Наверняка обо всём догадалась, а может, мать рассказала… Не будет ему теперь покоя…
— Тише, Света, работай, — остановила её Наталья Константиновна, а потом, наклонившись к Денису, негромко добавила: — Не можешь описать подвиг — опиши его отсутствие. Не каждому удаётся вынуть из реки утопающего или спасти человека из горящего дома. Но иногда подвиг — это просто сказать правду.
Денис сглотнул и сжал внезапно похолодевшие руки. Эта зазнайка-отличница даже своего младшего брата воспринимает серьёзнее! Но вот если бы они встретились в космосе… Космос — это другое, тут недостаточно просто хорошо уметь считать или знать на память стишки! Вот если ночь, и внезапно пожар на базе, и родители ушли, а остальные спят. Ванька испугался и ревёт, а Светка даже скафандр не умеет надеть, у неё всегда было плохо с физкультурой…
И вот его посреди ночи будит стук. Тётя Даша в слезах, двери заклинило и она не может их открыть, а Светка с Ванькой там одни, и Светка не отвечает. Отец с матерью выбегают в коридор, Денису велят оставаться дома, но он, конечно же, их не слушает. Вместе они кое-как открывают двери, но в комнате всё задымлено и ничего не видно, Светка наглоталась дыма и без сознания лежит у дверей, а Ваньки не слышно совсем. Искать его среди огня и гари в условиях почти полного отсутствия гравитации очень сложно, и противопожарная защита не может сработать из-за того, что в помещении люди. Мать Дениса приводит Светку в сознание, а отец и тётя Даша пытаются найти Ваньку, но тёте Даше становится плохо — у неё больное сердце, и отцу приходится выносить её из комнаты, а Ванька всё ещё остаётся там.
И тогда он, Денис Фёдоров, ученик пятого класса, схватив какую-то куртку и завернувшись в неё, врывается в горящее помещение — едкий дым жжёт глаза, но он заставляет себя смотреть, пытаясь дышать через рукав, очень быстро он проверяет комнату — шкаф, холодильник — мало ли куда мог спрятаться испуганный малец! — и находит Ваньку под кроватью. Денис хватает его на руки, выбегает с ним из комнаты, двери за ним закрываются и, наконец, осуществляется разгерметизация помещения, которая гасит огонь. Ванька крепко держит Дениса за шею, а Светка впервые в жизни смотрит на него с благодарностью.
Денис глубоко вздохнул и покусал губы. Такое никогда не могло бы произойти: Светкины родители даже не космонавты… и он тоже. Она просто посмеётся над ним… все посмеются, если он скажет правду! Может быть, подвиг — это ещё и то, что очень не хочется совершать?
Ну и пусть! Он всё равно станет космонавтом, и он не трус. Он расскажет, как всё было, и не станет врать. И пускай они все смеются — если хотят! Упрямо сжав губы, Денис оживляет клавиатуру и начинает набирать текст:
«Мой папа работает на Церере геологом. Этим летом маму тоже послали в командировку на Цереру. Я ещё никогда не был в космосе и очень хотел полететь с ней. Я думал, что много знать о папиной работе и хорошо учиться — достаточно для того, чтобы меня взяли, но я ошибся.
Вместо этого меня отправили в деревню к бабушке Маше. Там я помогал ей в огороде и в саду, ходил на речку и в лес. А ещё я много размышлял. Хотя у бабушки Маши было хорошо, я всё равно жалел, что меня не могли взять в космос без подготовки.
Теперь я понимаю, что чтобы полететь на Цереру или на другую базу, нужно быть профессионалом, много учиться и работать над собой. А ещё быть смелым и отважным, чтобы другие могли на тебя положиться.
Этим летом мне не удалось побывать в космосе. Но когда я вырасту, я хочу работать в космосе геологом, как папа, или спасателем, а может быть даже капитаном корабля. Я думаю, что если очень хотеть, хорошо учиться в школе и институте и сдать ГТО, то у меня всё получится».
Денис вздохнул, перечитал сочинение и решительно нажал кнопку отправки. Пусть так. Он пока ещё никуда не летал, но он сам написал, что космонавты — смелые и отважные люди, а ещё это люди чести, и если он хочет быть одним из них, то сейчас он должен был поступить именно так. И он ещё должен помириться с Вовкой, потому что уехал не простившись и ничего не объяснив. И когда-нибудь, когда он всё-таки станет космонавтом, он ещё привезёт Светке обещанный метеорит. Тем более, что если очень стараться, то действительно всё получится, и он ещё совершит подвиги, о которых сможет рассказать.
Евгений Лонин
Крылья подарит мечта
Часть первая. Катастрофа
Нужным быть кому-то в трудную минуту…
Как выяснилось впоследствии, небольшое изменение расписания и стало той самой первой, роковой случайностью. Можно сказать, чудом поломавшим планы террористов. Скоростной экспресс, перевозивший сборную СССР на международную юношескую спартакиаду, пропустили вперёд вне стандартного расписания, чтобы выгадать для юных спортсменов лишних полчаса перед соревнованиями. А шедший ему навстречу экспресс с дипломатической миссией из Японии, который и был целью теракта, наоборот, немного задержался на станции. Вторым чудом было то, что несмотря на взрыв, поезд не развалился на части, и большинство его вагонов уцелело. Это произошло в том числе и потому, что взрывное устройство, активировавшееся при прохождении разгонного блока, сработало сбоку, а не под поездом. Кроме того, поезд только начинал разгон после остановки в городе и ещё не успел набрать крейсерскую скорость, в отличие от поезда на который нацелились террористы. И хотя локомотив слетел с направляющих, смял защитные системы и с огромной скоростью врезался в одну из опор разгонного блока, большая часть экспресса, собранного по «космическим» технологиям, не пострадала. Но и это не помогло бы избежать больших жертв, теракт готовили профессионалы, если бы не третье чудо: девочка, которая умела летать.
Нина Белякова — была не только талантливой юной гимнасткой и восходящей звездой советского спорта, но и мировой знаменитостью. Уже в 13 лет она стала мастером спорта международного класса, пробилась в юношескую сборную СССР и стала абсолютной Чемпионкой Европы среди юниоров. Её выступления произвели фурор и очаровали весь мир. Невероятная лёгкость, красота выступлений и потрясающая координация движений покорили как профессионалов, так и простых зрителей. А после слов fille oiseau (фий уазо), брошенных во время выступления Нины одним из французских комментаторов, её стали звать Советской птичкой. Девочкой, которая летает.
Она находилась в купе проводника, забирая чай и стремясь за разговором выпросить у него какой-нибудь сувенир, связанный со скоростными экспрессами, который она обещала своему младшему брату (все маленькие дети любят игрушечные железные дороги), когда прогремел взрыв. Сильнейший толчок отбросил её вперёд и вжал в обивку сиденья. Стакан чая, стоявший до этого на столе, звонко хлопнув, разбился о стену и, показалось, что весь мир с диким скрежетом завалился набок. Стон сминаемого металла, крики, звон разбившегося стекла. На некоторое время хаос наполнил окружающее пространство, чтобы через секунды сумасшествия замереть в неподвижности. Валентин Фёдорович, так звали проводника, со стоном встал с двери купе, которая неожиданно почти стала полом, провёл рукой по лицу и с недоумением уставился на кровь измазавшую ладонь. Что-то во время падения рассекло кожу на лбу, и теперь сочащаяся кровь мешала смотреть, закрывая глаза липкой пеленой. Рядом зашевелилась Нина, выбираясь из-под груды завалившей её, слетевшей с вешалок, одежды.