СССР-2061 (антология) (СИ)
Гостья задумалась.
— Мы сколько с тобой знакомы?
— Вчера было полгода, с конференции в Мичуринске, ты же помнишь…
У неё вдруг резко дёрнулась щека. Она шепотом заругалась, вспоминая чью-то родню, села на перине, завернулась в одеяло.
— Ты, вполне себе милый и приличный биолог. Не какой-то перестарок, со свитером и седой бородой, свихнувшийся на своей трубке, а нормальный парень. Не без гонора, тьфу, амбиций, хотела сказать, но не карьерист. И тут у тебя идея — как перевернуть Землю за два часа.
— Не Землю, а новые лиственничные леса, и совсем не за пару часов… Тут вся жизнь уйдёт.
— И ты мне предлагаешь вот в этом деле участвовать?
— Да. Без тебя не получиться.
Она выругалась уже в голос.
— Это опасно?
— Чем? — удивился Семён.
— Блин, у тебя что, лобовая броня вместо башки?
— Ты хочешь сказать, что твой прохфессооррр возьмёт пробирочку с ядом и попытается отравить меня, потому как я ему всю малину с докторантами испортил?
Гостья отрицательно замотала головой, но прежде чем начала снова ругаться, он продолжил.
— Самарское отделение и всякие перспективные ребята? Там где выход на большие деньги и можно что-то невзначай сделать против государственных интересов? Да?
Утвердительный взгляд.
— Ты немножко недооцениваешь уровень планирования. Не моего, а как раз государственного. Как сказали бы сто лет назад «в госплане дефицит на дураков».
Она слушала.
— У отца была картинка использования лесов на сто лет вперёд. Вполне традиционная. Она до сих пор лежит в министерстве, и её-то нарушением получается отпугивать наших замечательных авантюристов. Про меня они как раз практически не знают. Я для них, — Семён пошевелил пальцами, ища правильные слова, — Теневой облом. Но идеи «быстрой эксплутатации биоты» с каждым разом всё заманчивей. И не всегда они тупые или жадные. Прогресс потому как. Нужен коллектив, который будет делать опережающий план развития. С учётом генетических выдумок завтрашнего дня. И если такой коллектив возникнет, его прикрывать будет как раз государство. Потому как альтернатива, в итоге — закупать долговременные планы развития у калифорнийцев. Или у китайцев. Там, — лесник указал пальцем в потолок, — окончательно дозреют лет через десять, и если не будет нормального проекта, то и за тупиковые варианты могут схватиться. Кому оно надо?
— И как начнёшь им перспективы предлагать, самарцы решат, что ты им дозарезу необходим?
— Не то, чтобы я был такой уникальный и ценный кадр, но если во не увидят «ключ к проблеме», то чего на меня доносы писать?
В голове у Юли щелкнул еще один контакт.
— Тебе первому в голову пришла такая идея? С долговременным планированием?
— О нет, — Семён беззвучно засмеялся. Организм требовал чем-то заправиться, а рядом, под прозрачной крышкой, лежал бутерброд, — Сейчас расскажу.
Юля тоже потянулась за едой, и получилась короткий «ночной дожор»…
— О планировании лесов уж сколько лет кричит Самарцев. У него вполне годное сообщество в сети собрано, идейки там мелькают серьезные, но это болото. В сороковые они были на слуху, и оттуда многие на дело ушли. В пятидесятые туда заглядывали «вдруг молодые есть», и кого-то за уши наверх выдергивали. А сейчас остались там старики, которые между собой уже триста раз поругались, да молодые лентяи с бойкими языками. Их форумы читают, но и шарахаются — тамошний контингент… — пожал голыми плечами Семён.
— Обгадит всё… — закончила Юля.
— Есть Хромов и Полющенко — в Питере. Серьезные парни, и если они попрут наверх, я у них на дороге становиться не буду. Но они больше на перелицовке сидят.
— Да, — закивала гостья, — Читала их статью по дубравам средней полосы и модифицированным клещам. Передрали у бритишей…
— Тоже уметь надо. Кстати, большая часть наших планировщиков — как раз на средней полосе, да на южных областях сидит. Оборот биомассы выше, идей больше, и при случае на коллег посмотреть можно.
— Чего за бугром… — она снова задумалась.
— Раньше бы сказали про новые территории: «некем взять». Сейчас такое с идеями.
— Так ты, — он вскинула голову, — На отцовское место метишь? Или как?
— На отцовском месте сейчас Ломищев. Раньше чем он уйдёт, я туда и соваться не буду. По многим причинам. Но мне нужен детальный проект. Нужна команда. В идеале — нужна структура. Но не обязательно… Ты — со мной?
Юля прищурилась.
— Я подумаю. Недолго, — она вполне серьезно кивнула, — А теперь хорош размахивать саблей, абстрактный ты мой. Махни мне чем-то… Чем-то конкретным…
Семён засмеялся.
Он точно знал, что Юля согласиться. Потому как у её семьи была собственная история, которую сейчас совершенно некстати было вспоминать…
* * *Настоящее утро пахло яичницей, разогретым мясом и чужой для этих мест корицей.
Юля, уже одевшаяся для дальней дороги — только без рюкзака и куртки — сосредоточено намазывала на хлеб медовую пастилу.
— Дольше пяти, ну шести лет — у тебя тут отсиживаться не выйдет. Как только австралийцы запустят свой проект по лизиновым гусеницам, на эвкалиптах — всё. В министерстве схватятся за голову и крикнут, что мы отстаём.
— Мг, — лесник уплетал глазунью, — И про зарыбление не забудь. Модификаты осетра. Охотское море — это через пять лет. Если получится, промысловики на хрен с цепи сорвутся.
— Ох, и кто из нас вульгарничает? А? — она фыркнула, вспоминая, как в их первые свидания Семён пытался её воспитывать, — Но что-то из комплексных программ надо будет выбрать раньше. До всеобщей запарки.
— Вот. Ты сидишь на вопросах комплексной работы с биотой. И вокруг тоже тебя как раз этим занимаются. Если я правильно понимаю, половина дипломниц у Кудрявцева ищет противоречия в новых проектах…
— Катастрофические последствия в локальных экологических системах в краткосрочном и среднесрочном плане… — официозные интонации получались у неё весьма впечатляющими, — Декан приговаривает, что долгосрочные дают слишком большие цифры, чтобы кого-то ими пугать.
— Тебе лучше видны перспективные вещи… И люди — присмотрись, кто подходит. У меня в запасе только одна попытка, когда с именем отца можно будет начать проект. О таком каждый день не болтают…
Юля удачно поддела вилкой «глазок».
— А как ты рубишь всякий шлак, Сёма? Саранчу ты уже наверняка застопорил…
— Потом расскажу, — оскалился лесник, — Долгая история.
— Да, у тебя есть доступ, — она отставила чашку и посмотрела на бесконечные волны хвои… — Сёма… Игру ты затеял. И дело вроде правильное. Но сидеть там, в нашей «эко-лаборатории», корчить из себя не пойми кого… Охотницу за головами?
— Так не изображай из себя Миледи. Оставайся здесь… Не сегодня, понятно, но приезжай надолго.
— Работа по сети?
— Кудрявцев тебя знает, кандминимумы ты сдала. А тут всё вместе — сбор материала и лаборатория в одном флаконе. Получишь своего рода независимость от коллектива. И новый проект не покажется тебе «перебежкой». Муж и ребенок прилагаются…
Она показала большой палец, но, отложив вилку, постучала костяшками пальцев по лбу.
— Здесь всё чертовски романтично, только вот роды в дикой природе — не мой конёк…
— Юля, я что, на хипаря похож? Медицина должна быть правильной. Я о другом… Если у ребенка здесь первые годы пройдут — ему не придется искать смысл жизни.
Он тоже отложил вилку, прикрыл ладонью её пальцы.
— Как там в столицах повернётся — ни ты, ни я не знаем. Если люди снова за деньгами гоняться станутся — ребёнку объяснить что-то сложно будет.
— А сейчас?
— Сейчас спокойно всё… Деду ж твоему за квартиру не платить, как при старом режиме? Законсервируй свои две комнаты, и сюда. Никуда библиотека не денется. Если нет ЧП — раз в две недели можно на большую землю летать.
Она задумалось. Всё было правда. Честное предложение, такое не каждый день делают.
Но пока, пока надо было собираться и выходить — до вертолета оставалось сорок минут. Ответ надо будет дать по дороге.