Наследница долины орлов (СИ)

Под деревом, где стояли ди Вирш и незнакомка, стало тихо. Женщина в черном одеянии и полупрозрачной накидке, сквозь которую едва проглядывал безобразный облик, застыла.
Да, она была безобразна. Ее лицо было лишено привычных черт — вместо носа торчала изъеденная кость, подбородок отсутствовал, точно его срубили саблей, кожа покрыта отвратительными буграми, а вместо глаз — два черных бельма, намертво скрывшие от нее мир.
— Объясни, — тяжело, с хрипом спросила она.
Граф внимательно посмотрел в черные бельма и приподнял край полупрозрачной накидки, открывая то, что трудно назвать лицом.
— Я хочу дать тебе надежду.
Женщина вскинула голову и опасно ощерилась, обнажая нечеловеческие клыки.
— Ты хочешь уйти отсюда живым, граф ди Вирш?
Ди Вирша обдало несвежим дыханием.
— Не дури, Гира, а лучше выслушай.
Женщина с силой сжала кулаки.
— Опять?! Пошел вон, и не смей больше призывать меня!
— Кровь барчи, Гира! Вспомни курс истории и учебник «История Хилиджана». Ну?!
Безобразное лицо опустилось. Незнакомка напряглась, застыла, точно гончая перед рывком. Лоб, покрытый язвами, нахмурился.
— Сказки, — наконец ответила она.
— Точно, Гира, сказки. Только агентура лорда Хенша уже много лет поставляет Тайной Службе проверенные сведения о семье султана Мехтияна. В частности о том, что его незабвенная, любимейшая из любимых жен — из племени барчи. Об этом не пишут в газетных вестниках, не сплетничают в салонах. Об этом просто никто не знает. Но ты ведь еще не утопила в болоте свои воспоминания, и знаешь, что способны узнать шпионы Хенша?
— Ладно, говори.
Граф внутренне выдохнул. Если бы она разозлилась — последствия могли быть пренеприятными.
— Несколько месяцев назад украли дочь султана Лолу. Девочку, наделенную даром барчи. Не буду вдаваться в подробности, они тебе ни к чему.
— И ты подозреваешь маркиза Растра? — Спросила она.
Граф удовлетворенно хмыкнул. Его знакомая — когда-то талантливый боевой маг, еще не до конца растеряла способность мыслить и правильно оценивать ситуацию. Если он назначил встречу в этом месте — навряд ли это случайно. Они находились в старых родовых угодьях Растров, давно оставленных и забытых. Замок обветшал, кажется пустынным, но только на первый взгляд.
— У меня есть серьезные причины подозревать его, — ответил он на ее вопрос и рассказал о бале-маскараде, где впервые заподозрил что-то неладное, узнав под маской вельможу с таинственной спутницей, накрытой пологом неизвестного источника.
— Гира, это не все сведения, что я могу тебе рассказать. Но если я прав…
— Ясно, — ответила она и тоже повернула голову в то место, где стоял заброшенный замок. Ее черные бельма вдруг сверкнули.
— Погоди, не торопись.
— О нет, не бойся. Если пленницу прячут здесь, то…
— То ты не сделаешь ошибки Растра.
Гира вскинула голову. Ее безобразное лицо испуганно дернулось.
— Говори.
— Помнишь, что было написано о барчи? Награда даруется добровольно. Без насилия. Дар жизни рождает благодать — какое уж тут принуждение. А маркиз, видимо, этого не понял, поэтому…
— Ясно.
— Хорошо, — граф подошел и положил руки на ее плечи. — Сейчас — только наблюдение. Маркиз слишком талантлив в артефакторике, лучший из лучших. Поверь, если бы не этот факт, Тайная Служба уже давно была бы здесь.
— Я поняла.
— Наблюдение, Гира, и больше ничего. Если что заметишь — шли вестника.
Граф отвязал коня, ловко запрыгнул в седло и, не прощаясь, уехал по тропе в лес.
Женщина не обернулась и не посмотрела вслед. Она тихо застонала и затряслась. Из ее горла вырвался хрип, а за ним — хохот. Гиру затрясло от смеха. Это продолжалось не больше нескольких секунд. С трудом успокоившись, она сделала шаг, еще один, и начала истончаться. Ее фигура в черных одеяниях вдруг стала таять, точно свечной огарок — с каждым шагом, с каждым вдохом. И через минуту, на дорогу, за которой стоял замок, вышла невидимая тень, а потом и вовсе растворилась, превратившись в сумрачное облачко тумана.
Граф, успевший отъехать на приличное расстояние, остановил лошадь. Мрачно повернул голову, прислушался, и двинулся дальше. Он ей верил. Гира Совиль, когда-то — княжна из Софеи, уже не сделает ошибки и рассчитает каждый свой шаг, чтобы помочь себе выбраться из мрака.
   
Глава двадцать седьмая
 
Нель оглядела холл своего нового дома, прошла в небольшую гостиную и осторожно присела на краешек дивана.
— Замечательно.
На душе пели птички, а щеки розовели от строк письма, которое только что принес посыльный. Да уж, рабочие еще грузят мебель и коробки, а маркиз ди Гиль шлет записки о ее глазах цвета гастрейских топазов, а так же напоминает, что сегодня вечером их с тетушкой ждут в особняке ди Гилей. Нель сморщила нос.
— Ох!
Она знала, что этот день придет, и время — не смола, которую можно тянуть и растягивать.
— Нель! — Окликнула тетушка, занятая подсчетом коробок и корзин. — Иди, посмотри свою комнату, проверь вещи.
Девушка кивнула и нехотя поднялась на второй этаж.
Комната была хороша. Светлая, просторная, с удобной кроватью и изящной мебелью. Еще недавно здесь был будуар хозяйки этого дома, но после смерти мужа, дама решила покинуть столицу и переехала в свое поместье в пригороде.
Тетушке понравился небольшой особняк из десяти комнат, особенно — его необременительная арендная плата, а так же расположение в хорошем месте, недалеко от центра. Нель не возражала, и договор был подписан.
Девушка подошла к окну. Перед ней открывался интересный обзор — ряд домов уютного квартала, за которым находился особняк виконта ди Флами. Удивительное совпадение.
Нель вспомнила недавнюю встречу с ним и в сердце кольнула тревога. Он кое-что рассказал о том дне, когда агенты Тайной Службы проникли в его гостиную точно снег на голову, растворив стену дома порталом. Они нашли юношу и забрали его, а с виконта взяли клятву молчания на магической печати.
Девушка вспомнила хитрое лицо виконта, когда он рассказывал об этом — в его арсенале магических загадок хранились определенно опасные умения. В частности, умение обходить запрет клятвы молчания.
Впрочем, в разговоре с ней он обошелся скупой информацией. Главное в другом. По его словам, он ухватил кончик ниточки, которая приведет к очень и очень интересному клубочку. Большего он не сказал, предложив узнать обо всем самой. А потом пояснил — источник информации живет неподалеку от Птичьего рынка, как раз там, где виконт обнаружил чуть живого, несчастного сына паши Саиди.
Рядом с дверью послышались шаги, Нель обернулась.
— Дорогая, ты уже решила, в каком платье отправишься в особняк ди Гилей? О, Небо! Это не комната, а склад контрабандистов из Зеленых Дубков. Эти завалы коробок мы будем разбирать еще полгода.
— Тетя, откуда ты знаешь о контрабандистах из Зеленых Дубков? — Вскинула бровью Нель.
— Нет, если сегодня мы не примем горничную, я не переживу это переезд, — не замечая удивления Нель, продолжила леди Орхи. — Хуже Темного Нашествия, честное слово.
Внизу раздался переливчатый звонок дверного колокольчика.
— Это горничная! — С трепетом в голосе воскликнула леди Орхи и понеслась вниз.
— А действительно, в каком платье я выйду из дома? — Нель тоскливо оглядела загруженную комнату. Хотя вопрос — в каком — был не самый главный. Важнее было разгадать страшную темную тайну — где это платье прячется.
Но, как говорят крестьяне — если ноги прыгают, а голова варит, то и дело поспевает. На встречу с леди Орхи пришли две отрекомендованные работницы. Одна оказалась умелой кухаркой, другая — горничной, и работа закипела в тот же день. К вечеру были найдены нужные платья, аксессуары, булавки, шляпки, и даже серебряная пудреница леди Орхи — ее талисман и тайный артефакт с омолаживающими флюидами.
— Нель, нам нужно подумать о приобретении экипажа, — усаживаясь в наемную карету, сказала тетушка.